Чтение онлайн

Высокий мужчина-гресс направился к возвышению, ступая по бурлящей лаве. Жрец своего народа. Он подошёл к телу и поднял четыре руки, металлические браслеты на его тонких запястьях тихо звякнули. Он издал протяжный вопль, торжественный, как гимн. Он наклонился и разрезал одежду, обнажив её тело. На груди лежал металлический амулет — тёмное кольцо с выгравированными на нём пятью лунами.

Женщина-гресс выдохнула, и последние мгновения её жизни вернулись в космос.

Жрец потянулся к её амулету, коснулся его и произнёс шипящее слово. Амулет стал красным, затем жёлтым. Тело гресса начало распадаться, а кожа почернела.

В храме царила полная тишина. Скорбящие стояли неподвижно.

Амулет засиял белым светом. Одежда покойной загорелась. На мгновение она засияла, словно была соткана из живого пламени, а затем огонь погас, оставив после себя пепельный труп. Жрец прикоснулся к нему, и обугленное тело распалось на части, осыпавшись в лаву.

Подошёл другой жрец, неся на руках обнажённого младенца-гресса. Младенец мяукал, как котёнок, размахивая шестью конечностями. Жрецы положили его на стол и подняли руки. Над ними вспыхнула искра, которая превратилась в амулет на тонкой цепочке. Первый жрец взял его и аккуратно надел на шею младенца.

Позади меня поднялась суматоха. В башню вошёл мужчина-гресс. Два жреца одновременно зашипели, и трое мужчин-грессов бросились наперерез незваному гостю. Незнакомец толкнул их, пытаясь прорваться внутрь. Один из защитников-грессов полоснул его. Тёмная одежда незнакомца распахнулась, обнажив голую грудь без амулета.

Все собравшиеся зашипели. Звук был таким громким, что заглушил всё остальное.

Главный жрец взмахнул рукой, и все замолчали. Жрец открыл рот, обнажив неровные зубы. Чужие звуки слились в слова.

— Тебе здесь не место, бездушный.

Захватчик выбежал из башни.

Эти знания были важны, но их было недостаточно. Они касались грессов в целом, но мой противник был каэлем. Мне нужно было больше информации.

Я пошевелила рукой, подчиняя видение своей воле. Храм исчез. Я прокручивала мир в поисках нужной комбинации данных. Вокруг меня сменялись горы и долины, небо то темнело, то светлело, луны то восходили, то заходили…

Вот оно. Я остановила карусель воспоминаний. Передо мной возвышалась крепость, высеченная в склоне горы. Я сделала шаг вперёд, преодолев расстояние в несколько километров одним движением, и оказалась на её стене.

Я наблюдала за тренировками грессов в форте. Я ходила между ними. Я слушала их разговоры. Я видела, как они сражаются, а затем учатся убивать. Я была там, когда они проходили испытания и становились каэлями. Я видела, как они надевали саваны пожирателей, которые укоренялись в их телах. Я видела, как они страдали и десятикратно усиливали страдания других, когда эффективность превращалась в жестокость.

Я наблюдала за тем, как они заключают свои первые контракты и отправляются в космос.

Я наблюдала, как они выслеживают свою добычу.

Я видела, как они убили мою мать.

Я открыла глаза. В туннеле ничего не изменилось. Мишка по-прежнему спала, свернувшись калачиком рядом со мной. Глаза Джово были закрыты. Я не знала, сколько времени прошло, но я не испытывала сильной жажды, так что прошло не больше пары часов.

Я провела годы в мире грессов. Я наблюдала за тем, как поколение за поколением обучалось, росло, достигало своего ранга и получало свободу. Я знала, как они сражались. Я знала, как они мыслили. Я получила доступ к многоуровневой памяти, не просто к воспоминаниям одного существа, а к собранной воедино совокупности переживаний, настолько сложных, что они слились в симуляцию, созданную в моём сознании.

Я приняла своё наследие. Оно мне не очень нравилось. И я инстинктивно понимала почему: умение перемещаться по чужим воспоминаниям было у меня не на высоте. Если бы не непреодолимое желание вернуться домой, я могла бы затеряться в мире грессов. Отчаяние придало мне сил. В следующий раз мне нужно будет быть гораздо осторожнее.

И следующий раз наступит, просто не скоро. Самоцвет впал в спячку. Я разрядила его психическую батарею до нуля. Знания никуда не делись. Они всё ещё были там, глубоко внутри меня, и начинали восстанавливать свои запасы. Самоцвету требовалось время для подзарядки (я понятия не имела, сколько именно), и пока он не восстановится, я была предоставлена сам себе, без видений и полезных подсказок. Это было нормально. Я нашла то, что искала.

Каэль'грессы были наемными убийцами, которые десятками тысяч прибывали в галактику и заключали контракты с теми, кто больше заплатит. Для своей планеты они были спасательным кругом, обеспечивающим снабжение и выживание. Для всех остальных они были проклятием, движимым жадностью и упивающимся садистской жестокостью. Они не были жестокими от природы. Их к этому приучили, и то, что случилось с Джово, показало мне, что гресс, ожидавший нашего появления в комнате с якорем, не был исключением.

Это желание причинять страдания было слабостью, и я собиралась ею воспользоваться. Мне нужны были ответы. Если у меня получится, я получу их сегодня. Если у меня не получится, я никогда не выберусь из этого разлома.

Всё, через что я прошла до сих пор, было подготовкой. Это будет настоящим испытанием. Оставался только один вопрос: смогу ли я продержаться достаточно долго?

Я поднялась на ноги и потянулась, разминая затекшие ноги и спину. Джово выпрямился и вскочил на ноги. Его взгляд был спокойным и холодным.

Я вытащила паутину, сложила её пополам и завязала посередине скользящий узел. Я проверила петлю на руке. Когда я потянула за верёвку, моё импровизированное лассо затянулось на запястье. Я снова ослабила петлю и обмотала верёвкой левую руку, держа конец в руке.

— Готов?

Он кивнул.

Я потянулась к переключателю и деактивировала его. Преграда исчезла. Я подождала немного. Гресс мог устроить нам засаду, но он этого не сделал. Туннель был узким, а их тела — хрупкими. Он подождёт, пока мы не войдём в якорную, где у него будет достаточно места для манёвра. Атаковать и уклоняться, обескровливать противника и выжидать, изматывать его, а затем нанести последний удар — таков был путь каэлов.

Пространство за туннелем было пустым. Путь в зал был открыт.

Я положила диск в рюкзак, и мы пошли дальше.

Гресс наблюдал за нами. Я почувствовала, как его взгляд прикован ко мне. Он был где-то там.

Мы прошли через массивный каменный дверной проем. Зажегся яркий свет, заливший большую комнату резким искусственным светом. Якорная камера имела форму идеального квадрата, шестьдесят два метра в поперечнике. Пол, стены и потолок были одинаковыми, сложенными из огромных плит желтого камня, выветрившегося и шероховатого. Большие скопления белых кристаллов сияли между плитками потолка, не оставляя теней, в которых можно было бы спрятаться. Пол был голым, если не считать черного столба в виде якоря, выступающего из центра комнаты.