Чтение онлайн

Если же вы, вернее, ваше тело получает извне всё необходимое, следует скомпоновать заказ, чтобы всё, что «заказал» потребитель-клетка по её строгому перечню, дошло до адресата. Заявки от всех клиентов, хранящиеся на жёстком диске нашего мозга (на корочке или в под-корочке), надобно разложить по коробочкам, написать точный адрес и передать в отдел доставки для дальнейшей транспортировки привередливому потребителю. Ведь их у нас несметное множество, и необходимо каждому составить точный ассортимент, сформировать груз, наклеить на него сопроводительный инвойс, чтобы, не дай бог, не случилось путаницы. Чтобы груз не ушёл по неправильному адресу, не потерялся по дороге, не залежался на сортировочном узле или не был арестован таможней на складе как контрабанда.

Кто же всей этой работой занимается? Контролирует понятно кто – всё тот же процессор, находящийся в черепной коробке, и, кстати, не только. Есть ещё продолговатый мозг, который спускается к спинному, костный и прочие отделы нервной системы. Содержимое наших посылок весьма специфично для каждого типа потребителя. Как не совершить ошибку уже на начальной стадии формирования посылки? Сырьё поступило извне, из него нужно выделить необходимое и приготовить нужный продукт. Занимаются этой кухней в нашей тушке производственные цеха под названием почки и желчный пузырь. Печень же готовит упаковку, тару для транспортировки и передачи непосредственному потребителю.

Работа упаковочного цеха невозможна без катализатора, который поступает к нему от предприятия-смежника. Это нанотехнологический цех, примерно как спецлаборатория где-нибудь на заводе Хруничева или на МПО «Энергия», в который не пускают в обычной одежде, только в белых халатах, масках и резиновых перчатках. Температура в нём поддерживается постоянная, независимо от внешней среды и колебаний её в других цехах. Кстати, поэтому в холодное время года желательно не шляться по улице без шарфика. Называется она щитовидная железа, а волшебный катализатор – не что иное, как йод.

Кишечник является складом, причём в одних отделах его складируется сырьё, в других – готовая продукция. А в толстом – отработка и возвратная тара. Возврат происходит или в Природу, или в канализацию, всё зависит от того, какой образ жизни вы ведёте и какую степень комфорта предпочитаете. Замечу для особо любознательных, что опорожнять кишечник хотя бы раз в неделю необходимо в так называемой «позе орла». Природой так запрограммировано наше тело, что эта поза наиболее правильна для подобных целей. При совершении сего таинства на наших замечательных по комфортабельности и якобы гигиеничности унитазах не работают предназначенные для того мышцы, что приводит к их ослаблению с застойными последствиями и, как следствие, геморрою, а там берите больше, вплоть до онкологии. Плодами цивилизации пользоваться, конечно, приходится. И даже некое эстетическое удовольствие при этом получать не зазорно. Но рекомендую всё-таки наступать на горло своему статусу цивилизованного человека и хотя бы иногда забираться на унитаз с ногами. А лучше, если климат и комары позволяют, совершать санитарно-гигиенические процедуры на природе, где-нибудь в лесочке на даче.

Поджелудочная железа. О, это очень большой начальник, причём женского рода. Она ведь у нас девушка, или пантера, причём дремлющая, как утверждают доктора китайской медицины. Ну, начальникам позволительно. И не дай бог её разозлить, мало не покажется. Если начальник женщина, то имеется некая специфика взаимоотношений с ней. Особенно это касается нас, представителей неженского рода-племени. Ведь, по статистике, именно мужики чаще и целенаправленнее мрут от панкреатитов и других проблем с поджелудочной железой. Её можно назвать завскладом, совмещающим к тому же ещё несколько должностей. Она подрабатывает начальником ОТК (отдел технического контроля), тщательно следит за габаритами посылок, их весом и размерами. Контролирует содержимое на комплектность и даже выполняет функции таможни, наблюдая за законностью всего вложения в коробку. А ещё необходимо проследить, чтобы вложение посылки было сбалансировано, а то на повороте груз может перевесить в одну из сторон, и тогда весь состав вместе с паровозом навернётся в кювет.

У железы этой особый статус, у неё очень широкие права, а соответственно и обязанности. Ведь, как гласит аксиома, одного без другого не бывает. Посему наша поджелудочная не может быть подвергнута хирургическим манипуляциям. Ни один человек пока не научился жить без неё. К тому же ещё одной её смежной профессией является должность директора по логистике. В этом вопросе она также является нашим всем. Все обменные вопросы, обратная связь с Генеральным Директором (мозгом) – всё это тоже её компетенция. Именно поэтому она и находится под особым контролем Генерального. Она же курирует изготовление квитанций и бирок, которые наклеиваются на посылки. Следит за узловыми станциями и подстанциями. Оптимизирует стыковку рейсов на главных транспортных узлах. Бдит, чтобы каждая конкретная посылка доходила до каждого конкретного адресата, то есть клетки. Ведь в нормальном режиме функционирования организма ни один вменяемый получатель не должен пытаться стырить чужую коробку и присвоить её себе. Или шутки ради подменить бирочку, чтобы сосед получил посылку с гуталиновой фабрики вместо фоторужья. Этим также занимается наша сонная бизнес-леди – поджелудочная железа. Она маркирует коробочку такими специальными штрихкодовыми метками, имя которым инсулин.

Инсулин – штука серьёзная, и поговорить о нём хочется отдельно, ибо бич нашего времени – диабет – по распространённости уже напоминает аллергию. А вот по сложностям для выживания сравним со сталинскими Соловками. Вообще, в этом «царстве-государстве», которым мы сейчас представляем наш организм, существует множество подразделений, которые варганят «топливо» под названием глюкоза. Но самое-самое, наиболее известное и важное, – это инсулин. Он является главным «сладким» катализатором. Это важнейший инструмент по переработке и транспортировке глюкозы. Он создаётся поджелудочной железой под неусыпным контролем мозга. Существует строгая и точная диагностика и постоянный надзор за ним, ведь в каждый отдельный момент каждой отдельно взятой клетке необходим определённый инсулин. И мозг, имея обратную связь с его производителем, управляет выработанным инсулином, потому что он должен в точности соответствовать определённому генотипу. Иначе «штрихкод» на контейнере может быть неправильно понят и оценен, тогда почтальон не врубится, по какому же адресу его доставлять. И наша посылка пойдёт по категории «до востребования». Далее будет востребована не тем адресатом, которому предназначалась. Или вообще потеряется и испортится со временем, отравляя организм.

У нашего родного инсулина, выработанного нашим родным организмом, как у самолёта, летящего по маршруту, должен быть определитель «свой-чужой», чтобы ПВО не сбило и диспетчера понимали, с кем имеют дело, и отчитывались перед руководителем полётов о прохождении борта по маршруту. При замене своего родного инсулина на искусственный создаётся некий конфликт. У искусственного катализатора нет частот связи с мозгом. И определитель у него отсутствует, ибо он не принадлежит ни одному из известных нашему руководителю полётов аэропорту приписки. Он «ничей», и каждая его новая порция просто не даёт клетке погибнуть в одночасье искусственным подпитыванием, но сокращает срок её жизни. Короче, с таких «пластмассовых харчей» сильно не разживёшься.

Если выработка родного инсулина снижается на 20 процентов, это означает, что организм вступает в преддиабетную стадию. На путях следования появляются заторы, самолёты взлетают временами перегруженные, временами полупустые, летят туда, куда вздумается нетрезвым лётчикам, в общем начинается бардак и анархия, коррупция и показательные процессы над проворовавшимися чиновниками. В целом организм ещё функционирует, правительство заседает, парламент строчит законы, полиция следит за порядком и пресекает безобразия. Но на Болотной уже бурлят страсти.

Если выработка падает до 40 процентов – это уже серьёзный диабет. Начинается аврал. Мэр подписывает указ, разрешающий срочно нанимать Джамшутов, кто из них с регистрацией, кто без оной, а кто-то и русской мове не обучен. Тут уже не до государственности и патриотизма, хотя Православие ещё рулит. Вводится искусственный инсулин – то есть бригада гастарбайтеров лепит этикетки, какие под руку попадутся, и без разбору на все коробки подряд, лишь бы разгрузить пути и успокоить электорат, дав ему надежду на светлое будущее. Электорат отвлекается и жуёт содержимое посылок, примерно как мы в своё время «ножки Буша» и прочую гуманитарку. Но полумеры решают проблему только на некоторый срок. Ком нарастает. Организм начинает представлять собой детище Мавроди, которое расплачивается с предыдущими акционерами, беря деньги у новых. Он обещает им в будущем ничем не подтверждённые перспективы.

Наступает кризис. Миграционная полиция разгоняет наших Джамшутов, и вся конструкция начинает рушиться, то есть организм вырабатывает менее 30 процентов от требующейся ему нормы инсулина. Коллапс в экономике, телеграф, телевидение, транспортные артерии берут под свой контроль революционные массы. Что далее? Разруха, гиперинфляция, голодомор, ну и обычно смерть через непродолжительное время. Вот такая революционно-пессимистическая фигня.

С кровеносными сосудами и так всё понятно, большой фантазии иметь не надо, чтобы представить их транспортными артериями. Транспортные артерии могут быть и асфальтированным шоссе, и рельсами, и воздушными коридорами. А ещё вспомнилось жаргонное выражение, принятое в среде наркоманов-героинщиков, – дорогами они называют вены.