Чтение онлайн

Реакция Глебова была, мягко говоря, странной. Вместо того чтобы немедленно поднять тревогу и поскорее отнести товарища в помещение — не лето, земля холодная, — зять Дмитрия Кирсанова сосредоточил внимание на поблескивавшем в луче его фонарика предмете, которым оказалась связка ключей, видимо отцепившаяся от пояса коллеги, когда неизвестный злоумышленник волок его в укрытие. Не нужно было долго раздумывать, чтобы понять — на территории посторонний. Враг.

Однако это обстоятельство как-то ускользнуло от внимания Глебова, сознание которого в тот момент занимало нечто совсем иное. Вероятной причиной такого поведения явилось возвращение настырных байкеров. Их число увеличилось, если судить по количеству машин, проносившихся мимо ограды, едва ли не втрое. У Глебова был только пистолет, а рокеры явно напрашивались, и для бесед с ними Гене требовалось что-то более внушительное. Дело заключалось в том, что два ключа из связки, утерянной Серым и, к удовольствию Глебова, не замеченной неизвестным, были от замков арсенала, где хранилось автоматическое оружие и гранаты.

Бывший военнослужащий, бывший работник милиции понял — настал его звездный час.

Глава 120

Несмотря на неприязнь, которую он испытывал к заказчице и ее любовнику, Ла Гутин понимал, что поиски выхода на свободу лучше вести объединившись. А потому они — Ла Гутин, Херби, Бет Моргенсон и их русский товарищ по несчастью из соседнего бокса — тихонько совещались, стараясь не привлекать к себе внимания. Они разобрали несколько вариантов побега, но ни один не давал им достаточной уверенности, и они пытались придумать что-нибудь получше. Неизвестно, как долго продолжалось бы совещание, но сменивший Губу и Глебова охранник решительным окриком положил конец переговорам.

Некоторое время они сидели молча, потом Бет прошептала Херби:

— Сейчас я сделаю вид, что мне стало плохо, пусть Ла Гутин подзовет охранника.

Херби поморщился.

— Мы уже обсуждали это, дорогуша, — проговорил он. — Что, если нам с Ла Гутином не удастся схватить его? Или он успеет выстрелить? Нет, дорог…

— Заткнись, ублюдок, — прошипела миссис Моргенсон. — Делай, что говорю.

С этими словами она застонала и переползла в самый темный угол, где сняла шляпку. Казалось, от внезапного приступа желудочных колик женщина лишилась рассудка, иначе бы зачем ей пришла в голову мысль портить оригинальную брошь, украшавшую ее головной убор? Ла Гутин, выслушав просьбу Херби, кивнул и улыбнулся.

— Сначала вы орите как можно заполошнее, — сказал он. — А уж потом я объясню причину по-русски.

И Херби покорно завопил:

— Эй, вы! Мужчина… мистер… эй, как вас там? Женщине плохо, черт вас возьми!

Осыпав его ругательствами, охранник подошел.

— Чего надо? — сердито поинтересовался он.

Сделав Херби знак помолчать, Пьер как можно вежливее проговорил:

— Эта дама — подруга этого господина. Ей стало плохо, мы не знаем, что с ней, свяжитесь с вашим начальством, нельзя же бросить ее на произвол судьбы? Пусть пришлют врача или хотя бы дадут какое-нибудь обезболивающее.

— Что с ней?

— Посмотрите сами, — предложил француз.

— Отойдите в сторону, — приказал охранник и, когда мужчины отодвинулись, приблизился к решетке и заглянул в глубину клетки. — Эй, мадам… — проговорил он. — Как тебя там, чё с тобой? — Он почесал затылок: — Хау, хау… Хау ю ду… — Внезапно он глупо улыбнулся и протараторил: — Хау ду ю ду?

Бет резко повернулась, пружинисто вскочила и хищно улыбнулась.

— Замечательно! — произнесла она, бросая колючку.

Парень дернулся и начал заваливаться на бок, смертоносный шип воткнулся ему прямо в щеку.

— Хватайте его, идиоты, пока он не упал! — закричала Моргенсон мужчинам по-английски. — Отберите у него ключи!

Француз, ожидавший от Бет любых фокусов, мгновением раньше бросился к охраннику и уцепился за полу его кожаной куртки. Парень свалился прямо у решетки, и Пьер, достав ключи, быстро справился с замком. Они вышли из тесного бокса. Ла Гутин, нехорошо усмехаясь, снял куртку и перекинул ее через руку.

— А я? А мне? — взволновался мужичок-сообщник.

— Держи! — Контрактер швырнул ему связку.

— Ура! — воскликнул Джейк, который так и не понял, что произошло — с чего это грохнулся здоровяк охранник? — Мы спасены!

— Еще нет, — покачал головой Ла Гутин.

— Прощайте, мальчики! — Голос миссис Морген-сон прозвенел, будто взмыв под бетонный потолок подвала.

— Что она делает?! — воскликнул американец, поворачивая к Пьеру полные детского недоумения глаза.

— На пол, придурок! — только и успел крикнуть француз, дав Херби пинка под зад. Сделал он это в самый подходящий момент — смертоносная колючка пролетела в нескольких сантиметрах от уха Джейка, который все-таки потерял равновесие и неуклюже упал на пол, против воли выполнив приказ француза и… сохранив себе жизнь.

— Ах ты… — зашипела Бет и метнула колючку, целясь в лицо Пьера.

Однако он, взмахнув курткой, как матадор мулетой, отразил смертоносный шип. Бет остановилась, казалось, она была готова прыгнуть на Ла Гутина и выцарапать ему глаза. Понимая, что без колючек (а их она решила приберечь и подготовила ровно три — по одной для охранника и бывших сокамерников) справиться с сильным мужчиной ей не удастся, американка, изрыгая проклятия, побежала прочь.

Ла Гутин надел куртку и поднял автомат охранника. Как раз в это время из клетки вышел старичок.

— Что это она? — спросил он француза с опаской. Тот покосился в сторону все еще лежавшего на полу Херби.

— Семейная ссора, — объяснил Пьер.

— А-а-а… — протянул мужичок. — Ясно дело…

Он хотел добавить что-то еще, но не успел — как раз в эту минуту сверху донесся приглушенный, но все же различимый треск пулеметных очередей.

Глава 121

Рокеры не пожелали вести правильную осаду, а предпочли применить тактику устрашения, тем более что поначалу братва, охранявшая резиденцию директора «Ундины», не предприняла в отношении мотоциклистов решительных мер. Сначала угроза со стороны рокеров представлялась смехотворной, теперь полку их прибыло: «конный парк» мстителей насчитывал более сорока машин, несших на своих спинах полсотни закованных в черные кожаные доспехи воинственно настроенных молодых людей и юных дев-воительниц.

Байкеры на сей раз представляли собой внушительную силу, тем более что людские ресурсы осажденных были куда скромнее — менее двух десятков мужчин, способных носить оружие, включая самого шефа. Правда, оружия этого у них имелось с избытком, в то время как у рокеров на всех едва ли набралось бы полдюжины стволов, в основном ружейных обрезов. Впрочем, стрелять пока вроде бы никто и не собирался.

Никто… Кроме зятя Дмитрия Кирсанова. «Геночка Глебов нашел пулемет, больше в деревне никто не живет».

— Ворюгу нам отдайте, и мы свалим, — отвечали байкеры на предложение мотать куда подальше. — Он у вас спрятался. Пока не выйдет, все равно не уйдем. Подпалим вас.

— Валите, парни, валите, — отвечали стражи у ворот. — А то и до беды недалеко.

Мотоциклисты только пугали, никаких подручных средств, пригодных для выполнения угрозы, у них не было, они лишь раздражали охранников ревом моторов и ослепляли их лучами десятков фар. Так продолжалось до тех пор, пока на арену разгоравшегося конфликта не вернулся Глебов. Может, еще и обошлось бы, но…