Чтение онлайн

Наставник неопределённо пожал плечами. Ллавен пристально посмотрел на друга и осторожно поинтересовался:

— А что у тебя уже есть опыт?

— Ну… — Юноша прожевал очередную клейкую местную сладость и признался: — Книги мне не приходилось красть, а вот еду — было дело.

— Я живу с этим человеком в одной комнате… — тяжело вздохнул принц.

— И будешь жить дальше, — припечатал наставник и снова повернулся к Эриге. — Итак, Хайко мы увидим завтра, про книгу спросим у королевы. Ты знаешь что-нибудь о попытке убийства Райги в день её рождения?

Та покачала головой, а потом задумалась.

— Что касается дня её рождения… — тихо сказала она. — Меня к этому времени уже выдали замуж. Но кое-что покажу.

С этими словами Эрига ушла. Ходила она медленно, поэтому ждать им пришлось довольно долго. Она вернулась и вручила Райге потрепанный конверт.

— Одно из писем твоего отца. Он прислал мне его в тот год, когда ты родилась.

Дрожащими руками девушка открыла конверт и достала лист бумаги. От волнения строчки расплывались у неё перед глазами.

"Дорогая Эрига!

Пишу тебе, как и обещал. Сегодня Эрисия родила дочь. И она, и малышка чувствуют себя хорошо. Мы назвали девочку Райга,«Свет спасения». В этом поколении она — последняя надежда нашего рода. Кровь Кеуби проявилась в ней ярче, чем в ком-либо другом. Отец счастлив. Дядя Дайсу уже приходил через портал, посмотреть на внучатую племянницу. Мы будем рады видеть тебя, если ты посчитаешь возможным приехать в Королевство".

Она перечитала письмо несколько раз и только потом передала его магистру.

— Интересно. Кровь Кеуби… — изрек эльф, передавая письмо принцу. — Что он имел в виду?

Эрига долго молчала. Дождь стучал все сильнее, и ветер набирал силу. Она покосилась на окно и медленно заговорила, тщательно подбирая слова:

— Ты же знаешь, что я выжгла свой источник на первом курсе, спасая жизнь Сото… В восемнадцать я вышла за Тогато Хебито и отправилась в Но-Хин. Эта земля больше подходит для девушки, в которой нет ничего, кроме пепла, — горько усмехнулась Эрига. — Страна без Пламени для той, что перестала быть Пламенной… Меня не посвящали в тайны рода. Я была бесполезна для него, потому что не обладала магией.

Магистр Лин продолжал настойчиво спрашивать:

— Не верю, что Дайсу совсем ничего тебе не говорил. И ты ничего не слышала.

— Отец… — в её глазах снова плескался океан боли. — Часть года жил в Алом замке. А я… я была девчонкой, Щингин-хао. Меня интересовали балы и платья, а не родовая магия. Мой дар считался слабым. Я была позором для своего отца, Негасимого Дайсу.

— Он так не считал, — голос наставника остался бесстрастным.

— Другие считали. В роду ходили какие-то истории и слухи о пробуждении силы Кеуби. Но я никогда не придавала им значения.

Райга отложила вилку и спросила:

— Разве сила Кеуби отличалась от силы Манкьери? Они тоже были Пламенными.

Магистр Лин покосился на неё аметистовым глазом и сказал:

— Кеуби — носители первородного Пламени. Их предок — прародитель Пламенных магов. Все сильнейшие маги погибли при создании Монолита — стены, которая защищает Три Королевства от набегов степняков и хищников с юга. В эльфийских хрониках говорится, что Кеуби обладали мощнейшими артефактами. Все они стали частью монолита. Целый род выжег все свои артефакты, а затем и источники, чтобы сплавить горы и создать эту преграду. Тогда выжили только Райдан и Эйрисса Кеуби. Они и вошли в род Манкьери.

Райга вытянула из воротника цепочку с ключом и протянула Эриге.

— Ты знаешь, что это? Мать оставила мне это и записку.

Та только покачала головой.

— Я вижу эти вещи в первый раз.

Магистр пристально посмотрел на неё и подвёл итог:

— Будем надеяться, что Безумный Змей даст нам хоть какие-то ответы.

— Тогато, мой муж, отведёт вас к нему завтра утром, — кивнула она. — Вам повезло, что сегодня придёт тайфун. Когда Хайко растратит свою магию на усмирение стихии, его проще понять.

Райга прислушалась к завыванию ветра за окном. Выжженный источник Эриги снова притянул её взгляд. Со стороны наставника по ученической нити как будто пришла волна успокаивающей пульсации. Она покосилась на эльфа и поймала его бесстрастный взгляд.

«Страна без Пламени, земля пепла… — вспомнились ей слова Эриги. — Что же расскажет нам завтра Хайко Хебито?»

Мужем Эриги оказался пожилой но-хинец. Звали его Тогато. Райга подумала, что он, должно быть, старше бывшей пламенной лет на десять. И сердце её сжалось. Какая жестокая насмешка — выдать восемнадцатилетнюю девушку за молодого вдовца с двумя детьми. Отправить её навсегда в чужую страну, в крохотный посёлок на берегу, почти не имеющий связи с миром…

Они спускались за стариком с холма по раскисшей от дождя дороге. Дом дрожал от порывов ветра всю ночь напролёт. Из-за этого Райга не могла сомкнуть глаз. Только к утру тучи разошлись, и солнце начало нещадно палить.

Миран в очередной раз поскользнулся на грязной жиже, ругнулся и не выдержал. Несколько росчерков — и дорога перед ними затвердела. Тогато одобрительно кивнул. Старик на языке королевства не знал ни слова. Объяснялись с ним при необходимости принц или магистр Лин.

За следующим пригорком перед ними предстало море. Райга, затаив дыхание, рассматривала водную гладь, которая раскинулась до самого горизонта.

На скале, подставляя лицо волнам и ветру, стоял человек. Когда они приблизились, она увидела, что одет незнакомец в короткое тёмное хакато с тем же змеиным рисунком, что и у Эриги и её мужа. Из-под поношенного одеяния выглядывали тощие босые ноги. Волосы его были собраны в высокий хвост на макушке. Ветер трепал выбившиеся из причёски пряди.

Тогато окликнул его на но-хинском. Мужчина обернулся, легко спрыгнул с камня и оказался перед ними. Наполовину распахнутый ворот обнажал тщедушную грудную клетку и острые ключицы. Определить его возраст не представлялось возможным. Умом Райга понимала, что этот человек годится ей в отцы. С лица, которое могло бы принадлежать молодому человеку лет двадцати, на неё смотрели белесые старческие прозрачно-голубые глаза. После трёх дней в окружении темноглазых но-хинцев это вызывало удивление. Во взгляде мужчины плескалось безумие.

— Пламенные на земле пепла, — захихикал он. — Ветер и волны принесли мне весть, что Щингин-хао снова ходит по тропам подыхающего острова Кайсу.

Мужчина резко приблизился к Райге. Девушка невольно отпрянула, когда эти странные глаза оказались прямо напротив неё.

— Ты привёл мне дитя осени? Ты выжила, маленькая девочка. Носишь по этой земле своё Пламя. И метку красной смерти.

Он легко коснулся её розовой косы, затем щеки под алым глазом. Обхватил руками свою голову, начал раскачиваться и нараспев декламировать: