Наследие белого дракона
Шрифт:
— Не трогай меня! — закричала ещё раз, когда почувствовала касание дракона. — Мне нужно найти Бэлморта. Это всё, чего я желаю!
На плечо опустилась тяжелая ладонь мужчины, и я утёрла нос рукавом платья, прежде чем обернуться к нему.
— Бэлморта больше нет. Давно нет.
— Ты всё врешь! — закричала я, на волоске от того, чтобы кинуться на дракона с кулаками.
Сейчас не была важна разница в нашей силе, мною управляло горькое отчаяние и желание вновь увидеть охотника. Обнять, сказать всё то, что держала в сердце, но не решалась раньше из-за собственной глупости. Я думала, что мы всегда будем вместе. Всегда.
— Н-нет, как же это… Нужно его вытащить, вытащить и… — теперь слёзы капали на мои руки и смешивались с кровью и землей. — Я ведь… Я люблю его, люблю… Так сильно люблю…
Мои руки остановил Кайонел. Я даже не заметила, всё ещё пытаясь откапывать дальше. Первый раз призналась в своих чувствах вслух, а его не было рядом. Под руинами были другие люди, но воздуха совершенно не хватало мне, лёгкие будто забились этими камнями, которые я раз за разом безрезультатно отбрасывала прочь.
— Жена, — я подняла осоловелый взгляд на мужчину, пытаясь попросить о помощи, и наткнулась на… Улыбку? Взгляд Кайонела потеплел, теперь дракон нежно сжимал мои трясущиеся руки и улыбался. — Нам пора.
— Т-ты… Скотина! — от ярости у меня заскрежетали зубы, на глаза опустилась красная пелена. — Как смеешь ты улыбаться!? Насмехаться над моим горем! Он жив, слышишь, он жив, он…
Нет, нет! Да лучше бы умерла я!
Я не помню, что кричала ещё в лицо дракону, упираясь, хватаясь за камни и кидая их уже в него, не желая покидать это место без Бэлморта. Не помню и слов, что говорил мне Кайонел, без труда оторвав от земли и закинув на плечо моё ослабевшее тело. Мои вопли превратились в нечто нечленораздельное даже для меня самой, истерика набирала обороты, а перед глазами упрямо стояло улыбающееся лицо Бэла. Такое, каким я помнила его. И любила. Веснушки, прищуренные зелёные глаза с едва заметным шрамиком на правом веке. Кудрявые волосы, так красиво блестящие на солнце. Лицо грубого простака, за которым скрывалась широкая и добрая душа.
— Пусти! Пусти меня! Я не уйду без него, не уйду! — руки начали болеть от ударов по спине Кайонела. — Он жив! Пожалуйста, пусть он будет жив! Милостивая Праматерь, Праотец, Светлейший Люциан, умоляю, умоляю, заберите лучше меня! Да хоть сам Драхх!
В голубом небе появились драконы. Чёрные пятна, закрывшие солнце. Много. Но уже ничего не имело значения. Если Бэлморт мёртв — я хочу последовать за ним.
— Пожалуйста, — просипела я, сорвав голос от крика, — Нужно найти… нужно… — теперь я не могла произнести ни слова, безрезультатно открывая и закрывая рот, издавая лишь хрипы, больно царапающие горло.
Кайонел уносил меня прочь, а голова разрывалась на части от невыносимой боли. Мутило. Последнее, что я увидела — это огонь, выжигающий дотла лес, в котором ещё недавно блуждали мы с Бэлмортом. Я не хотела терять сознание и ту единственную ниточку, что ещё связывала меня с охотником. Цеплялась за неё из последних сил, но их катастрофически не хватало.
Я потянула руку в сторону, где ещё недавно располагалась тюрьма, а потом всё поглотила холодная вязкая тьма, погребающая под собой голубое небо и вспышки огня дюжины драконов, несущихся за нами.
Меня унесло в обитель душевной боли и скорби.
Глава 25. Двуликий
Сильнее прочего болели ногти. Будто их содрали, пока я была в отключке.
Подняла руку на уровень глаз и взглянула на перебинтованные пальцы, не вставая с земли.
Внутри разверзлась пустота. Холодная. Чужая.
Между пальцев пробивался свет огней. Звёзды на небе сияли так же ярко, как и вчера. Ещё когда Бэлморт был рядом.
— Очнулась? — откуда-то слева донёсся голос, который я предпочла бы больше никогда не слышать. Там же потрескивал огонь, согревающий теплом моё тело.
— Чтоб ты сдох.
Кайонел издал звук, похожий на смешок. Но даже это не заставило меня обернуться к нему.
— Я тоже рад тебя видеть, женушка, — теперь дракон явно насмехался. — Благодаришь за спасение? Ну что ты, это мой долг.
— Просто умри, — повторила я безжизненным голосом. Сейчас хотелось винить во всех бедах дракона. Если бы не он… Я прикрыла глаза, желая себе того же, чего пожелала и ему. Если бы только не он… Кто вернёт мне Бэлморта? Лору? Счастливые дни с Рином и мамой?
— И оставить тебя одну? — поинтересовался дракон, рискуя снова привести меня в бешенство. — Ну уж нет. Ещё пожелания будут? Возможно, мясо?
Я покосилась в сторону костра и увидела нанизанные на палку кусочки. И как сразу не почуяла? В животе предательски заурчало.
— Нет.
— Как пожелаешь, съем сам, — что-то зашуршало и Кайонел принялся жевать, заставляя мой живот издавать совсем уж неприличные звуки от голода.
— Не подавись, — бросила я язвительно и поднялась с земли. Посмотрела на скомканный плащ дракона, на котором лежала моя голова всё это время. И зло пнула его ногой.
— Ну-ну, женушка, — поцокал языком Кайонел, — я полагал, Грувия должна была сделать из тебя настоящую нэссу.
— Могу сделать реверанс. И сказать на старо-сферийском пару фраз.
— Ого, — брови Кайонела поползли вверх. — Этого даже я не могу. Удиви меня.
— Aль вэ Драхх, — прошипела я злобно, не заботясь о произношении. Естественно, нэс Грувия не учила меня ничему подобному. «Аль вэ Сферум». Так называлась глава в одной из книг, описывающей первый этап очищения. Добро пожаловать в Сферу. Пожалуй, можно было истолковать и как «Отправляйся к». По крайней мере, мне бы этого хотелось.
Хохот мужчины огласил всю округу, заставляя животных поблизости испуганно подорваться с места и рвануть куда подальше. Я бы и сама поступила так же, да ведь догонит.
— Твоё недружелюбие разбивает мне сердце, маленькая женушка, — Кайонел отложил мясо и посмотрел прямо на меня. Улыбка исчезла с его лица, будто там её никогда и не было. Время нарочито непринужденных разговоров прошло, пора возвращаться в реальность.
Даже в лесу, сидя возле костра он выглядел величественно и опасно. Брови были сведены на переносице, в тёмных глазах отражалось пламя костра. Локти лежали на широко расставленных ногах, в ножнах блестела рукоятка клинка. Зачем она ему с его даром? Когда можешь разнести по камушку здание щелчком пальца — о таком простом оружии и не подумаешь.
— Я не прощу тебе Бэлморта, — сказала я, отворачиваясь.
— Ты правда… — он запнулся, словно подбирал подходящие слова, — полюбила его?
— Да, — слова слетели с губ так просто, мне не потребовалось даже доли секунды, чтобы подумать. К чему, если сердце давно сделало выбор и рвалось к охотнику. Не веря, что его больше нет. — Что с ним произошло в тюрьме?
Кайонел молчал. А я вся обратилась в слух, отсчитывая долгие секунды под громкое биение сердца. Пламя мирно потрескивало, где-то вдали шумели ночные грызуны, слышался шелест листвы.