Наши бабки и зелье в кадке
Шрифт:
– А вы можете это устроить?
А вдруг? Он же ПРАВИТЕЛЬ! В предвкушении чуда я даже пальчики на ногах поджала. Ну, пусть он сможет!
– У Сигнорина скверный характер, – произнёс мужчина, продолжи неторопливое шествие.
– Будешь тут иметь скверный характер, – пробурчала я. – Он старается для всех, а ему и спасибо никто не хочет сказать.
– Скорее, боятся, – поправил меня правитель, и неожиданно сказал: – Мы пришли.
И вот тут я искренне ахнула. Действительно, только здесь, в этом климате, может быть такое чудо!
Мы стояли на мостике над небольшим озером. Его воды светились мягким сиреневым светом (почему тут так много сиреневого?), словно на дне кто-то установил большой прожектор с цветными линзами. Ночное светило на чёрном безоблачном небе с любопытством смотрелось в сиреневую гладь, отражаясь белым кругом, а к берегу от отражения бежала серебристая дорожка. В призрачном свете деловито порхали ночные мотыльки, между ними проносились крылатые любители поздно покушать. Иногда в этой кутерьме вспыхивали небольшие яркие искры, и раздавалась сердитая трескотня. На поверхности озера, как раз по серебряной дорожке, то и дело показывались мордочки юрких рыбёшек, которые тоже не прочь были полакомиться летучим протеином.
– Ваше Величество!
К королю припорхал ночной мотылёк, завис напротив его лица и возмущённо трещал тоненьким голоском. Я присмотрелась внимательнее и ахнула ещё раз: то, кого я приняла за мотылька, оказалась маленькой феечкой! Наверное, феечкой, так как сердитые крылышки держали в воздухе маленькую девушку, совсем крохотную, с полмизинца. И она, возмущённо уперев ручки в бока, жаловалась:
– Эти балбесы совсем житья не дают! Ну, скажите вы им, чтобы перестали нас щипать!
– Роки, лапушка, им же тоже развлечься хочется, – с улыбкой ответил Сибгад.
– Им развлечение, а у нас работа! – фыркнула феечка, а потом уставилась на меня. – Это новенькая? Хорошенькая какая!
Я протянула руку ладонью вверх, предлагая девчушке передохнуть на ней.
– А вы тут работаете всё время или только по ночам?
Роки не стала кочевряжиться, плюхнулась на ладошку, расправила и без того идеальное платьице и хихикнула:
– Мы тут кормимся серебряным светом. А некоторые мешают! – неожиданно громко рявкнула феечка.
Крылатые любители набить живот ночью с шумным хлопаньем крыльев суматошно разлетелись.
– Да, – миролюбиво продолжила она. – Мотыльки нам не мешают, и рыбки тоже. А вот кожаные проходу не дают, – пожаловалась феечка.
– Кожаные – это крыланы, – тихонько пояснил Сибгад.
– Ага, они, пакостники, – закивала Роки. – Можно подумать, им пожрать негде! А ведь мы только этим светом можем питаться. Тем, который отражается от воды Сирень-озера.
А-а-а, теперь стало понятно. Крыланам не хватало пищи и зрелищ, то бишь, развлечений. Вот они и щипали маленьких девушек за что достали. А те пуляли в них искорками, сродни электрическим разрядам.
– Ваше Величество, мы требуем неприкосновенности! – вновь обратилась к королю феечка. И вдруг замерла, а потом стала принюхиваться к моей ладони.
Я занервничала. Вроде никуда руки не совала, чтобы вонять. Чего это она? Ещё немного времени, и я запаникую всерьёз. В чём дело-то? А феечка вдруг куснула мой палец и зажмурилась:
– Вкусно! – пошлёпала она губами.
А я начала паниковать, но уже по другому поводу. В смысле «вкусно»? Меня эти крошки есть будут?
Феечка куснула ещё раз, и ещё… Это было похоже на пилинг рыбками Гарра Руфа. Не больно, но страшно – это пока она скусывала огрубевшую кожу с рук, а что будет, когда эта «еда» закончится?
Я растерянно оглянулась на короля. А он, гад, только лыбился во все тридцать два.
– Не волнуйтесь, девочки не причинят вреда.
На аппетитное плямканье Роки прилетели ещё две феечки. Одна из них была такой комплекции… совсем не фейской. Толстушку еле держали её прозрачные радужные крылышки.
– Ой! – воскликнула она. – Мне оставьте! Я кушать очень хочу! А то кожаные меня совсем загоняли! У меня живот к спине прилип! – и феечка жалобно уставилась большими голодными глазами.
– Риска, – недовольно пробурчала другая подлетевшая, – ты, когда голодные глаза делаешь, щёки втягивай и живот подбирай! А то совсем не похожа на голодающую!
Они трепыхали нежными крылышками, нерешительно косясь на короля. А этот…прохвост выставил руки вперёд ладонями и открестился:
– Не ко мне, девочки! Это к нашей гостье!
Значит, привёл посмотреть на чудо-чудное, а на самом деле меня сейчас сожрут?
– Можно? – пискнула толстушка. – Мы только по разочку?
– Да ты не волнуйся! – Роки по-хозяйски разлеглась на ладони и сыто икнула. – Мы ж с пониманием! Руки тебе почистим и всё. Нам еда – тебе красота!
– А что вы, и людьми питаетесь?
Девочки звонко захихикали. А Роки обиженно надула губки.
– Не людьми, а магией! – она наставительно покачала пальчиком. – У тебя очень необычная магия! Но мы не дармоедки! – феечки приосанились. – Мы за еду платим! Вот, – они дружно кивнули, – маникюр тебе сделаем и вообще, – она заговорщицки прищурилась. – Приходи к нам завтра вечером. Мы тебе такое покажем, закачаешься! А ты нас магией своей покормишь! Договорились?
Ну как такой милахе отказать? Тем более, оказывается, никто меня есть целиком не собирался. А руки… Да, после шатаний по оазису и пустыне, руки желательно бы почистить. Но как быть с отъездом? Я оглянулась на короля в поисках совета.
– Нет-нет, – снова слился он. – Я в ваших девчачьих тусовках не участвую!
А у самого бесенята в глазах чечётку отбивают!
– Но я думала, что мы уже завтра уедем.
– Оставайтесь, сколько хотите, – хмыкнул король.
– Ну… ладно, – неуверенно промямлила я, покосившись на Мурку. И только её спокойствие дало уверенности: если моя охрана не нервничает, то, действительно, всё безопасно.
– Ур-р-а! – заверещали феечки.
Каждая куснула ещё по одному разу, и они улетели к своим подружкам, о чём-то оживлённо щебеча. Я проводила взглядом эту троицу, а потом подошла к перилам, облокотилась и посмотрела вниз. Туда, где словно в зеркале отражалось чёрное полотно ночного неба с редкими искрами звёзд. Посмотрела и чуть в обморок не рухнула: за моей спиной величественно возвышалась голова белоснежного дракона и задумчиво сияла сиреневыми глазами.
– Ой!
Крик изумления вырвался непроизвольно. Хорошо, что от удивления горло перехватило и он вышел тихим, обошлось без очередного перемещения не пойми куда.
Я резко обернулась, в надежде встретиться глаза в глаза…
Глава 9. Любовь, магия и воспитание.
Встретилась. Макушкой с подбородком короля.
– Умс… – прошипел Сибгад, потирая ушибленную часть головы.
– Твою ж… – это уже я вторила, присоединяясь к королевскому шипению и усиленно массируя свою голову. Блин, шишка будет точно. Железный у него подбородок, что ли?