Чтение онлайн

– У него нет семьи, – неожиданно бросает девчонка, не отрываясь от телефона.

Хм… У меня нет семьи. Как и у всей нашей банды – кто из детдома, кто на улице брошен и выживал, а кто от родителей ёбнутых сбежал. У всех своя история.

Но уж точно не о том сейчас надо думать. Я вообще без понятия, к чему эти мысли были. Вроде как похрен.

Вникать в слова о Литвинове уж тем более не буду. Он вроде бы женат. Или Юля упорно отрицает это – типа навешал ей, что разводится? Ведь там видео измены именно с этой девчонкой?

Почему-то бесит эта мысль. Представляю, как она скачет на старом мудаке и морщусь.

– Я непонятно говорю, м? – рычу на неё, хотя вроде бы уже запустила процесс форматирования всего. – Шевелись давай. С тобой тут никто не шутит, – опускаю пистолет ниже.

Где-то в районе рёбер он сейчас у неё. Какого-то хрена улавливаю, насколько там сбитое дыхание.

Башка кружиться начинает. Коротит от этого всего: девчонка всё ещё между стенкой и мной, судорожно что-то делает, я держу пистолет и периодически смотрю по сторонам. Хотя даже если мимо кто пройдёт, решит, что мы обжимаемся. Если что, оперативно её к себе в охапку сгребу, чтобы совсем скрыть оружие.

Сука, представлять эту гипотетическую возможность сейчас явно не стоит. Как будто мне мало опять бурно вздымающейся груди, на которую падает взгляд. И непроизвольного нон-стопом длящегося соприкосновения с мягким тёплым девичьим телом.

Дааа, таких заказов у нас с парнями ещё не было. Даже с тех пор, как Дэн отошёл от дел.

– Вот, чисто всё, – Юля поворачивает ко мне экран.

Забираю телефон свободной рукой.

– Проверю, – грубо бросаю.

Придирчиво залезаю во всевозможные места, где могла просочиться инфа… Нет, девчонка не дура. Собственная жизнь дороже шантажа престарелого богатого любовника. Или ради чего она там снимала?

– Про Литвинова забыла? – продавливаю и второе требование заказчика.

– А кто это? – в её голосе какая-то мрачная язвительность.

А взгляд какого-то хрена до сих пор тормошит. Меня слишком очевидно считают конченным ублюдком, который вызывает лишь презрение и страх.

Да похер ведь?

– Молодец, – снисходительно бросаю. Но тут же жёстче: – Но если вдруг вспомнишь или даже посчитаешь, что какая-то знакомая фамилия, я приду снова. И тогда уже не буду таким добреньким. Это ясно?

Она сглатывает, опуская взгляд на пистолет. Странно так смотрит на него, пристально.

– Ясно, блять? – ещё более сурово припечатываю тоном, но оружие убираю.

Кажется, тут и без него едва держатся.

– Ко-конечно, – клянусь, голос девчонки дрожит.

Теперь, когда всё окончено, её запоздало эмоциями накрывает? Ладно, пусть поплачет подальше от меня. А мне и думать об этом уже не стоит:

– Свободна, – и сам разворачиваюсь в другую сторону, уходя быстрыми шагами.

********

– В общем, ребят, дела такие, – подытоживает Денис, некоторое время назад активно возмущающийся на тему того, что мы не слишком кропотливо проверяем заказы. – На время утихнуть точно надо. Привлекли внимание серьёзных людей, под вас копать могут.

Увы, он прав. И во многом тут мой косяк: я теперь с заказчиками разговариваю в основном. И как-то по умолчанию решил, что раз к нам большинство по сарафанному радио, то репутация тут сама за себя говорить должна. Столько откровенных ублюдков уже было отшито, да так, чтобы точно не рыпнулись и не рискнули снова – какой бессмертный будет пытаться ещё?

Но таки появился. Дело примерно месячной давности, один бизнесмен обратился с тем, что другой его подставил. Очень даже правдоподобно всё обрисовал, мы реально решили, что тот мудак на него дело повесить хочет, чтобы тупо избавиться от конкурента вот так вот грязно. Вроде как справились, порешали. А потом выяснилось, что это не подстава была, а реальное разоблачение.

И теперь внимание того бизнесмена, который это разоблачение провёл, привлекли мы. А у него вроде как подвязки какие-то есть с людьми, которыми могут нам всё прикрыть. Плюсом мы тут все неблагополучные, без семей и типа без перспектив. Сами по себе не вызываем доверия.

И только благодаря отцу Дениса мы вообще узнали, что под нас копать могут. Батя у него тоже человек не последний, недавно сына нашёл, готов реально впрягаться. Обещает закрыть эти все вопросы, но пока делает это, мы должны стать образцовыми парнями. Никаких муток, обычные студенты. Подрабатывать можно, но в таких же обычных местах, где остальные наши ровесники: официантами, курьерами, продавцами в магазах, лаборантами, фрилансерами. Или начинашками по специальности.

Кстати, о специальностях… Обрисовывая нам всё это, Денис даёт понять, что его отец может и нас в универ устроить – в тот же самый, куда помог поступить сыну. Устроить так, типа мы тут уже учились, а не внезапно поступили, когда у нас проблемы начались. По возрасту мы тут все как бы на третий курс переходить должны. Как раз как Дэн.

– Двое из вас станут моими однокурсниками, ещё трое пойдут по разным специальностям, – подытоживает он, когда мы все даём добро: проблемы как бы никому не нужны. Пусть даже мы по жизни и привыкли к таковым.

Всё-таки масштаб неприятностей тут может наклеваться слишком серьёзный. Придётся временно влиться в жизнь, от которой мы все далеки. Не то чтобы не учились – так, в школе в основном, детдомовской. Те из нас, кто оттуда. Двое парней вообще на улице росли, можно сказать, – и вот они как-то сами.

– Короче, решайте, кто куда, – обводит нас взглядом Денис. – Но как бы осень уже началась почти неделю как, поэтому времени на раздумья нет. Я прям сегодня должен дать папе ответ, кого и куда, и копии ваших паспортов тоже нужны будут.

Парням дважды повторять не надо: решают оперативно. На меня, конечно, тоже посматривают, но я отмахиваюсь:

– Вы там разбирайте, кто что, я оставшийся факультет подхвачу. Вообще похер, какой.

Я даже не вникал, какие там называл Денис. Помню только, что он на менеджменте. Но его, конечно, быстро разобрали: тупо потому, что там Дэн, будет проще влиться, где свой есть. Хотя группа у них такая себе… Мы туда уже все наведывались порядок наводить.

– Остаётся журналистика, – говорит мне Саня, когда всё уже разобрали.

– Норм, – киваю.

Какая вообще разница, мне тупо отсидеться. Уж не знаю, какую успеваемость нам нарисуют с подачи отца Дениса на предыдущих курсах, которые мы якобы прошли – но на идею на полном серьёзе получить высшее образование я давно положил. Сначала тупо потому, что меня даже в школу неинтернатовскую брать не хотели, репутация не та. Этим отбили всякое желание «выходить в люди». А дальше ещё и убедился, что учёба тупо время жрёт, когда можно уже начать вертеться по жизни, место себе прогрызать. А там и навыки сами собой появляются, и знания.