Наследница стихии. Призванная для принца Белых земель
Шрифт:
— Но почему?
— Чары спали.
— И как тебе такая я? Что теперь будет с нами?
Вместо ответа он наклоняется ко мне и дарит сладостный поцелуй. Тот, о котором я так мечтала.
Тронный зал уцелел больше всего, поэтому было решено провести торжественный ужин именно в нем. И пусть замок придется долго восстанавливать, все самое плохое позади.
— Я хочу поднять кубок за тех, кто проявил храбрость. За наше молодое поколение. Мы сумели вырастить достойную смену, — говорит Анрес, оглядывая нас. — Белые земли всегда были далеки от Мааре. Но теперь я могу сказать точно, мы не просто заключим союз двух любящих сердец, а закрепим мир и объединим наши королевства. Отныне и на века.
Я бледнею, бросая на короля шокированный взгляд. Неужели он не понимает, что мое сердце отдано младшему из братьев. А Теодор до сих пор не может поверить в то, что его опаивали и внушали подчиняться воле князя тьмы.
— Теодор, прошу тебя, скажи несколько слов.
Принц встает из-за стола и скромно опускает глаза. После того, как чары спали, он стал совершенно другим. А еще старался избегать меня, да и я не желала общения.
— Я хотел бы извиниться перед всеми вами. Надеюсь, что вы не держите зла. Стефания… Перед тобой особенно, — ставит кубок на стол и заглядывает мне в глаза. За столом повисает пауза. Чувствую, как напрягается рядом Теолар, но мне нужно ответить.
— Все в порядке. Главное, что теперь все встало на свои места.
— Пока нет, — внезапно говорит он.
— Теодор… — встает мой Лиггир.
— Послушай, брат, я еще не все сказал.
— Ты извинился. Мы все поняли.
— Говори, — вмешивается Анрес.
— Наш правитель и отец умер. По традиции старший из братьев должен становиться на трон. Но я принял решение. Мое право наследнования престола перейдет к младшему брату. Это взвешенное решение и обжалованию не принадлежит.
Он обводит взглядом присутствующих, а затем садится на свое место.
Теолар удивлен, но, кажется, новость о том, что Теодор не претендует на мое сердце, его радует.
— Тео, что скажешь? — хлопает по плечу Сейлан.
— Предстоит большая работа. Но мы справимся.
— Ответ, достойный будущего короля, — поднимает кубок Алессия.
— Позвольте и мне сказать кое-что, — поднимается Теолар. Его взгляд прикован ко мне, отчего мои щеки краснеют. — Я никогда не хотел быть королем и не стремился к власти. Признаться, был рад, что родился младшим из братьев. До той поры, пока не встретил тебя. — Смотрит в мои глаза. Заливаюсь краской до самых пят. Столько внимания, и все мне… — Стеша, милая… С первой нашей встречи я полюбил тебя. Ты ненастоящая принцесса, да. Но ты моя королева! А рядом с королевой стоит стать королем. Я люблю тебя и надеюсь на взаимность до последнего вздоха. Примешь мое предложение? — Теолар встает на одно колено, и в его руках появляется кольцо.
— Да! Конечно, да! — подскакиваю и кидаюсь к нему на шею.
Забываю о том, что на нас смотрят люди. Я такая счастливая, просто сказка!
— Но откуда ты узнал про кольцо? Это же так по-человечески… — не выдерживаю и задаю вопрос.
— Мне подсказали, — расплывается в улыбке, поглядывая на Алессию.
Они с Анресом благословляют нас. И мы продолжаем целоваться. Я ни на секунду не сомневаюсь, что наша жизнь будет счастливой. Здесь мой новый дом и семья.
Анрес и Алессия
— И что дальше?
— Свадьба нашей дочери.
— Дорогая, я вижу, как ты привязалась к Стефании и готов признать ее своей младшей дочерью. Но я не могу принять то, что моя Камея все еще не вернулась.
— Анрес… Знаешь, когда-то давно я пожелала своей малышке настоящего счастья и любви, не менее сильной, как у нас с тобой.
— Знаю, — король обнимает королеву, и они какое-то время стоят молча.
— Так ли важно, в каком мире она? Возможно, ей не хочется возвращаться…
— Это не так. Уверен, она хочет вернуться, но боится, что мы не примем Фармира…
— Возможно… А ты готов его принять?
— Если буду знать, что именно он ее истинная любовь.
— Так и есть.
— Пусть докажут это на деле.
— У нас скоро будут внуки.
— Зачем ты переводишь разговор? — качает головой. — Я рад, но ведь Стефания еще не стала женой! А уже готовы плоды их любви?
— Нет, милый. На этот раз я говорю про нашу старшую дочь Камею.
Анрес меняется в лице, но Алессия целует его, и мужское сердце тает.
— Ты общаешься с ней, да? Но как?! — прищуривается, оценивающе глядя на королеву.
— Скоро сам все узнаешь. Но обещай, что проявишь мудрость и простишь нашу своевольную дочь за то, что она слишком быстро выросла и полюбила…
— Обещаю.