Чтение онлайн

«Надеюсь, на сегодня приключения закончены» – думал он.

В алкомаркете Макс приобрел себе пол-литра джина и бутылку вина для Вики. Так как денег у него теперь заметно прибавилось, он позволил взять марки значительно дороже, чем обычно. Добавив к покупкам пару пачек дорогих импортных сигарет, Максим вызвал такси и быстро добрался до дома.

– Ви, смотри, что у меня есть! – с порога прокричал Макс.

Вика вышла к нему, и Максим с довольной улыбкой до ушей протянул ей бутылку вина.

– Огоо. – протянула Вика, широко раскрыв глаза от удивления – Оно же дорогущее! Откуда у тебя взялись деньги?

Максим начал снимать с себя промокшую насквозь одежду и параллельно рассказал о событиях, произошедших с ним.

– Меня теперь немного мучает совесть за то, что я взял так много у того мужика.

– Ну ничего. Если он столько дал, то, наверное, может себе позволить. Слушай, Макс, а давай закажем еду на дом? Пиццу или суши. – Вика посмотрела на Максима умоляющим взглядом.

– Да, конечно. – Макс обнял её, крепко прижав к себе. – Сегодня мы можем себе позволить побыть богачами. Иди заказывай.

Через пол часа наши герои уютно устроились на кухне своей квартиры. Они ели вкусную еду, пили алкоголь, много смеялись, слушали музыку и танцевали.

Уже почти ночью, куря у окна и вглядываясь в дождливый сумрак, Вика сказала:

– Макс, я уверена. Я точно это знаю. Скоро у тебя всё получится, и мы сможем позволить себе так праздновать хоть каждый день.

Максим сидел за столом. В его бутылке оставалось чуть меньше трети джина, а взгляд уже терял ясность. Он оторвался от созерцания стакана и посмотрел на возлюбленную.

– А я вот в этом не уверен. У меня ни черта не выходит, – он опорожнил содержимое простенького стеклянного сосуда одним глотком, достал себе сигарету, подкурил и глубоко затянулся. – Мне слишком тяжело даётся то, что у других выходит совсем играючи. Тот же Синкевич…

– Мааакс, ну прекрати. Он бездарность. Вся шумиха вокруг него – это всё из-за родителей. Они богаты и успешны, и каждый пытается им угодить. – Вика подошла к Максиму и села к нему на колени, обняв за шею.

Тот лишь молча потушил сигарету, приподнял Вику с себя, встал и налил выпивку.

– Я всегда был неудачником, Ви. Я думаю, ты это видишь. Я родился с этим клеймом. Клеймом нищего лузера.

– Нищета бывает разная, Максим.

– Ты понимаешь, о чём я. Какой смысл быть богатым духовно, если ты не можешь жрать, что захочешь, пить, что захочешь? Ты вообще помнишь, как мы познакомились? Мне нужно было съезжать из общаги, а денег не было даже на захудалую комнатку на окраине.

– Помню. Конечно, помню.

– Ты только не подумай, я благодарен тебе. Чёрт, я бы скорее всего просто подох, если бы не ты! Это третье место тогда просто меня уничтожило… Синкевич нарисовал круг. Просто круг! И ему отдали первое…

– Это ничего не значит… – Вика попыталась заключить в объятия своего молодого человека, но тот отстранился.

– Это много что значит. А знаешь, что этот сукин сын мне тогда сказал? Я дословно запомнил. Он сказал: «Эй, Пикассо, на хрена ты всё таскаешь свои пейзажики и пастораль? Эта чепуха никому не уперлась, только краску переводить! Всем нужна глубина. Экспрессия. Символизм».

– И какой символизм был в его «круге»?

– Да я не знаю. Думаю, он и сам не знает. Но жюри покивали головой, помычали, да отдали приз ему. А он Синкевичу и не нужен был! Мне просто выть хотелось в тот момент…

– Я помню. Помню, как курила в переулке, ты туда выскочил, как тасманский дьявол, разнёс рамку картины и хотел её изорвать.

– Ага… Спасибо, что отговорила, конечно. Она в кафешке уже год так и висит. А вообще…– Максим замолчал на мгновение, облизнул пересохшие губы. – Знаешь, – спокойно сказал он, снова заглядывая в свой стакан, будто пытаясь увидеть в нем что-то сокровенное. – Я бы душу отдал за такую успешность. За то, чтобы быть, как он, как Влад.

Вика смотрела на него, сидя на стульчике. На глаза ей набегали слезы, а губы затряслись.

– Я бы никогда не полюбила такого, как он. – Сказала она. – Я ненавижу таких, как он.

Максим отвернулся, сделал глоток. Некоторое время тишина продолжалась. Затем он допил и сказал.

– Возможно, было бы лучше, если бы ты не любила меня.

Он взял со стола остатки джина и направился к выходу из кухни.

– Я сегодня посплю в мастерской.

Вика сидела на кухне и плакала, обхватив свои тонкие колени.

В своей каморке художник разложил на полу матрас, который он там хранил на случай, если приходилось работать ночью. Он сел на него и приложился к горлышку бутылки. «Черт, походу я знатно напился» – витала по спирали мысль в его голове. В комнатке было почти совсем темно и свет приходил только с уличного фонаря, заглядывающего в окно. Макс сделал ещё глоток и поднял шатающуюся от выпитого голову на пустой холст, стоящий напротив. В его глазах вспыхнули огоньки ярости, он размахнулся и зашвырнул практически пустую бутылку в мольберт. Тот опрокинулся. На холст брызнули краски, а бутылка пролетела дальше и со звоном разбилась.

– Да пошло всё …, – прошептал Максим, откинулся на матрас и вырубился.

Он проснулся через час-полтора от сильной жажды. Голова просто раскалывалась, перед глазами плыли круги. Тени, отбрасываемые от уличного фонаря, при этом головокружении словно оживали, начинали двигаться, казались причудливыми тварями. Максим попытался встать на ноги, но это получилось у него не сразу. Когда же он смог справиться с равновесием, он почувствовал сильные позывы к рвоте и еле-еле успел рывками добраться до туалета перед тем, как содержимое желудка потоком вырвалось из него в глубины унитаза. Макс сплюнул и посмотрел на месиво. В воде плавали сгустки крови вперемешку с чем-то чёрным, похожим на комки волос.

– Что за чёрт…– Максим распрямился, попытался ещё раз рассмотреть то, что вышло из него, но так ничего не поняв, нажал на кнопку смыва. – Пофигу…

Он по стеночке добрался до кухни, налил себе стакан воды и потянулся к выключателю, чтобы зажечь свет и найти стул – присесть и передохнуть. Он включил лампочку, развернулся и чуть не вскрикнул от испуга.

Перед ним за столом сидел мужчина в белом, который сегодня своим неуклюжим движением создал неприятность в супермаркете. А возле окна, спиной к нему стояла вторая фигура – широкие плечи, мотоциклетный шлем и человеческий глаз на спине кожаной куртки – не оставалось сомнений, что именно этот байкер проявил сегодня плохие манеры, проезжая мимо Макса.

– Какого чёрта!? – взвизгнул Максим.

– Вы повторяетесь, молодой человек. Никакие мы не черти. – «Белый» перекинул ногу на ногу и поднес ко рту чашку кофе, запах которого распространялся по кухне. – Скорее наоборот. Максим, может тоже кофейку? Выглядите вы не очень, мягко говоря. Я могу налить, мне не сложно.

Второй мужчина наконец повернулся к Максу и удосужился снять свой шлем.

– Привет. – грубым голосом коротко поздоровался он.

Максим прижался к стене спиной и попытался понять, что же происходит. Его сердце диким образом стучало в груди, отдаваясь пульсом в висках. Вдоль позвоночника побежали капли пота, а конечности резко похолодели.