Чтение онлайн

Вангерт вместе с двумя друзьями вонзились в ряды отвратительных людей-скорпионов, направо и налево разивших смертоносными жалами. Но Хьорендалль легко разрубал их блестящие панцири, так что желтая слизь, заменявшая чудищам кровь, фонтанами брызгала во все стороны.

Маги на грифонах обрушили на врага настоящий звездопад, по сравнению с которым великолепнейшие колдовские фейерверки казались не более чем детскими играми с огнем, но даже это не могло сравниться с тем, что противнику приготовили эльфы. Серебристые стрелы полетели в самую гущу жуткой орды. Несколько мгновений спустя земля там встала на дыбы. Подобно исполинским древним чудищам, посреди безжизненной пустыни стремительно вырастали деревья, неистово рвущие своими ветвями все, до чего могли дотянуться. Могучие побеги легко опутывали и поднимали в воздух самых крупных тварей, душили их, швыряли оземь, пронзали насквозь.

Одновременно с этим несколько шаманов-кочевников неизвестно как сумели взобраться на совершенно отвесную круглую скалу, похожую на стофутовый палец. На ее вершине они разожгли большой костер и принялись танцевать вокруг, распевая какое-то дикое заклинание, по-видимому, относившееся к той безудержной первобытной магии, сила которой всегда поражала высокоученых волшебников. Черный дым, столбом поднимавшийся вверх, вдруг обратился в стремительный смерч и пошел на противника. Широченная просека из бездыханных тел вражеских бойцов образовалась на его пути. Тем временем, над костром взвились новые султаны дыма. И вскоре уже семь или восемь исполинских вихрей помчались на вражескую армию, превратив плотный строй в несколько разрозненных колонн.

Хотя к Вангерту со всех сторон продолжали тянуться мерзкие щупальца, и хотя скользкие гады еще не прекратили метать жала и плеваться мгновенно разъедающей сталь кислотой, Вангерт чувствовал, как понемногу слабеет сопротивление противника. Еще чуть-чуть – и строй монстров будет окончательно разрушен, притом, что его товарищи, несмотря на потери, смогли сохранить боевые порядки.

Но у демона нашлось, чем ответить. Сильнейший порыв ветра буквально вырвал многих из седел и заставил пегасов и грифонов беспорядочно заметаться по небу. Стая жутких, величиной с дракона птиц, понеслась на войско Терджина. Они летели очень низко, распластав гигантские крылья и вдруг нырнули прямо в гущу бойцов. В следующую секунду многотысячный вскрик боли и ужаса огласил долину. Множеством фонтанов хлынула кровь и все передовые части армии кочевников оказались обезглавлены. Острые передние части крыльев летающих монстров, как десятки гигантских кос, разом снесли сотни голов.

В это же время колдун, сидевший на одной из птиц, обрушил заклятье на скалу, где вокруг костра колдовали кочевники. Огненный молот разнес каменный палец до основания, похоронив под его обломками сотни людей. Черные смерчи вмиг растаяли, а воодушевленный противник с диким ревом обрушился на остатки войска Терджина, накрыв их настоящим живым валом.

И тут долину огласили новые боевые кличи. Многие обернулись и увидели, как из ущелья стремительно вырываются тысячи воинов с Терлисом во главе. Эстальд, вдохновленный его появлением, неожиданно для себя самого сообразил, как расправиться с мечекрылыми птицами. Он произнес одно старое птичье заклятие, добавив от себя несколько слов, и летающие монстры мгновенно сбились в плотную стаю, смертельно раня друг друга. Вниз полетели сначала огромные перья, потом лапы и головы со странно загнутыми вверх клювами и пошел настоящий кровавый дождь.

Терлис умелыми прорывами разделил вражеское войско на несколько частей. Вангерт с Эстальдом и Маглинусом тут же устремились в образовавшийся коридор. У самого входа в портал кружило множество летучих тварей с подвешенными к брюхам клетками. В каждой клетке сидело по нескольку человек пленников. Где-то среди них должен быть Таламанд. Но жив ли старый канцлер? Может быть, охрана уже расправилась с ним, чтобы не допустить его освобождения?

Присоединившиеся к друзьям кочевники так ловко набрасывали арканы на лапы крылатой стражи, что никто не сумел сбросить свой груз вниз и тем самым убить пленников. Шум крыльев, лязг взламываемых замков, радостные крики освобожденных… Вангерт не стал возиться с запорами, а просто рубил Хьорендаллем железные прутья, как солому. Он не сразу осознал, что нашел Таламанда, когда увидел, что в спустившейся рядом с ним клетке находится всего один пленник. От удара меча отлетела дверь.

Старый волшебник лежал в углу. Его борода была грязна и спутана, белые одежды порваны. Эстальд поднял палочку, чтобы произнести нужное заклинание, но неожиданно Таламанд сам открыл глаза.

– Друзья, это вы… – только и смог произнести он.

– Мы нашли… – начал, было, Вангерт, но осекся.

В этот самый момент что-то произошло в портале. Пурпурный вихрь, круживший над квадратной площадью, столбом взметнулся до самых небес. Исполинский шар вздулся и лопнул над порталом, накрыв всю долину фиолетовыми волнами остро осязаемой и откровенно злой магической энергии. Все оказались ослеплены и сбиты с ног. Окружающие Долину Праха скалы задрожали, с них с грохотом посыпались камни. В продолжавших гореть над порталом огнях, теперь напоминавших пламя исполинских свечей, началось какое-то движение. Перенесенное могущественной магией в это пустынное место невесть откуда, наружу вылезало нечто совершенно непонятное и жуткое.

Глава 13 У последних врат

Кромфальд пришел в себя от того, что ему на голову вылили ведро омерзительных помоев, так что он едва не захлебнулся. Кашляя, отплевываясь и ругаясь, он с трудом протер глаза. Все тело ныло так, что даже это простое движение отозвалось дикой болью. Он находился в тесном, таком, что невозможно было даже лечь, каменном мешке без окон. Здесь было очень сыро, с потолка капала вода, а стены густо поросли плесенью. За открытой дверью горел слабый свет, но его почти полностью заслоняла исполинская фигура надсмотрщика с ведром в руках.

– Нечего тебе спать! – рявкнул он. – На, пожри, собака! – с этими словами он швырнул на пол какие-то отбросы, которые хороший хозяин не дал бы даже свиньям. – У тебя впереди дальний путь, так что не советую брезговать! – и он захлопнул железную дверь и повернул ключ в замке.

Все погрузилось во мрак. Волшебник подождал, пока глаза привыкнут к темноте. Его руки и ноги сковывала огромная цепь, присоединенная к кольцу в стене. Она практически не позволяла ему двигаться и уже натерла кровавые мозоли на голенях и запястьях. Рядом пищали крысы, под потолком несколько пауков растянули свою сеть. Кажется, еще немного, и он просто упадет замертво, и его мерзкие сожители наконец приступят к долгожданному пиршеству.

В раскалывающейся от боли голове одно за другим всплывали воспоминания. Все, что произошло с первого дня войны – осада Кронемуса, долгий путь по северным землям и дальше… Но чаще всего перед глазами возникал последний день – тот, из-за которого все пошло прахом. Наследница жива, а Дерлфорст достался врагу. Они не использовали свой последний шанс. Уцелел ли хоть кто-то из заговорщиков?

– Что мы сделали неправильно? Почему все так вышло? – сокрушался волшебник.

С какой радостью бы он обрушил всю магическую силу на ненавистные оковы, вырвался бы из темницы, разя своих тюремщиков направо и налево, до тех пор пока они не разорвут его на части… Это была бы легкая, пусть и неспособная ничего изменить смерть. Но в подземелье явно находился мощный артефакт, не позволяющий творить волшебство кому-либо, кроме черных магов Смаргелла. Да и не будь его, Кромфальд был слишком измотан, чтобы применить даже самые простые чары.

Собственная судьба его теперь совершенно не волновала. Казнят его или заморят голодом – какая разница? И что это за «дальний путь», о котором сказал стражник, ему было совершенно все равно. Запах брошенной им пищи вызывал невыносимую тошноту и головокружение, но он даже не пытался ничего с этим поделать, а лишь прислонился, насколько позволяли цепи, к холодной каменной стене и бессильно уронил голову на грудь. Волшебник знал, что он проиграл. Так прошло несколько часов.

Вдруг за дверью раздался топот сразу нескольких пар ног и вспыхнул яркий свет. Вновь щелкнул замок, и Кромфальд увидел в коридоре нескольких воинов, один из которых держал фонарь.

– А ну, пошли! – приказал тюремщик, стоявший впереди всех.

Двое отсоединили сковывающие мага цепи от кольца в стене и потащили его из камеры, подгоняя вперед пинками и тычками.

Они прошли через лабиринт лестниц и коридоров. Судя по тому, сколько им пришлось подниматься, камера волшебника находилась гораздо ниже уровня моря. Наконец, промелькнуло окно, сквозь которое пролился багровый свет и донесся шум прибоя. Еще несколько поворотов – и мага вытолкнули на набережную, где в лицо ему ударил ледяной ветер. Громко бранясь, надсмотрщики повели Кромфальда к причалам.