Чтение онлайн

— Но что-то соображают?

— Да вроде бы. Помкомвзвода сержант Сорокин, командиры отделений Воробьев и Зябликов участвовали в десантах в Камыш-Бурун и на Малую землю. Они недавно из госпиталя. Но успели ребят поднатаскать.

Новосельцев рассмеялся:

— Что это все вы с птичьими фамилиями?

Лейтенант тоже улыбнулся:

— Так уж как-то подобрались. Есть еще у нас Соловьев и Курицын.

— Даже Курицын? — оживился Уральцев. — А Куроедова нет у вас? Читал я, как один адмирал, было это в царское время, подобрал на линкор всех офицеров с фамилией Курицын. И старшим офицером, грозой младших офицеров, на этот корабль назначил человека с фамилией Куроедов. В результате на линкоре произошел офицерский бунт. Дело об этом бунте дошло до царя.

— Куроедов! Вот здорово! — сквозь смех воскликнул Воронов. — Мне бы тоже следовало фамилию заменить, скажем, Птицеедов.

— И тогда твои крылатые ребята сбросили бы тебя за борт, — заметил Новосельцев, похлопывая его по плечу.

— Не сбросили бы, — самоуверенно заявил Воронов. — Дело не в фамилии, а в том, каков сам человек.

— Правильно, лейтенант, не в фамилии дело. Но все же должен сказать: твои ребята с птичьими фамилиями пусть птицами вылетают с корабля, как только пристанем к стенке причала. В десанте секундами надо дорожить.

— Это мы знаем. Не подведем.

Катер обогнул мыс Дооб, и стало видно огненное зарево над портом и городом.

Шутливые разговоры прекратились, улыбки сошли с лиц. Наверное, сейчас каждый подумал, что через каких-нибудь десять-двадцать минут окажется в этом море огня. И кто знает…

Когда катер подошел к молу, Новосельцев скомандовал:

— Десантникам рассредоточиться по бортам, приготовиться к высадке.

Катер увеличил ход и направился к каботажной пристани. Кругом начали рваться снаряды. С пристани застрочил вражеский пулемет. Новосельцев выругался:

— Черт побери, до сих пор пристань в их руках.

Он приказал рулевому отвернуть левее и подозвал лейтенанта Воронова:

— К каботажке невозможно пристать, расстреляют в упор. Будем высаживаться левее.

— Левее так левее, только быстрей.

Неожиданно катер дрогнул и замедлил ход. Через переговорную трубку механик доложил, что вышел из строя один мотор.

— Давай другому полную нагрузку, — крикнул ему Новосельцев, всматриваясь в берег.

Кто-то на палубе застонал. Помкомвзвода подбежал к Воронову и сказал:

— Четверо ранены.

— Перевязать и оставить на корабле.

Катер подошел к берегу и, не подходя к нему метров пять, развернулся бортом. Никакого причала тут не было. На берегу виднелась бесформенная груда камней.

— За борт! — скомандовал Новосельцев.

Десантникам пришлось прыгать в воду.

Вслед за Вороновым прыгнул и Уральцев. Глубина тут была небольшая, при прыжке Уральцев не удержался на ногах и упал, окунувшись с головой. Автомат выпал из рук. Пришлось еще несколько раз нырять, чтобы нашарить его. Найдя, приподнялся, оглянулся и заспешил к берегу. Многие десантники уже были там, а катер отошел. Над головой свистели пули. Но они пролетали высоко, и можно было идти, не пригибаясь.

На берегу десантники залегли в камнях. Уральцев подполз к Воронову и вопросительно посмотрел на него. Тот был спокоен.

— Поблизости немцев нет, — сказал он, снимая сапог и выливая из него воду. — Помкомвзвода, всем привести себя в порядок, проверить оружие. Пять минут на это. Товарищ майор, вылейте из сапог воду, выжмите портянки. Потом будет недосуг.

Вскоре помкомвзвода доложил, что все в порядке, раненых нет, но не хватает семнадцати человек.

— Столько потеряли, не вступая в бой, — огорчился Воронов и повернулся к Уральцеву: — Мое мнение, товарищ майор, такое: не искать здесь начальство для того, чтобы получить приказание, а действовать самостоятельно. Как вы думаете?

— Согласен с вами.

— А как действовать? Лежать тут, конечно, не будем, а двинемся вперед. К рассвету надо продвинуться как можно дальше, на рассвете сориентируемся, может, с кем-то из наших в контакт вступим.

Он подозвал помкомвзвода и командиров отделений.

— Двигаем вперед, ребята. Перебежками, от дома к дому. Во главе взвода — отделение Воробьева. Замыкает — отделение Зябликова. С ним пойдет помкомвзвода Сорокин. Я и майор будем находиться посредине, с отделением Петрова. Все ясно? Двинули.

Воронов встал и указал рукой Воробьеву направление, куда двигаться. Один за другим десантники начали перебегать к ближайшему дому, до которого было метров тридцать.

— Теперь мы, — сказал Воронов и, не пригибаясь, побежал.

Уральцев не отставал.

Весь взвод сосредоточился под стеной разрушенного двухэтажного дома.

Ожесточенная стрельба из автоматов и пулеметов шла где-то значительно левее. Уральцев сообразил, что там отбивается 255-я бригада, которую гитлеровцы прижали за мысом Любви. В ту сторону летели мины и снаряды. Видимо, гитлеровцы сосредоточили там большие силы. Впрочем, вправо, за каботажной пристанью, бой шел не менее ожесточенный. Десятки снарядов одновременно рвались в бухте, где сновали десантные корабли.

— Теперь мой план такой, товарищ майор, — сказал Воронов после того, как осмотрел улицу и ближайшие дома. — Закон десантника — вперед и вперед. Вот мы и проскочим несколько кварталов, а потом повернем налево и с тылу начнем бить немцев, которые жмут к берегу нашу бригаду. Одобряете?

— Так и будем действовать, — согласился Уральцев.

Он уже понимал, что сейчас он не просто корреспондент, а старший офицер, с которым лейтенант поневоле будет советоваться, считать его по крайней мере своим замполитом. Обстановка сложилась так, что ему до утра, по всей вероятности, не удастся встретиться с другими офицерами и солдатами, ведущими тут бой. Записывать некогда, да и не на чем, блокнот размок. Но он не жалел, что высадился со взводом Воронова. И сам лейтенант, и его матросы понравились Уральцеву. С этими ребятами не страшно вступать в бой.

— Петров, со своим отделением бегом по тротуару, прижимайтесь к стенам, — распорядился Воронов. — Квартал пробежите, займите оборону и дайте нам сигнал.

Пригибаясь, один за другим, матросы пересекли улицу и побежали дальше. Не дожидаясь сигнала от Петрова, лейтенант приглушенно скомандовал: «За мной!» — и бросился вслед за Петровым.

На углу квартала остановились. Воронов несколько минут молча смотрел на дорогу и ближайшие дома.

— Неужели немцы удрали? — в недоумении произнес он.

— Не похоже, — сказал Уральцев.

— Но здесь-то их нет.

— До поры до времени.

— Делаем перебежку через дорогу, к тому дому, — распорядился Воронов.

По ту сторону дороги виднелся большой одноэтажный дом с высоким фундаментом. Он был цел, только окна выбиты.

Отделение Петрова пробежало полдороги, когда из двух окон дома раздались пулеметные очереди. Все матросы, в том числе и Петров, были сражены.

Воронов отпрянул назад.

— Этого надо было ожидать, — спокойно проговорил он и уже со злостью сказал: — Я не прощу им смерть моих ребят. Воробьев, возьми двух и обойди дом справа, через дорогу переползайте. Сорокин, действуй с двумя ребятами слева. Мы будем отвлекать огонь на себя.