Чтение онлайн

……………………………………

Лежат, сидят, всползают на бруствер.

У каждого жест. Удивительно свой!

Зима в мертвеце заморозила чувство,

С которым смерть принимал живой…

Это из стихотворения поэта-фронтовика Ильи Сельвинского, крымчака по национальности…

Еще один поэт, поэт-комиссар Яков Чапичев, геройски погибший в боях за польский город Вроцлав за два месяца до Победы, был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.

В Феодосийском рву родители Якова Чапичева. Там же семья моего двоюродного брата – коммуниста-фронтовика Якова Пурима. Он узнал о смерти жены и детей после войны, в Симферополе. В той же могиле семья еще одного родственника – Давида Гурджи, тоже фронтовика. Его талантливый сынишка, десятилетний скрипач, был зарыт в ров вместе со своей маленькой скрипкой… Я никогда не забуду полные страдания глаза Давида, глаза пожилого солдата, когда он рассказывал мне об этом.

Весной 1950 года мне довелось быть в Симферополе на вечере памяти крымчаков, погибших во рву и на фронтах. Собралась небольшая горсточка бывших фронтовиков, раненых, прошедших с боями до Берлина, переживших все тяготы военной жизни. Они делились воспоминаниями, и больно, страшно было слушать их горькие повествования. Потом они запели скорбную крымчакскую песню. Она, вырвавшаяся, вероятно, из застенков гестапо, звучит во мне с тех пор.

Тогда же я перевела ее на русский:

В сорок первом, в сорок первом

Сжег нас пламень страшной силы:

Сотни, тысячи крымчаков

В пепел, в пепел превратил он.

В декабре, в девятый день.

Прозвучал приказ жестокий:

Собиралися крымчаки

В путь недобрый в путь далекий…

Тёмной ночью, темной ночью

Нас, как скот, толкали в спины.

На десятом километре

Всех – под корень! Всех скосили!

……………………………………….

В голос, в голос зарыдайте

Все, кто жив. Не бойтесь плакать!

Не забудьте! Отомстите!

Мы – убитые крымчаки!

Вместе с русскими, украинцами, евреями, караимами в противотанковом рву на 10-м километре Феодосийского шоссе похоронен почти целый народ – крымчаки. Похоронен и… забыт – вот что ужасно!

Старики уходят из жизни. Веками хранившаяся культура исчезает с лица земли. Это делает особенно важным, необходимым глубокое исследование происхождения, истории, культурных ценностей этнической группы крымчаков. Академик Д. Лихачев сказал о малых народах: «Малые народы постепенно исчезают. Генофонд в мире уменьшается, и мы должны успеть записать их язык и фольклор, создать сборники…» В письме, которое я получила от Дмитрия Сергеевича в ответ на свою горячую просьбу поддержать мои усилия сохранить фольклор крымчаков, он сказал о песнях: «Их непременно надо издать… Мы должны сохранить культуру малых народов…».

Нам нелегко будет собрать последние, чудом сохранившиеся остатки культуры, повторяю: материалов о крымчаках почти нет. Да и само название народности – крымчаки – долгие годы воспринималось, как туляки, сибиряки, то есть как обозначающее территориальный признак расселения, а это – подчеркну еще раз – самостоятельная, неповторимая тюркоязычная этническая группа со своими особенностями, антропологическими отличиями, своеобразными чертами характера, небывалыми фамилиями, указывающими на другие народы. Так возникли Пиастро, Ломброзо, Мизрахи, Пехлеви, Измерли, Ачкинадзе, Гурджи, Чапичо, Хондо, Леви, Манто, Бакши, Варух, Пурим…

Мне приходилось читать в газете красивые слова о том, что огромное богатство советской социалистической культуры определяется ее многонациональным характером, образующим неповторимой красоты бриллиант, утрата любой грани которого нанесла бы серьезный ущерб общему духовному достоянию…

Да, такова была политика партии и народа в этом вопросе… Но что мне делать с моим богатством?

Большая часть песен и пословиц записана от родителей моих – мамы Веры (Берха) Гурджи и отца Ильи-Шомель Яковлевича Гурджи