Чтение онлайн

– Саш…

Лучше бы не приходил. Не понимает как будто, что мне тяжело. Но я нахожу в себе силы поблагодарить, что вчера нашел меня все-таки и отвез.

– Сань, давно пора поговорить. Если бы знал, что это мои дети, не тянул бы.

Снова берет мои пальцы в свою ладонь. Я снова хочу убрать, чтобы отгородиться от этой лжи, но он теперь не отпускает.

Распахиваю глаза, смотрю на наши переплетенные пальцы.

– Юра, отпусти. – Качает головой из стороны в сторону.

– Не вижу поводов для этого.

– Ты не хотел детей, я помню, что ты говорил. Я оставила их, потому что сама хотела ребенка. А они не виноваты, кто их отец.

– И кто их отец?

– Давай не будем...

– Как думаешь, если бы мне было все равно на тебя и на них, я бы был вчера на операции? Я был бы сейчас тут? Или просто написал сообщение, что поздравляю.

– Я думаю, что ты сам себя обманываешь.

Гладит большим пальцем мою ладошку.

– Я так соскучился по тебе. По тому, что можно просто прийти к тебе и ничего не боятся…

– Прекрати, – снова пытаюсь забрать руку. – Это все так лживо. Соскучился он…

– Почему? – кивает, улыбаясь.

– Почему? Ладно. Ты приходишь ко мне, пользуешься тем, что я одна, целуешь, а потом выясняется, что ты живешь с ней. Еще и кота моего забрал.

– По первому пункту, я бы еще раз воспользовался. – Усмехается, а я смотрю на него так, что сейчас он даже не пытается это сделать. – По второму, – Вика приехала на практику, у нее не было денег снимать жилье в столице. Я сдал ей комнату.

– Как же она интересно рассчитывается с тобой, если у нее нет денег на съем? Ты меня прятал ото всех, а с ней вернулся, сразу к Егору поехал. Я беременная, но не дура, Домбровский.

– Ты моя ревнивая львица.

Вот еще. Я закатываю глаза и отворачиваюсь.

– Собственно, я и согласился ее взять, потому что одна голова хорошо, а две лучше. Она учится на следователя, помогает мне разобраться в деле твоего отца.

– Что, грехи спать не дают?

– Саш, я знаю, что он не виноват.

– Да что ты! Не прошло и полгода! Только папа уже в тюрьме. И я тебе этого никогда не прощу. И скрывать от дочек, почему их дед не с ними, тоже не буду.

– Надеюсь, к тому моменту, как они будут тебя понимать, мы уже помиримся.

Я прикрываю глаза и выдыхаю. Мне надо успокоиться. У меня дети маленькие. Я не должна думать об их отце-изменнике. И я ни за что не поверю, что между ними ничего не было.

– По поводу третьей претензии. Представляешь, – не смотрю на него, но чувствую, как улыбается. – Вчера я сказал Ахиллесу, что ты родила. Так он сегодня меня разбудил рано, сидел под дверью чего-то ждал. А когда я сказал ему, что не возьму к тебе, он запрыгнул на комод, а потом мне на плечо.
– Представляю все. Я не хочу показывать Домбровскому никаких эмоций. Но, когда слушаю про Ахилла, улыбаюсь. – Твой конь этот древнегреческий чуть мне спину не переломал, только чтобы я взял его с собой.

– Ему тошно на тебя смотреть.

– Саш, правда, ничего нет с ней. Даже в мыслях. У кота можешь у своего спросить.

Я бы какой-то частью своей души, может, и хотела бы верить, но не могу. Не тот он человек, что просто так будет приглашать к себе жить незнакомых людей. Тем более женщин.

– У нас с тобой чего только не было, но я у тебя всего пару раз была, а она спокойно живет, – не могу не упрекнуть.

– Ты же знаешь, что с тобой нам приходилось скрываться.

У Юры вибрирует телефон, он при мне переписывается с кем-то и бросает на меня взгляд.

И так понятно, что с ней. Но ведь демонстрировать мне это не будет.. Вот тебе и правда.

– У меня есть для тебя подарок.

– Спасибо, вчера уже поздравили. Не надо мне ничего, можешь подарить подарок своей сожительнице.

– Ей он не нужен, – смеется Домбровский и набирает в телефоне кого-то.

Я демонстративно отворачиваюсь.

– Сергей Евгеньевич, здравствуйте. – Оборачиваюсь, когда слышу знакомое имя. Предчувствие накрывает. Иголочками под кожей покалывает. Я смотрю на Юру и не верю.

– Здравствуй, Юра, – от родного голоса, по которому так скучала, сердце начинает дрожать как на струнках. Прикрываю рот рукой, чтобы не сглазить. Папочка...

– У вас есть несколько минут, и за меня там слово замолвите, – усмехается экрану и протягивает мне свой телефон.

Папа…

– Детка, привет, поздравляю тебя. – Улыбается. Хотя морщин стало больше. – Так рад за тебя. Здоровья тебе и моим внучкам.

Я не видела его уже полгода.

– Папочка.

Вытираю свободной ладошкой слезы. Надо успокоиться, чтобы не растрачивать впустую наше время.

– Саша, не плачь. У меня все хорошо. – А я не могу остановиться. Не верю, что это он. Не надеялась даже, что получится так скоро его увидеть.

– Как твое здоровье? Прости, я давно не приезжала. Тяжело было с животом.

Как же я хочу, чтобы он рядом был, чтобы с внучками познакомился, чтобы обнял меня и помог.

– Для моего возраста нормально. Не плачь, Саш, я тут уважаемый человек, – смеется, веселит меня.

– Шутки у тебя... Папа, я тебе не могу их показать, они слишком маленькие родились, еще в реанимации.

– А ты побольше нафотографируй и наснимай видео, буду потом пересматривать. – Бросаю взгляд на Домбровского и снова на папу.

– Саш, ты не должна злиться на Юру за то, что я тут.

– Юру? – переспрашиваю, – вы что, теперь друзья?

– Как бы это ни звучало странно, но я рад, что у моих внучек такой отец. Пообещай, что выслушаешь его и простишь.

– Никого я прощать не собираюсь. Пусть не надеется даже. – Мажу взглядом по прокурору, а он ухмыляется. – Или не раньше, чем ты будешь на свободе.

– Саша, пока не время.

– То есть не время?

Расслабленный взгляд Юры скользит по мне, папа для него сейчас проходной билет, знает, что я его слушаюсь.

– Саш, для твоей же безопасности слушай Юрия, делай так, как говорит.

– Он ничего не говорит.

– Юрий? – папа зовет его.

Домбровский поднимается и подходит ко мне. Тоже появляется в камере.

– Я не успел еще рассказать. Она у вас упрямая.

– Не успел он… Саш, у меня тут все в порядке. Вип-палата считай. А с Юрием поговори. Ты меня поняла? – Киваю.