Чтение онлайн

— Дель! Любимая, я только что узнал, что тебе снова стало плохо, — запричитал находящийся в паре метров от нас муженёк, да так искренне и громко, явно стараясь для заинтересовано поглядывающей в нашу сторону публики.

— Тебя неверно информировали, Фрэнк, я чудесно себя чувствую, — наверное, в тысячный раз повторила уже набившие оскомину слова, с ехидным смешком наблюдая за бесполезными попытками младшего Доумана обойти заступившего ему дорогу Кипа.

— Как ты смеешь! Пропусти сейчас же меня к жене! — всё же не выдержал муж, грозно взглянув на моего защитника, но секретаря таким взором не испугать. А кидаться на слугу при свидетелях Фрэнк посчитал ниже своего достоинства. И это правильно, нечего устраивать представление, достаточно и того, что любопытные зеваки и сейчас наблюдают. Поэтому, гордо вздёрнув подбородок вверх, мужчина произнёс:

— Дель, нам надо поговорить. Я беспокоюсь о тебе, о твоём здоровье, о нашем сыне. Хватит уже обижаться, я знаю, ты простила меня, те цветы…

— Какие цветы? — деланно удивилась, прервав патетические возгласы, неторопливо отпила из кружки глоток кофе, и, будто бы вспомнив, досадливо поморщилась и добавила, — ах, цветы! Я отдала их служанке, та, кажется, выручила неплохую сумму за них. Да, точно, девушки накупили себе наряды.

Говорить во всеуслышание о том, что приказ сбыть корзины с цветами отдала я и что на заработанное от продажи букетов улучшила быт слугам, было бы с моей стороны не дальновидно. Предстать крохобором при стольких свидетелях — глупо и невыгодно. Поэтому, бросив скучающий взгляд на мужа, продолжила:

— Они попросили передать тебе огромное спасибо за великодушие и… Фрэнк, я не изменю своего решения. Не тешь себя иллюзиями. С твоей семьёй я не хочу иметь ничего общего!

— Ты! Ты… — задохнулся от злости муженёк. Его лицо стало быстро покрываться красными пятнами, ноздри часто и широко раздувались, а губы нервно подёргивались.

— Прощай, — ровным, спокойным голосом произнесла, переводя свой взгляд на ошарашенного Мэтью. Мужчина, по-моему, был не рад стать свидетелем этой сцены и, дождавшись, когда Фрэнк, что-то сквозь зубы процедив, покинет ресторан, чуть подавшись ко мне, едва слышно сказал:

— Делия, вы только что при свидетелях оскорбили младшего Доумана.

— Угу, — кивнула, продолжая блаженно улыбаться и вести себя так, словно ничего не произошло.

— Делия, Сефтон вам этого не простит. Он так дорожит своей репутацией… столько времени прикрывал делишки своих сыновей, — вкрадчивым голосом зашептал Мэтью, с беспокойством меня оглядывая, — вы понимаете, что сделали?

— Да, не волнуйтесь. Я знаю, что делаю, — попыталась успокоить мужчину, но тот явно не впечатлился и вскоре покинул ресторан, обещая завтра прибыть ко мне в поместье, чтобы обсудить некоторые вопросы по строительству.

— Трусоват оказался этот Паркер, — хмыкнул Кип, усаживаясь рядом со мной, — но он прав, ты только что оскорбила одного из Доуманов. Но, если посмотришь на присутствующих в этом ресторане, заметишь обращённые в твою сторону сочувственные взгляды.

— Пусть смотрят, — равнодушно пожала плечами, продолжая потягивать уже давно остывший кофе, демонстрируя всем, как я себя замечательно чувствую, и, улыбаясь так, что аж сводило скулы, прошипела, — они разыграли все как по нотам. Сожгли мой завод, чтобы я не смогла выполнить обязательства по договорам. После скомпрометировали, отравив гадостью, и пустили слух, что ко мне якобы вернулась болезнь. И это показательное беспокойство Фрэнка… неужели семейка думает, что я снова попадусь на глупую уловку? Нет, и, конечно, они не ожидали от меня такого ответа и всё ещё находятся в слепой уверенности, что смогут меня запугать. А это значит, что теперь они со мной не будут столь мягки…

— Нападут?

— Возможно, — согласилась, поставив пустую кружку на стол, и произнесла, — уходим, здесь всё, что требовалось, я сделала.

Уже в карете, возвращаясь домой, устало поглядывая в окно, я задумчиво протянула:

— Убить не убьют, им я зачем-то нужна живой, а вот невменяемой сделать ещё попробуют. А я больше не хочу рисковать… Самый опасный, неуравновешенный и непредсказуемый из них Ленард, и он должен уйти первым.

— Для этого тебе нужен Скай?

— Да, — коротко ответила и, закрыв глаза, погрузилась в тягостные раздумья, но спустя пару минут, добавила, — надо найти этого Альпина. Судя по письмам, он беспокоился обо мне, а Сефтон ему лгал. Наверняка расписывал, как заботится обо мне, продолжая поить меня отравой. А ещё выяснить, что за разработки ведутся. В найденных документах отца и тех, что вынесли из фабрики Доумана, нет ни слова об этом. Необходимо нанять того, кто исследует принадлежащие мне земли, но так, чтобы никто не знал. Кип?

— Я слышал, думаю. Поспрашиваю, но сомневаюсь, что в Ранье есть рудознатцы. Придётся приглашать из Грантэма или Аванда, но слухи…

— Может тогда просто объехать территорию? Если речь идёт о раскопках, значит, они где-то уже начались.

— Нужны люди и время, твои земли обширны.

— Ты прав, — мысленно выругалась. Куда ни ткни, везде нужны люди, а это деньги. Видимость благополучия было всё сложнее создавать… — Чёрт! Вечер у Лаван! Я совсем забыла, он сегодня или завтра?!

— Завтра. Ты не пропустила, — успокоил меня Кип, забавляясь моим взволнованным видом, — нашла из-за чего переживать.

— После произошедшего мне тем более необходимо появиться там, чтоб некоторых перекосило от злости и зависти!

— Кхм… — поперхнулся Кип, никак не прокомментировав моё горячее желание, так как мы уже подъехали к поместью. Возле которого стояла незнакомая мне карета, привратник у ворот отсутствовал, а калитка была настежь распахнута.

— Что за… — недоговорила, первой покидая карету, не слушая обеспокоенные крики Кипа за своей спиной, устремилась к дому, раз за разом повторяя, — пусть всё будет хорошо… пусть с Дареном будет всё в порядке.

— Дель! Стой! — резкий окрик секретаря, рывок — и меня буквально отбросили назад, — я сказал, первым зайду! Жди здесь!

— Кип…

— Жди! — рявкнул мужчина, быстро взбегая по ступеням, через мгновение скрываясь за дверью. Но надолго меня не хватило, и спустя минуту я тоже влетела в холл, с тревогой озираясь.

— Так и знал, — съехидничал секретарь, склонившись над распростёртым телом Барни. Рядом столпились всхлипывающий Дарен, мрачный Глен, растерянный Лудо. Причитающие Натиша и Нел перевязывали голову здоровяка. Аманда, тихонько ругаясь, подавала девушкам свёрнутые в рулон полоски чистой ткани. А незнакомый старик, замерший в сторонке, горестно вздыхал.

— Что случилось? — потребовала, с трудом сдержав порыв броситься к сыну, лишь ободряюще ему улыбнувшись, и вновь перевела свой взгляд на Барни, — он жив?

— Жив, но пока без сознания. Кто-то ударил его по голове… и как достал? — с недоумением пробормотал Кип, — Глен? Натиша?

— Мы не знаем, Кип, он был в домике… — заговорила девушка, продолжая перевязывать, раненого, — мадмуазель Аманда пару минут назад вбежала в дом. Сказала, что дверь открыта, а Барни без сознания.

— Аманда?

— Я приехала чуть раньше назначенного времени и решила поболтать с Барни, дверь была распахнута, а он… лежит у домика.

— Ясно, поместье осмотрели? Двор? Сад?

— Хлоя и Яник сейчас проверяют. Я остался с Дареном. На улице за домом присматривают, — отрапортовал Глен. На вид парень выглядел спокойным, но ходящие желваки на скулах выдавали его напряжение.

— Барни отнести в комнату Натиши, присмотришь за ним, пока не приедет лекарь. Глен, не отходить ни на секунду от Дарена. Нел, следишь за домом, я скоро, — оставил распоряжение Кип, широким, торопливым шагом направившись к выходу.