Наследница ведьм
Шрифт:
Затем попрощалась с Сэмом и Касом и, проводив взглядом их фургон, пошла к дому.
Она снова была одна. Но в этот раз одиночество было отравлено страхами за любимых, и она не представляла, как сможет пережить эти бесконечно тянущиеся часы неизвестности.
Надо было занять себя чем-то. Выучить пару защитных заклинаний, почитать книги про конец света или сайты про беременность…
– Привет, Эмбер. Давно не виделись, - оборвал ее мысли знакомый голос, когда она уже почти дошла до дома, и, подняв глаза, она увидела Моргану, выходящую из-за угла дома.
– Нет! – только и смогла воскликнуть Эмбер и уже подняла руку, чтобы попытаться придушить колдунью, но в следующий миг почувствовала, как на запястьях за спиной защелкнулись наручники, а предплечья сжали железной хваткой чьи-то руки. Она попыталась вырваться, но внезапно почувствовала сильный удар по голове, а затем мир вокруг скрылся за пеленой тьмы.
========== ШЕСТАЯ ЧАСТЬ. Глава 19. Еще не конец ==========
Очнувшись, Эмбер обнаружила, что находится в темной сырой комнате с каменными стенами, по которым то и дело скатывались капли воды и с пронзительным звуком, пробиравшим до самых костей, ударялись о собравшиеся на полу лужицы. Здесь всё было холодным и скользким. И когда она случайно коснулась одной из стен, то тут же с отвращением отдернула руку, словно дотронулась до слизняка.
В тусклом свете, пробивавшемся из коридора через стену отделявшей камеру решетки, она сначала почувствовала, а затем разглядела, что находится здесь не одна. Рядом на скамьях сидело и лежало еще шестеро женщин, и в двух из них она узнала участниц ведьминского круга в Салеме. Видимо, сюда свозили всех недовольных Люцифером, чтобы потом…
Эмбер понятия не имела, какая участь их ждет, и потому решила на время отогнать прочь мрачные мысли.
– Где мы? – спросила она, вставая со скамьи, и почувствовала, как без движения закоченело ее тело.
– Не знаем, - обреченным голосом ответила ей сидевшая рядом блондинка с длинными растрепанными волосами, падающими на лицо и почти скрывающими его. – Нас всех привезли сюда не так давно. Но всё это выглядит как подвалы какого-то подземелья. И, боюсь, что живыми нам отсюда не выйти.
– И сколько же вы здесь находитесь? – упавшим голосом спросила Эмбер, чувствуя, как зубы против ее воли начинают выбивать дробь, то ли от холода, то ли от страха.
– Не менее суток, - отозвалась из противоположного угла женщина постарше. – И судя по тому, что они дают нам лишь воду, наше здоровье их мало беспокоит. Так что Ирма права: у них нет желания сохранять нам жизнь.
– Боже, но это же просто ужасно. Так не должно быть… - пробормотала в потрясении Эмбер.
Моргана и все ее мерзкие приспешники просто не имели права лишать ее жизни сейчас, когда решалась судьба мира. И пусть ей суждено умереть, не увидев своего ребенка живым, но только не в этих мрачных казематах!
– Много чего из того, что произошло, не должно было случиться… - ответила другая женщина, одна из тех, кого ей уже приходилось видеть раньше. Кажется, ее звали Мари. – Но, видимо, мы живет в такое время, когда случается всё самое невероятное, и ведьмы убивают ведьм.
– И к-когда же они нас убьют? – заплетающимся языком пролепетала Эмбер.
– Не раньше, чем мы об этом узнаем. По крайней мере, я на это надеюсь. Не хотелось бы сдохнуть, находясь в состоянии овоща, - ответила та же женщина из противоположного угла. – Кстати, меня зовут Вэлери.
– Очень приятно, Эмбер, - отозвалась Уайтстоун и покрепче обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь, сотрясавшую все ее тело.
– Та самая Эмбер Уайтстоун? – вскинула голову блондинка и пристально посмотрела на нее. – Что ж, похоже, мы попали на самую интересную часть шоу, Моргана несколько раз упоминала о тебе и говорила, что без тебя это всё не будет иметь смысла.
– Что? Когда она такое говорила? – воскликнула Эмбер и услышала, как испуганно звучит ее голос.
– Когда я еще поддерживала ее. Но потом случилось несколько вещей, которые я не могла стерпеть, и она решила наказать меня. Принести в жертву в назидание другим. Устроить мою смерть во славу Люцифера. Именно ради него мы будем истекать кровью на жертвенных камнях, пока наша магическая сила, покидая нас, будет возвращаться к своему господину, питая его перед решающей схваткой с Михаилом.
– Что?! Так ты всё это время знала об этом и молчала? – с возмущением воскликнула Мари, в ответ на что блондинка лишь пожала плечами.
– Но почему всё это время ты делала вид, что ничего не знаешь? – с возмущением проговорила другая ведьма, с длинными рыжими волосами.
– Ну сказала бы я вам об этом раньше, и что? Думаете, вас бы это успокоило? Вы бы с ума посходили от страха. А так кто-то еще на что-то надеялся…
И Эмбер вдруг не к месту вспомнила, что кто-то из ведьм назвал блондинку Ирмой. Хотя какая в этом была разница, будь она хоть самой Морганой. Она отличалась от них лишь тем, что единственная знала, чего им ждать. Вернее, была единственной. А теперь они все узнали об этом и в камере повисла гнетущая тишина, потому что каждая ведьма рисовала себе те ужасы, что ей придется пережить и прощалась про себя с тем, что ей дорого.
Так же поступила Эмбер. Нарисовала в голове образ каждого дорогого ей человека и мысленно обняла их на прощание, надеясь, что они почувствуют всю ее любовь и… И придут на помощь, как сделали тогда в Сагино. И накажут тех, кто подверг ее и остальных ведьм этим жутким испытаниям.
Она в ярости сжала кулаки, мечтая сорвать с себя ненавистные наручники, и тут услышала шум шагов по коридору, а затем в свете факелов перед ними появилась процессия, которую возглавлял мужчина в черном капюшоне, наброшенном на голову и почти скрывавшем лицо, так что Эмбер смогла разглядеть лишь черную бородку-эспаньолку и узнала в нем одного из тех, кто схватил ее в Су-Фолсе.
– Вставайте, час искупления настал, - провозгласил он, и от его голоса у Эмбер сжалось все внутри и она с силой вцепилась в скамью, решив, что не двинется с этого места по своей воле.
– Эй, Уайтстоун, тебе требуется особое приглашение? – спросил ее один из спутников бородача.
– Я не могу встать, мне что-то нехорошо, - пробормотала она, еще сильнее вцепляясь в край скамьи, пока остальные ведьмы медленно поднимались со своих мест.
– О, поверь, ты даже не представляешь, что такое нехорошо. И если не хочешь, чтобы тебя приковали к жертвенному камню без сознания, то лучше пошевеливайся.
«Приковали к жертвенному камню», - отдалось в ушах у Эмбер и она почувствовала, как у нее темнеет в глазах, однако была тут же приведена в чувство кружкой воды, которую один из тюремщиков плеснул ей в лицо, и потому позволила поднять себя со скамьи и вытащить из камеры, где ее наручники прикрепили к цепи, уже сковавшей всех пленниц.
А затем они пошли. Медленно сквозь казавшийся бесконечным мрачный и сырой коридор. Но Эмбер была рада, что он такой длинный, и она мечтала, чтобы он никогда не кончался. Чтобы никогда не достигнуть финала их жуткого пути.