Чтение онлайн

Проблема, достаточно частая в кино тем, что некоторые герои буквально становятся для нас единым целым с своими персонажами и мы больше не можем смотреть на них, когда они играют в других фильмах.

Но это не мой случай.

Мы видим кухню.

Обычную кухню, ничем не примечательную, помимо узкого холодильника, стоящего рядом с плитой и стиральной машинки, служащей столешницей.

Дерево, из которого сделан весь гарнитур достаточно старое. Точнее эти спрессованные опилки, сверху покрытые панелями, чтобы не выглядеть таким дешевым. Но все, кто сталкивался с подобной фанерой, знают, как через несколько лет все это начинает размокать, а верхняя оболочка трескаться, являя миру свое неприглядное нутро.

Возможно, сейчас я говорю не совсем о кухне.

Молодые люди сидят за столом. Аня сидит по левую сторону от зрителя, а Женя прямо по центру.

Перед ними в ряд выстроены рюмочки, низ у которых ступенчатый, похож на гармошку, а горлышко круглое. В половине из них налита прозрачная жидкость, а в другой половине что-то желтоватое, скорее всего, яблочный сок, о котором герои говорили пару минут назад.

Ребята сидят в домашней одежде. На девушке растянутая серая футболка, с черным пятном около правого плеча. Её волосы собраны в высокий хвост, а руки, сжатые в замок лежат на столе. Лицо её сосредоточенное и серьезное, хотя в глазах проскакивает искорки веселья.

Парень же, ухмыляясь, смотрит на экран своего телефона. Его светло-русые волосы рассыпаны в беспорядке, а почти круглые стекла очков, в тонкой черной оправе, отражают голубоватый свет экрана.

– Готова? Тебе надо выпить их так быстро, чтобы ты не почувствовала вкуса. Скажи себе, что это алкоголь. Поверь, что это алкоголь. – Голос у парня веселый, как и легкая улыбка, играющая на губах. На последней фразе он пытается сделать серьезное выражение лица, но это не помогает и он слегка смеется, начиная обратный отсчет.

– Три, два, один! – Он жмет большим пальцем на сенсор телефона и поднимает лицо, чтобы созерцать то, как быстро девушка поглощает напитки.

Она берет их в руки, заливая в себя и морщась, после того, как они катятся по пищеводу. Возможно, она действительно пьет алкоголь, потому что такое выражение лица сложно подделать.

Я считаю то, сколько рюмок она выпила. Семь, восемь, девять, десять. После десятой она икает, смешно прикрывая нос рукой.

Парень опускает голову обратно к телефону, что-то помечая в нем.

– Ну, что ж, пять секунд в общей сумме, то есть ты выпивала один не более чем, за половину секунды и это дает надежды на успех. – Он смеется, блокируя телефон экраном вниз, в то время, пока девушка брезгливо втирает губы тыльной стороной ладони.

– Знаешь, на пару секунд мне показалось, что там действительно был алкоголь. – Она слегка передергивает плечами, внимательно вглядываясь в улыбающегося молодого человека.

Он пару секунд смотрит на неё недоумевающим взглядом, прежде, чем замотать головой так, что его волосы забавно подпрыгивают при каждом движении.

– Стоп, любимая, ты думаешь, что я мог подмешать тебе алкоголь? – Его брови скользят выходя за рамки очков, которые до того почти скрывали их. В то время, опока девушка сощуривает глаза и расправляет плечи, чтобы сесть ровнее. Возможно, у неё затекла спина, а может быть она пытается выглядеть более угрожающей.

– Ты вот прям уверен в своих словах? – Девушка медленно наклоняется ближе к столешнице, обнюхивая каждую стопку. Они стоят не так идеально, как до того, а в произвольном порядке, но недостаточно далеко, чтобы не учуять от них запах алкоголя.

– Ну, вполне. – Молодой человек выглядит пристыженным, когда девушка выбирает один из стопок, и подносит ей к своему лицу.

Её ноздри слегка трепещут, когда принюхивается, потому что камера берет крупный план лица.

– Да твою мать! – Она спокойно ставит шот обратно, поворачивая голову к главному герою, который тихонькое встает и пытается спрятаться в туалете, захлопывая дверь и предупредительно щелкая замком.

Мы видим его лицо, прижатое к косяку и говорящему что-то в щель между деревянным каркасом, и самой дверью.

– Ты же знаешь, я хотел как лучше. Это же сработало! – Его голос слегка приглушенный из-за узкого пространства и отдается эхом, в этом помещении, полностью отделанным зеленоватым кафелем в небольших желтых прожилках.

– Ты можешь пытаться не вредить хотя бы осознанно? – Девушка звучит огорченно и безразлично. Она смиренно сидит на том же месте, подперев голову правой рукой, и смотрит на дверь туалета, примерно то место, откуда исходит голос парня.

– Аня! Это все ради твоего же блага! Тем более сейчас же только первый триместр.– Замок снова щелкает. Парень заходит в кухню, присаживая на корточки около ног героини, и смотрит на неё снизу вверх.

– Не говори со мной. – Девушка поднимается со стула, стряхивая его руку со своего колена и уходит, заставляя парня остаться одному, все еще так же сидящего на корточках.

Девушка лежит в кровати, уставившись в потолок. Её темные волосы лежат на сине-белой наволочке подушки. Вторая подушка рядом с ней пустая.

В комнате достаточно темно, но её лицо можно рассмотреть благодаря лучу фонаря, свет которого проникает через не зашторенное окно. В выражении её лица нет никак эмоций и то, что она не спит видно лишь по открытым глазам.

Девушка укрыта одеялом примерно по грудь, а руки лежат поверх него.

Она дышит ровно, и грудная клетка поднимается каждую секунду. Внутри неё легкие, которые насыщают мозг кислородом.

В комнате царит абсолютная тишина, пока не становятся слышны тихие шаги.

Парень садится рядом, со своей стороны, и кладет руку на одеяло, около бедра Ани, но та мстительно выдергивает ткань.

Молодой человек вздыхает.

– Да хей, мне правда жаль, я думал, что ты не узнаешь и тебе станет легче. – его голос звучит виновато.

Девушка приподнимается на локтях, поворачиваясь к Жене. Она выглядит слегка злой. Это видно по её прищуренным глазам и плотно сжатым губам.

– Ты знаешь, так обычно говорят, когда трахают кого-то на стороне и их вторая половина узнает о происходящем. Так говорят, чтобы попытаться оправдать себя, хотя любая ошибка, о которой люди думают, что никто не узнает – более идиотская вдвойне. – Она говорит отрывисто, так же, как в той сцене с матерью, когда была не довольна.

– Но тебе правда это было нужно! – Молодой человек выглядит оскорбленным. Тон его голоса меняется лишь немного, но и этого хватает, чтобы ощутить напряженность.