Чтение онлайн

—Конечно, это положило конец противозачаточному эффекту, но это не главное, важно то, что ему постоянно угрожает выкидыш.

Мои глаза снова обратились к экрану ультразвукового сканера. Боже мой, это был ребенок . . ребенок, о котором я даже не подозревала, что он растет внутри меня.. ни о чем не заботилась… Боже мой! Я пила алкоголь. .

—Доктор. . я не знала, я понятия не имела… Я даже не заметила!

Он наблюдал за мной, сохраняя спокойствие.

—А теперь успокойтесь, хорошо? Мы проведем все необходимые анализы, чтобы убедиться, что с вами и ребенком все в порядке. Вы были бы удивлены случаями, которые существуют, подобные вашему. Изменения обычно начинают проявляться на третьем или четвертом месяце, так как до двенадцати недель матка все еще находится в малом тазу, и только когда она выходит за пределы этой области, беременность начинает проявляться. Поскольку у вас кровотечение, мы поместим вас в больницу, пока все не придет в норму, я не хочу, чтобы вы слишком переживали. Я знаю, вы только что узнали, что беременны, но очень важно, чтобы вы прямо сейчас полностью отдохнули. Как только кровотечение прекратится, я сделаю осмотр органов малого таза, чтобы измерить шейку матки; если все в порядке, преждевременные роды в будущем исключены.

«Преждевременные роды. .»

Боже, я чувствовала себя так, как будто внезапно оказалась в пузыре, где слова «ребенок», «преждевременные роды», «внутриутробная гематома» и «выкидыш» были полностью лишены смысла.

Я даже не задумывалась о том, что он мне только что сказал, я все еще воспринимала то, что было на этом экране, и меня засыпали словами, которых я не понимала и которых до сих пор не слышала.

—Медсестра придет, чтобы задать вам несколько вопросов, мы собираемся взять у вас кровь, чтобы исключить какие-либо дополнительные осложнения, хотя сейчас самое главное, чтобы гематома исчезла. Безопаснее всего, чтобы у вас был низкий уровень прогестерона; в этом случае мы сделаем все необходимое, чтобы ребенок развивался дальше. «Вы согласны?» —сообщил он мне тоном, который, как я предположил, пытался меня успокоить.

Я почувствовала панику, полномасштабную паническую атаку, я хотела убежать, исчезнуть из больницы и вернуться к тому, чем была моя жизнь всего несколько часов назад.

—Доктор. . мне всего девятнадцать, я еще не готова стать матерью.

Он кивнул и любезно подошел ближе.

— Это не входило в ваши планы. . я понимаю, — тактично ответил он мне. —Но ребенок существует, и есть также риск, что вы можете потерять его. Вы молода, у вас впереди несколько сложных месяцев, вам понадобится поддержка окружающих. Вы знаете, кто отец?

«Отец»

Николас Лейстер был отцом этого ребенка. . и он был на другом конце страны, с другой женщиной, после того, как совершенно ясно дал понять, что не хочет снова становиться частью моей жизни.

—Я. . я знаю, кто он, но. . я не могу ему сказать.

Как раз в этот момент вошла медсестра, и врач повернулся к ней, чтобы рассказать ей все, что они должны были со мной сделать. Она улыбнулся мне, чтобы подбодрить, прежде чем уйти. Как только он ушел, медсестра подошла ко мне, чтобы похлопать меня по руке.

—Тебе нужно успокоиться, дорогая, — сказала она, когда в комнату вошла другая медсестра, и они вместе занялись моим телом. —Мы найдем способ снабдить тебя витаминами и обезболивающим, чтобы ты могла отдохнуть. Когда ты проснешься, я уверена, что все станет лучше.

—Нет, нет, я не хочу успокоительного. Вы этого не понимаете! Этого не должно было случиться, я не готова быть матерью, я не должна быть матерью, вам ясно? Мне сказали, что забеременеть очень маловероятно, почти невозможно, и теперь. .

—Ты на четвертом месяце беременности, дорогая, и, судя по твоей истории

болезни и тому, как развивается беременность, это чудо.

«Чудо»

Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться, пытаясь все это переварить. Четыре месяца… Черт возьми, чертов Николас Лейстер!

НОА

Я не знаю, в какой момент я заснула, но когда я открыла глаза, я увидела, что Дженна сидит в кресле рядом с моей кроватью и наблюдает за мной с бледным и обеспокоенным лицом. Увидев, что я открываю глаза, она встала и подошла ко мне, которая лежала, свернувшись калачиком, с капельницей в левой руке.

—Ноа, как ты себя чувствуешь? —сказала она со страхом в голосе.

Увидев ее там и вспомнив все это, я почувствовала себя так, как будто мы обе были в другом измерении, как будто внезапно моя жизнь перестала быть моей жизнью, и то, что я только что обнаружила, закрыло для меня все двери, которые когда-либо были открыты, как будто теперь я открыла только одну, и меня заставили пройти через нее.

—Думаю, хорошо, —ответила я.

Ребенок… начнем с того, что рождение ребенка всегда было чем-то гипотетическим. Всякий раз, когда я представляла себя с ребенком, я видела себя усыновляющей его в будущем, возможно. Мне сказали, что травмы, которые я получила в детстве, могут привести к неприятностям. Мне сказали, что когда придет время зачать ребенка, мне нужно будет обратиться в клинику по лечению бесплодия, и что они скажут мне, как действовать дальше. Я никогда не думала, что смогу забеременеть естественным путем. . боже мой, если бы я даже не принимала противозачаточные средства! Ничто, абсолютно ничто не указывало на то, что это могло произойти.

Я встала с постели и обулась. С чрезмерной осторожностью я стянула с себя больничную ночную рубашку и уткнулась взглядом в живот.

— Так это правда. . я не могу в это поверить. — И это сказала не я, это сказала Дженна.

Я перевел взгляд на нее и увидела, что она побледнела рядом со мной.

—Что я собираюсь делать? — спросила я, положив руки на живот и нащупывая, не почувствую ли я что-нибудь, указывающее на то, что у меня в животе четырехмесячный плод.

Дженна покачала головой и села рядом со мной на кровать.

—Ноа, кто отец?

Я снова посмотрела на нее. Я подумала, что это очевидно, хотя, если подумать, никто не знал, что случилось в День Благодарения; ну, никто, кроме нас с Ником.

—Николас, —шепотом ответила я. Просто произнесение его имени вызвало у меня болезненное чувство в груди.

Дженна удивленно открыла глаза, а затем на ее лице появилась широкая улыбка.

—Николас? Наш Николас? Но когда?! Как?

Какого черта она была так счастлива?

—Это случилось на День Благодарения, после того, как Ник узнал о болезни своей матери, он был расстроен и сказал вещи, которые. .

—Боже мой, Ноа, но это же потрясающе! Подожди, ты сказала "День благодарения"?

Ее глаза вернулись к моему животу, затем ко мне. Через несколько секунд она, казалось, отвлеклась, чтобы сопоставить факты, я полагаю.

—Четыре месяца, Дженна, — сказала я без тени счастья в голосе. —Разве врачи не сказали тебе об этом?

— Ты что, шутишь? Я даже не подозревала, что мои подозрения подтвердились, до тех пор, пока менее пяти секунд назад ты не сняла футболку и не уставилась на свой живот, как будто увидела инопланетянина.

— Ты только что узнала?

Дженна кивнула.

— Я не твой родственник, они ничего не хотели мне говорить; более того, я поссорилась с медсестрами, чтобы они впустили меня в твою комнату.

Я глубоко вздохнула, чувствуя себя более потерянной, чем за всю свою жизнь. Дженна взяла меня за руку и положила ее на мой едва заметный выпуклый живот. Никто, кто этого не видел, не мог сказать, что я беременна.

—Ноа, я была напугана, потому что думала, что ребенок от другого парня, с которым ты встречалась в ночном клубе, но он от Ника! Твоего Ника! Это замечательно.