Чтение онлайн

На исходе двадцатой секунды дружного хехекания лифт снова осветился и лениво пополз вниз.

– Видишь! – торжественно произнесла Даша. – Тебе бы только стрелять!

– Надолго ли собаке блин? – скептически заметил Борисов. – Сейчас еще и запасная цепь расплавится, вот тогда будет вам «хе-хе».

Вопреки мрачному прогнозу мастера, лифт доехал до двухсотого уровня без остановок.

– Теперь вправо… – Борисов прицелился в перспективу длинного коридора. – А на развилке налево.

– Да спрячь ты оружие! – раздраженно прикрикнул на мастера Матвей.

Шуберт хотел что-то ответить, но в это мгновение пол ушел из-под ног, а с потолка раздался характерный для короткого замыкания треск, и посыпались крупные синие искры. Разведчики дружно растянулись на гладком полу и прикрыли головы руками.

– Бежим! – крикнула Даша.

Она проворно вскочила на ноги и, показывая пример, бросилась вперед.

– Стой! – не своим голосом заорал Борисов.

Девушка, продолжая движение, удивленно обернулась, но было поздно. Следующий шаг она сделала в пустоту. Участок пола, длиной примерно в десять метров и шириной от стены до стены, ушел куда-то вниз, и Дарья успела лишь коротко вскрикнуть. Матвей на четвереньках подполз к краю провала и заглянул в непроглядный мрак. Определить, насколько глубока поглотившая Дашу пропасть, или рассмотреть саму девушку было невозможно.

– У-у! – взвыл Мотя.

– Тише ты! – испуганно одернул его Шуберт.

«Х-х!» – раздалось откуда-то с потолка. По коридору разнесся уже знакомый грохочущий сигнал тревоги, и коридор впереди и позади перекрыли внушительные металлические переборки.

– Ну вот, накаркал! – Борисов тяжело поднялся и зачем-то отряхнул колени. – Сейчас пустят какой-нибудь газ, будешь знать!

– А что я сделал? – тихо спросил Матвей, тоскливо глядя вниз.

– Угукал, как рыбоглазый, вот что! Автоматика нас, наверное, за вражеских диверсантов приняла. Результат ты видишь. Куда теперь идти? Как к «Корейцу» пробраться?

– Думай сам. – Мотя сел на колени и тяжело вздохнул. – Я никуда не пойду.

– Очень романтично! Они жили не долго, но счастливо, и сгорели в один день. Соберись! Тут уже ничего не поделаешь… Надо пробиваться к кораблю.

– Нет! – Матвей сжал кулаки. – Я ее не брошу.

– Тьфу ты! Ромео нашелся! – Мастер уселся рядом, свесив ноги вниз. – Будем геройски ждать конца?

– Нет, ты иди, – покачал головой дежурный. – Это не твоя проблема.

– Какая проблема? – Шуберт усмехнулся.

– Ты снова знаешь что-то особенное? – спросил он с надеждой.

– Нет, – пожал плечами мастер. – Видишь же, денег не требую…

– А-а, понимаю… последняя стадия психозащиты от стресса – равнодушие. Согласно теории профессора Фекалина…

– Ты где такого бреда начитался? – Борисов плюнул в провал. – Э-эх, Мотя, темный ты человек… Одно слово – военный… Ладно. Ты идешь за своей Джульеттой?

– В… бездну? – Матвей поежился.

– Ага. – Мастер легко оттолкнулся от края провала и спрыгнул вниз.

Оторопевший дежурный утер со лба холодный пот, неумело перекрестился, зажмурился, а затем нырнул следом за товарищами…

– Смещение центра масс… вызвало сбой эклиптики… изменение траектории движения… – Исследователь поднатужился и навалился на стальной трос, пытаясь в одиночку затянуть узел. – Изменение… незначительное… маленькое такое, как говорит господин майор, но оно повлекло за собой такие же неполадки в движении прочих небесных тел, а при здешней скученности равновесие – понятие весьма и весьма условное… Неустойчивое… Его можно было нарушить всего одним неосторожным жестом…

– В триста тысяч мегатонн, – хрипя подсказал второй ученый, висевший на другом конце троса.

– Бомба? – заинтересовался Зинчук.

Он поплевал на свои механические клешни и взялся за трос со стороны первого исследователя.

– Зачем бомба? – Ученый украдкой вытер со лба пот. – Выкачали, допустим, триста тысяч мегатонн нефти с одной планеты, и все – сбой…

– Ну а если метеорит? – удивился сержант. – Нет, метеорит маловато, например – астероид…

– А-а, – исследователь загадочно улыбнулся, – вот для этого все планеты и были связаны прочной цепью внепространственных каналов. Вот вы думаете – зачем?

– Я не думаю, – отмахнулся Зинчук, – мне по должности не положено…

– А по званию?

– Ну-у…

– Зачем? – заинтересовался Бугаев, мрачно посматривая на близкий водяной горизонт.

Подгонять работников у полковника необходимости не было. Магнитные захваты зависшего в поднебесье «Джаггера» работали нормально, и ствол инопланетной пушки держался в них как влитой. Довольный этим Бугаев приказал прикрепить к лафету как можно больше всякого чужеродного хлама. Он мог оказаться весьма полезным, а в трюм севшего АБОТа все не влезало. До подхода волны оставалось не больше пяти минут, и летящий впереди водной стены ураган уже вздыбил плодородный слой почвы в паре километров к югу, но полковник сохранял олимпийское спокойствие.

– Эти тоннели созданы отнюдь не для того, чтобы такие, как мы, случайные поселенцы могли спокойно мигрировать с планеты на планету. Гиперсвязи между объектами этой системы гораздо глубже и обширнее. Они пролегают не только по поверхности, перемещая из мира в мир воздушные массы, пар, микроорганизмы и семена растений, но и глубоко под почвой, создавая единые водные, нефтяные и газовые бассейны, обеспечивая равномерную температуру недрам и спокойное, сбалансированное течение термоядерным реакциям в горячих планетных сердцах. Вот в чем истинное назначение каналов. Но мы сдвинули равновесие, планеты сместили орбиты, внепространственные каналы разрушились, дисбаланс системы зафиксировался на постоянных значениях, и процесс стал необратимым… Ведь куда-то в этот момент перетекали излишки воды, откуда-то выдавливалась нефть, вытесняемая движением базальтовых плит. Триста тысяч мегатонн! Это просто детская масса! Миллиарды мегатонн вещества оказались в один момент не там, где нужно. Тут уже не до баланса. Представьте, господин полковник, что вы держали в каждой руке по СТУРНу и вдруг один из них стал легче элэса, а второй, наоборот, – потяжелел вполовину! Попадете вы в цель, нажав в это мгновение на спуск? Только если честно?

– Блин! Вот ученый, я понимаю! – искренне восхитился полковник. – И рассказал доступно, и примеры понятные привел. Ты кто? Какое звание?

– Я?.. Э-э… – Исследователь замялся. – А что?

– Да я Гаврилыча попрошу, он тебя вместо вашего попугая начальником отдела назначит!

– Давайте выберемся для начала, – пробормотал второй ученый, оглядываясь на Калашникова, размахивающего руками у места погрузки трофеев в трюм АБОТа.

Ветер вконец окреп, и его первый серьезный порыв едва не повалил собеседников на землю.

– К машине, – приказал Бугаев. – Тут уже ничего не отвалится…

Когда внутри челнока собрались все воины и пилот, выпучив от страха глаза, прижал педаль «старт», на связь с АБОТом вышел Иванов.

– Взлетели?

– В процессе, – коротко ответил полковник.

– Я вижу… – Контр-адмирал немного помолчал. – Ага, вот теперь порядок, волну вы обошли… теперь побыстрее бы вас на борт поднять…

– А пушка? – забеспокоился Бугаев. – Ты ее выдернул из холма?

– Крепко вмонтирована. – Иванов покачал головой. – Захваты уже на пределе… Мощности лебедок не хватает…