Чтение онлайн

– Не забудьте, вы потом обещали рассказать все, что было с вами дальше, – напомнила она. – Жаль, что отец этого не слышит. Он бы точно записал все это, и получилась бы прекрасная книга.

– Зато он может гордиться тем, какую дочь он вырастил!

– И еще, я тут хотела попросить… – Эйдани немного засмущалась, но маг ободряюще кивнул, и она продолжила. – Знаю, воин не должен этого стыдиться, но… – С этими словами она сняла грубую повязку, и Эстальд, за время войны повидавший всякое, вздрогнул.

Шею девочки пересекал такой жуткий шрам, что непонятно было, как она вообще смогла выжить с такой раной.

– Чем это тебя так? – проговорил он.

– Каким-то заклятьем, – ответила девушка. – Оно же сделало мои волосы такими. Раньше они рыжими были.

– Надеюсь мерзавец, посмевший изуродовать такую красавицу, не остался безнаказанным, – сжал кулаки Струмир.

– Не остался, – кивнула Эйдани. – Сэр, Нотхорн, я знаю, вы очень талантливый колдун. Не могли бы вы…

– Разумеется, – ответил Эстальд, доставая свою исцарапанную и потертую волшебную палочку, полученную им еще в школе и прошедшую всю войну. – Звание магистра дружественного чародейства с меня пока никто не снимал, – с этими словами он взмахнул ею, и безобразный рубец начал исчезать на глазах. Вскоре кожа на шее дочери Виндара Остренда стала чистой и гладкой. – Теперь давай исправим волосы?

– Нет, пусть останутся как есть, – после небольшой паузы решила она. – Это даже интересно – не такие, как у всех.

– Но если вдруг надоест – обращайся, – кивнул волшебник. – Удачи тебе, Эйдани. Будешь самой красивой и самой храброй на свете, и о тебе напишут книгу еще лучше, чем та, которой, быть может, когда-нибудь удостоимся мы.

Тем временем добрались до главной площади. От знаменитых мостов над ней почти ничего не сохранилось. Около пары уцелевших опор громоздились обломки механизмов, оставшиеся от мастерской механических драконов. Тут и там виднелись осыпавшиеся входы в тоннели, прорытые мантикорами. Здания городских ремесленных цехов, таверны «Старый рыцарь» и ратуши лежали в руинах. Стена гильдии зияла бесчисленными проломами, большинство башен обстрелы укоротили вдвое.

– Ратуша вон там. Городского голову зовут сэр Хорнбори, – указала девочка. – Ну все, мне пора обратно на пост.

– Спасибо! И уж не тот ли это Хорнбори, в чьем саду мы в детстве воровали яблоки? – подмигнул Эстальд Маглинусу.

Гордое звание ратуши носила просторная палатка из необработанных звериных шкур. Рядом с ней горел большой костер, вокруг которого грелось не меньше двадцати человек. Судя по всему, это место было центром жизни возрождающегося города. Когда авангард отряда приблизился, навстречу им вышел высокий человек с окладистой бородой. Действительно, тот самый Хорнбори.

– Посмотрите! – обратился он к собравшимся. – Прибыли настоящие герои! Пусть даже некоторым из них в былые времена и приходилось от меня удирать! – добавил бородач, ухмыльнувшись.

– Герои-героями, но если бы не Вангерт, нас бы всех здесь не было, – заверил его Маглинус. – Вижу, непросто вам здесь приходится?

– Да, есть такое, – кивнул городской голова. – Когда огонь в небе вдруг погас, весь гарнизон, что здесь был, бросился кто куда, но перед этим они решили все здесь взорвать и сжечь. Вот только на главную башню сил не хватило – подпортили ее порядком, но свалить не смогли, а на вторую попытку не было уже ни времени, ни храбрости, – он кивнул в сторону главных зданий гильдии.

Действительно, лишь руины остались от Волшебной школы, рассыпались в прах Астральные башни, полностью потеряли свою первоначальную форму Магические палаты – только остатки стен, основания колонн и башен, груды камней, обнажившиеся во многих местах подземелья… Но вот Великая Башня была цела. Украшения, лепнина, статуи, барельефы, изящные галереи, бесчисленные малые купола и шпили были разбиты и обожжены, но мощные несущие стены выдержали.

– Банды уцелевших смаргелловых вояк и просто всяких лихих людей по-прежнему шастают по округе, так что приходится выставлять большую охрану. В первые дни самые отчаянные из них пытались пробраться в город и вывезти уцелевшее добро, но большую часть они даже до ворот не успели дотащить – вот, например, посмотрите – Хорнбори махнул рукой в сторону почти полностью занесенной снегом опрокинутой повозки в полусотне шагов от «ратуши». – Там такие сокровища лежат, что в былые времена пришлось бы приставлять к ним целый отряд стражников. А сейчас нет даже времени сложить их куда-нибудь. С теплой одеждой, едой и дровами здесь никакие самоцветы не сравнятся!

Хотя Эстальду не очень хотелось отходить от приятно согревающего костра, он все же подобрался поближе к разбитой телеге и слегка разгреб ногой снег. Под ним и впрямь оказались самые настоящие сокровища. Эстальд поднял с земли и хорошенько отряхнул большую серебряную лампу, покрытую искуснейшей гравировкой. Это была самая настоящая свидетельница истории – именно она висела в кабинете Таламанда на самом верху Великой Башни. При ее свете мудрый канцлер думал, размышлял, что-то писал долгими одинокими вечерами…

Ночь провели в шалашах и палатках – вповалку на грудах тряпья и соломы. Наутро снегопад прекратился, и выглянуло солнце, окрасив золотом заснеженные холмы и поля, от чего белое покрывало сразу начало таять. Стражник ударил молотком в подвешенный у ратуши железный брусок, выполнявший роль колокола. Многие еще не успели пробудиться, услышав привычный сигнал к подъему, как звон прозвучал уже трижды. Как и в былые времена, это был призыв всем идти на главную площадь.

До войны, когда весь город собирался перед ратушей, народ занимал все прилегающие улицы и переулки, залезал на крыши и карнизы, смотрел из окон, а маги традиционно располагались на укреплениях гильдии. Теперь же все население Кронемуса показалось жалкой кучкой людей, столпившихся посреди огромного пустого пространства. Когда стало ясно, что ждать больше некого, сэр Хорнбори взобрался на остаток рухнувшей стены, жестом призвал всех к тишине и прокашлялся.

– Я собрал вас здесь, – начал он, – потому что каждый день слышал от людей одно и тоже – все не может продолжаться так, как было уже тринадцать лет. Мизенхейму и его народу нужен король, который будет править верой и правдой! Династия Ностергерн давно истреблена вплоть до самых дальних родственников, все остальные, кто мог претендовать на престол королевства, также погибли. Поэтому нам остается одно – выбрать короля самим! Скажите, кто достоин править вами? Пусть ответят все и каждый!

Площадь замолкла. Никому из собравшихся не приходилось принимать в своей жизни столь важного решения. Никто даже не перешептывался и не переглядывался. И тут кто-то в задних рядах негромко произнес имя Маглинуса Кандланта. За ним его повторил второй, третий. Сначала тихо, но с каждым мгновением все громче и громче это имя передавалось из уст в уста и наконец оно зазвучало над всей толпой. Несколько смущенный рыцарь поднялся на возвышение.

– Я принимаю вашу просьбу, о добрые жители Кронемуса и Мизенхейма! – ответил Маглинус. – Благодарю вас за этот выбор и постараюсь не обмануть возложенных на меня надежд. Я постараюсь сделать так, чтобы наша страна была восстановлена из руин, ну а дальше... Кто знает, быть может, когда-нибудь Фератонд вновь объединится в своих исконных границах и станет столь же великим, как и при древних королях? Но этого я обещать не буду. Но, все равно, клянусь, что сделаю все для общего блага, – закончил он.

Ответом ему стало троекратное ура.

– Ваше величество, вы предпочтете провести церемонию коронации сейчас, но более простую, или позже, но согласно всем традициям, когда появится такая возможность? – спросил городской губернатор.

– Не надо ничего, – ответил рыцарь. – Нам предстоит сделать слишком многое, чтобы тратить на это время и силы.

Но Хорнбори и остальные настояли, и церемония, пусть и короткая, состоялась. Корону, державу и скипетр нашли в одной из брошенных врагом повозок с награбленным, а вот гробница Эксара Сурового, основателя Кронемуса и первого короля города и сопредельных земель, на которой традиционно приносили клятву все восходящие на престол монархи, была полностью уничтожена, поэтому свой обет Маглинус Первый Кандлант принес на развалинах главных городских ворот, где развернулась последняя битва за город, и где пал Эсельсиор Флиппарус. После этого все преклонили колени перед новым сюзереном.