Чтение онлайн

— Сколько? — Мрачно осведомилась я.

— За серебряный сделаю к обеду. — Оживился мастер и я, скрепя сердце, согласилась.

Это уникальная вещь, я не могла от такого отказаться.

Кузнец направил меня к стекольщику.

— Мне нужно стекло, которое выдержит огонь. — В ответ мне подняли бровь. — Нужно рассеять свет, чтобы лучше видеть, что я делаю во время работы.

Я догадывалась, что до выдува стеклянных плафонов тут не дошли и не была уверена в знаниях, чтобы подсказать мастеру, но надеялась на прозрачный округлый кусок. Кусок мне предъявили, и он даже был не очень мутный, но слишком толстый (оконное стекло тоже было очень толстым). Свет будет приятным и теплым, но слишком рассеянным. Предложенный кусок я забрала — лампа есть лампа, но вопрос яркого света остался открытым.

Следующей была лавка столяра. Там я описала мысль с банками и предложила варианты использования. Мастер был в восторге и даже виз огня, которого можно подписать на прокаливание глины у него был. Сказал, что как только устаканит технологию через Мьялу сообщит. Еще я купила много отполированных палочек разного диаметра. Они станут кистями для макияжа.

Довольная я пошла к мяснику. Оказалось, что у него только коровы и свиньи, но есть знакомые охотники, которые могут отдать мне немного шерсти. Велел вернуться завтра — он пригласит одного из них. На радостях я купила много самых жирных кусков говядины и даже сам говяжий жир.

Наконец, мясник отправил меня к мужику, который продает всем мел. Там были ожесточенные торги, но в итоге за серебрушку я приобрела огромный куб мела и в половину меньший куб соли. Он же обещал добыть мне меда в сотах, но попозже — по осени.

Щелок я купила в скобяной лавке — целое ведро крупных кусков. Их происхождение мне было неизвестно, но действенность мне продемонстрировали быстро — капнув воды на крошечный кусочек.

Домой я бежала воодушевленная, подгоняемая периодически криками Мьялы: «Пирожки! Свежие пирожки!». Ее дела пошли в гору — сейчас она выпекает вдвое больше, чем в первые вечера и все равно распродает их до обеда. Почему же торговля не шла у нее, когда было окошко? Тот мужик в первый день сказал, что до нее ходить далеко было, но только ли поэтому?

Уже дома, вооруженная нарезанным кусками говяжьего жира, водой и щелоком, я отправилась на свою утрамбованную площадку. Там поставила жир растапливаться, заменила воду в костях и их тоже отправила вариться. Пока топился жир истерла щелок в порошок и приготовила мелко толченую соль из тех запасов, что были у Мьялы. Приготовила деревянную лопатку и, как только увидела, что жир почти полностью растопился, натянула кузнечные перчатки и влила в щелок воду. Кружка тут же нагрелась, так что я поспешила снять жир с огня и чуть остудила его воздухом, чтобы быстро влить щелок и очень интенсивно размешать. Очень скоро добавила добрую щепоть мелкой каменной соли и продолжила мешать. Как только жидкость расслоилась я остановила размешивание и воздухом переместила полученный глицерин в горшок. Потом поспорила с ним, что он не сможет вообще не заглядывать в этот горшок и поспешила перелить остывающий осадок в плоскую емкость и добавить в него немного кашицы зверобоя. Быстрое промешивание и вот мое глицериновое мыло уже застывает на окне.

Глицерин — это потрясающе. На его основе я смогу сделать очень много всего. Я собой горда.

Кости варились около часа и бульон начал густеть. Я чуть усилила огонь и дала ему еще дров. Мне нужен желатин. Для этого придется выварить его из костей и ушей, потом выпарить лишнюю жидкость и получить желаемое. Срок его хранения будет не велик, но вполне приемлем для моих целей.

Дальше крахмал. Очистила пять картофелин, превратила их в фарш и отправила в воду. Как только вода отстоится, я оставлю крахмал на дне тарелки, где лежала картошка, а воду с картофелем перемещу в соседнюю емкость. Котлет вечером сделаю. На растительном масле.

Оказалось, что я знаю столько всего, что даже неловко за мои мысли в начале.

Когда я уже расслабленно медитировала на плоды трудов своих, вернулась Мьяла. С пустым поддоном, отличным настроением и розовым кустом. На нем было несколько цветков и много бутонов.

— На улице яблоня и еще что-то, что тоже цветет, но я не знаю что это. — Весело сообщила она.

Это были яблоня и жимолость. Корневища были упакованы в тканевые мешки, и я была готова от счастья плакать. Перетащив приобретения на задний двор, я поставила яблоню неподалеку от старой выгребной ямы и проговорила необходимость приживить дерево, чтобы много лет оно радовало нас цветами и плодами. Тоже самое проделала с остальными растениями и тут же отправилась закладывать свежайшие розовые цветы в гидралатную установку. Вода в ней тут же начала парить, а я, довольная, пошла в дом.

— Сегодня на обед картофельные котлеты. — Сообщила я, раздвинув массу и найдя крахмал на дне.

Проделав все необходимые махинации, я тщательно слила воду и принялась замешивать тесто.

— Странно ты называешь земляные яблоки. — Отметила Мьяла.

— Даже не знаю, где это услышала, но название мне понравилось. — Хладнокровно соврала я.

— Хозяева! Коровник строить пришли! — Проорали с улицы.

— Иди, принимай.

Печь я растопила одним поленом и огнем. Может и не правильно, зато плита горяченная.

Отправила туда самую большую (и тяжелую) сковороду и побежала за маслом. Пока ходила, сковорода нагрелась, и я налила ценную субстанцию на дно посуды. Котлеты лепились почти сами, настроение было великолепное.

— Совсем забыла, — с порога проговорила Мьяла, — тебе кузнец просил передать.

На столе металлически брякнуло, а я отвлеклась от жарки. Там были ножницы, которым я обрадовалась как родным, и шпильки, туго перевязанные бечевой. Крупноваты, но волос у женщин тут густой, так что подойдут.

Когда обед был дожарен и съеден, мы выпили по молоку, а я потрогала приобретения, у калитки остановилась телега с моими мелом и солью, так что пришлось отвлечься. Разместилось все в подполе.

— Нужно мне волосы обрезать. — Сообщила я, когда мы снова уселись на кухне.

— Ты что натворила?! — Севшим голосом спросили меня.

— Спокойно! — Тут же вскрикнула я. — Снять только палец длины. Чтобы лучше смотрелись. Я все расскажу.

Пока я рассказывала технологию стрижки на заднем дворе застучали. Проверив, где будут возводить «коровник» и где лежит кучка досок, которые будущий туалет, я уселась на скамью и выпрямила спину, намочив волосы. Мьяла разобрала их своим гребнем, потом принялась аккуратно оттягивая волосы, состригать длину.

Все заняло почти час и по окончании процесса я закрепила кичку шпильками и отправилась проверять желатин. Он как раз осел на дно кастрюль, так что вытащила отработанный материал и повысила жар. В одной кастрюле явно перестаралась — желатин сгорел. И кастрюлю под очистки и кости пропали, а вот во второй получилось точно то, что задумывалось — желтая кристаллизованная субстанция.

Потом с сделала будущую выгребную яму там, где планировала туалет.

Остаток вечера я под мерный стук молотков смешивала маски на молочной основе, смешивала глицерин с гидралатами и готовила новые отвары и настои. Глицериновая версия настоя с розовой водой стала моим увлажняющим средством. Теперь вечерняя процедура омовения уже напоминала осмысленную.

Утром ко мне пришла моя первая (и, пока что единственная) клиентка. Кожа показала заметное улучшение и. пока она пила воду, я несла ведро, халат и полотенце.

— Все как в прошлый раз, — сообщила.

— Меня муж домой час не пускал. — Грустно сообщила она. — Варла, говорит, нечисть приманишь.

— Я моюсь каждый день и никто по мою душу не явился. — Мягко улыбнулась я.

— Правда?! — Воскликнула пораженная женщина.

— И смотри, как кожа выглядит. — Продолжила я давление, встав к окну. — А ведь я чистокровный человек.