Чтение онлайн

Но до чего же тошно. И страшно. Близкий? Насколько близкий? Тот, с кем я разговариваю. Каждый день или реже. Кого считаю если не другом, то уж во всяком случае приятелем или хотя бы симпатизирующим мне.

Фрейлины. Слуги. Некоторых я уже знаю по именам. Камеристка, которая по-прежнему держится холодно, стараясь лишний раз не попадаться на глаза.

Охрана.

Сержант. Урфин.

Этак и вправду параноиком стать можно.

– Мы найдем его, - пообещал Магнус, разглядывая особняк.
– Но на это потребуется время.

Я не стала спрашивать - сколько. Много. Но Магнус не остановится, в этом я совершенно уверена.

– Вы поэтому хотите, чтобы лечебница была большой?

И весь город увидел, что Наша Светлость не только платьями - боги, я не знала, во что они обходятся!
– душу греет.

– Догадливая ласточка.

– Думаете, поможет?

– В какой-то мере...

То есть чуда всенародной любви ждать не стоит? Ладно, я же не ради любви все затевала.

– Умные будут верить тому, что видят, - сказал Сержант, засовывая руки в рукава шинели.
– Тот, кто пишет, дает лишь слова. И многие знают, что слова - опасны. Глупых больше. Но теперь им будут говорить разное. Появится выбор.

Любить или ненавидеть.

Благодарность человеческая - ненадежная штука. Разве что... мысль пришла в голову неожиданно. Если уж пытаться ее получить, то от тех людей, которые могут быть полезны.

– Скажи, - я обращалась к Сержанту.
– В городе много военных?

– Постоянный гарнизон в несколько тысяч. Там есть кому лечить.

Допустим, но это не отменяет права выбора.

– Если отвести крыло...
– особняк предстал передо мной в новом обличье. Я мысленно провела разделительную линию, аккурат меж двух обнаженных дев, поддерживавших над входом гранитную рыбину.
– Для тех, кто служит... дому. Солдаты. Командиры. Городская стража. И не только их, но и их семьи. Ведь есть же у людей и жены, и дети, и родители... и хорошо, чтобы лекарства для таких людей продавали дешевле.

Я боялась, что меня не поймут. Но Магнус постучал палкой по кованой решетке, окружавшей особняк, и заметил:

– Пожалуй, это будет правильно... интересно даже будет. Есть у меня знакомый, который хотел бы совесть облегчить благим деянием.

Подозреваю, знакомых у Магнуса хватит на то, чтобы облагодетельствовать весь город.

Их Сиятельство не вернулись ни через час, ни через два, ни через три...

За окном стемнело, и Гавин зажег свечи.

Ужинали вдвоем, и где-то это было даже неплохо. Впервые за долгое время Тисса не думала о том, чтобы сидеть в изящной позе, следить за осанкой, руками, каждым сказанным словом... чтобы не есть больше, чем дозволено есть леди.

Холодное мясо подогревали на свечах, хотя Гавин и предлагал воспользоваться спиртовкой, но Тисса не решилась. Живы были еще воспоминания о выплавленных в камне окнах. Мало ли, какие у Их Сиятельства спиртовки...

– А ты совсем не такая, как я думал, - сказал Гавин, облизывая жирные пальцы. Ел он руками, и Тиссу подмывало последовать его примеру. Но она боялась испачкать платье.

Ему и так досталось.

– Какая?

– Злая.

Тисса злая? Почему?

– Ну... ты все время смотришь вот так, - Гавин встал и, вытянув шею, задрал подбородок. И прищурился. Неправда! Ничуть не похоже!

Или похоже?

Лань горделивая или как там было... Тисса фыркнула, представив себя такой и еще с книгой на голове.

– И не улыбаешься никогда. А говоришь, как будто тебе слов жалко.

Он и голос передразнил, причем так, что Тисса, не выдержав, рассмеялась. А ведь леди не хохочут... но здесь не было никого, перед кем надо было притворяться леди.

– Теперь ты мне больше нравишься, - Гавин нарезал яблоки на четвертинки, избавлял их от косточек и, насадив на длинную шпагу, совал в камин. Огонь шипел, глотая горячий сок, а Гавин ловко скидывал опаленное яблоко на блюдо, посыпал сахаром и корицей.
– Почему ты не всегда, как сейчас?

– Потому что... я должна быть леди.

Эти яблоки были почти так же хороши, как запеченные в костре. Только дым имел другой запах.

– Зачем?

– Я обещала.

– Твоя сестра говорит, что...

– Она еще маленькая. Ей многое прощают. И она думает, что так будет всегда. Но она вырастет и поймет.

– Что поймет?

Наверное, Тисса не сказала бы это кому-нибудь другому. Но Гавин был почти своим.

– Что нам сбегать некуда. Мы должны соответствовать. Быть такими, как от нас ждут.

Хорошо, хоть откровения вкус яблок не испортили. Когда еще получится так отдохнуть. Тисса и на Их Сиятельство злиться перестала.

Он и вправду не такой уж страшный... забавный иногда.

Мы возвращались.

Я устала ровно в той мере, чтобы быть счастливой от предвкушения встречи с ванной и кроватью. И эта усталость странным образом придавала веры, что все у нас получится.

Лечебница откроется в самом скором времени.

Дядюшка отыщет злодея.

Кайя вернется...

...вернулся.

Я услышала его присутствие на мосту и даже раньше, сперва не поняв, что со мной происходит и откуда это ощущение безумного всепоглощающего счастья.

– Куда вы...
– Сержант не успел договорить, сам все понял и пробурчал: - Магнус, сами с ним объясняться станете. Я изначально был против этой затеи.

Снова были ворота, и замок, и статуи, и Кайя, который стоял, скрестив руки на груди.