Чтение онлайн

– Договорились, агроном.

– Прокурор-агроном.

А если бы я не вернулся тогда назад, остался бы в Ростове? Не докапывался и не искал варианты, чтобы меня перевели назад?

Саша всех уговорила не рассказывать мне ничего. Я, может, и узнал бы, наверное, только когда? Как Валера через год или как Егор через пять лет. Не знаю, кого благодарить, что меня все-таки вернули назад. Наверное, Сергея Ивановича. Он постарался и нашел выход. Ни дня еще не прошло, чтобы я не думал об этом. А что, если бы…

Я перебираю в памяти все моменты. Этот август кардинально все изменил. Как мою жизнь, так и отношение к миру. Эти перемены не могли не задеть дружбу. И вроде бы все относительно нормально, но не так как раньше.

Галочка Саша и Рома была поставлена. Я понимаю, что там ничего сейчас нет, но от греха подальше не хочу лишний раз их встреч. Просит, разрешаю, но сам не провоцирую.

Егор из-за Вари тоже отдалился. Тут тоже уже ничего не изменить. Все держится на том, что дружат наши жены. И мы будем встречаться, но в сухом остатке претензии и недоверие теперь есть.

С Валерой тоже не без косяков. И вроде как я там сильно для этого постарался. Сам нарушил закон, но Еву прикрыл. Может, хотя бы эту дружбу еще удастся сохранить без каких-то примечаний.

Я набираю Валеру, договариваюсь о встрече. Ловлю себя на мысли, что там будут дети. Вовка уже большой, покупаю ему энциклопедию для детей о правосудии. Для маленькой Дианы пирамидку со съемными деталями.

Встречаемся с Дорониными в парке.

– Вау, круть, – Вовка пересматривает на ходу цветные иллюстрации в книге. – Дядь Юра, а научишь меня стрелять?

– Когда батя разрешит, тогда научу.

– Спасибо, Юрий, – Ева забирает у меня игрушку для дочки. – Я потом ей отдам, сначала надо помыть. Киваю.

– Как дела,Юр? Как Саша? – спрашивает Валера и достает дочку из коляски, чтобы та немного прошлась.

Я залипаю на этих маленьких ножках, светлых волосиках, что выглядывают из-под шапочки, большущих глазах, что рассматривают все вокруг с таким интересом. Маленькая Диана аккуратно присаживается на корточки и рассматривает камень.

У меня таких любопытных три.

– Спасибо, уже лучше. Мы ждем, что скоро нас отпустят домой.

– Здорово.

– Мы хотим расписаться, но без торжеств, соберемся нашей компанией и родители. Так что вы тоже приглашены.

– Ну, что сказать? Классно.

Ева вроде рядом, а вроде с ребенком. Избегает меня и я сейчас должен это напряжение снять, чтобы дальше было проще. Носить с собой постоянно рюкзак страха и претензий бессмысленно.

– Валер, я могу с Евой поговорить? Наедине?

– О чем?

– Я должен извиниться и… – тяжело ему об этом сказать, с ней еще сложнее будет, – хочу дружить семьями, но пока мы не поговорим, она так и будет смотреть на меня как на опасность.

– Хорошо. – Он тоже понимает, что это нам надо. – Диана, – зовет дочку, – иди к папочке. Но девчушка улыбается и наоборот убегает от него. – Я сейчас тебя догоню, – смеется. – Я поиграю с ней, пройдитесь с Юрой.

Ева от неожиданности замирает. Смотрит на меня. Оборачивается на Вала, но уже подхватывает дочку на руки и несет на качели.

– Пройдемся? – киваю ей в сторону аллеи. Она отвечает молчаливым кивком. Разворачивается со мной. – Ева, я должен извиниться. – Она бросает на меня быстрый взгляд, и снова отводит глаза. Объяснять, за что, мне не надо. – Дело было не в тебе лично. И даже не в работе. Хотя я по умолчанию каждого незнакомого в чем-то подозреваю. – Она молчит, шумно сглатывает. Снова все это вспоминает, переворачивает в памяти. – Об этом мало кто знает, но пару лет назад я встречался с девушкой, потом оказалось, что она спала со мной, чтобы вытащить своего парня из тюрьмы. – Ева оборачивается и смотрит на меня. – Потом через пару лет твоя история повторяется практически точь-в-точь.

– Вы видели показания, которые я давала.

– У слов может быть такая особенность, что они могут подразумевать правду, а могут – ложь. На тот момент, все, что ты говорила, для меня больше походило на ложь. Я говорю, как есть и исходя из своего опыта работы следователем. Я понял, что ты не врешь только там. – Оборачиваюсь на девушку, она бледнеет, я чувствую, как ее начинает трясти, но нам надо это обсудить. – И я не жалею о том, какой выбор сделал зимой. Ты ни в чем не виновата. – Мне правда, стыдно, что влез тогда в ваши отношения. Даже, если бы ты его обманула, это была бы ваша история, я был бы ни при чем.

Она плачет. И это лучше, чем если бы ей было все равно. Но сейчас этот разговор - это наша с ней история и гарантия того, что стена недоверия между нами наконец рухнет.

– Мне еще все предстоит, но я уже догадываюсь, как тебе сложно было одной с ребенком. Валера мой друг, и я хочу дружить семьями, а не встречаться украдкой, чтобы избегать наших с тобой встреч. У тебя замечательный отец, хоть ты о нем так поздно узнала.

– Папа очень хорошо о вас отзывается, – улыбается сквозь слезы.

– Простила его?

– Конечно, когда всю жизнь была одна, без родителей, а тут он объявляется, помогает, защищает, зачем отказываться от такого. Мне так его не хватало, я наверстываю с ним все, что упустила в детстве.

– Я рад за вас.

– Я и вас простила уже. Если бы не вы…

– Не надо, Ева. По-другому я не смог бы. Что-то Саша во мне изменила, теперь так категорично рассуждать, как раньше, уже не получается.

– Ну и хорошо.

– Тогда мир? – протягиваю ей руку, она кивает в ответ и улыбнувшись пожимает мою руку. Я притягиваю к себе и обнимаю. Ненадолго. – Вытирай слезы, а то я получу от Валерки, что ты плачешь, – поджимает губы, улыбаясь, и слушается. – И давай на ты. Можно, просто Юра. Не такая уж у нас большая разница в возрасте.

– Это сложно.

– Нормально. Давай, привет, Юра.

– Привет, Юра, – повторяет.

– Юра, купи мне мороженое.

Снова стопорится.

– Я жду, тренируйся.

Ева выдыхает и улыбается.

– Юра, купи мне мороженое.

– Пойдем.

Беру ей шоколадное, себе ничего и разворачиваемся назад.

Я кладу Еве на плечо руку, показываю Валере, что все в порядке.

– Юра купил мне мороженое.

– Вал, ты там проследи, чтоб у нее горло не заболело.