Чтение онлайн

— Убийца отца!

Крики подхватывались, множились, становились хором. Грубым, рваным, захлёбывающимся собственной яростью. Кто-то выкрикивал лозунги с пеной у рта, кто-то — просто из жажды быть частью «великого момента».

А те, кто был не при делах… Они останавливались.

Люди выходили из лавок. Замирали на перекрёстках. Высовывались из окон. Кто-то прижимал детей к себе, кто-то молился, кто-то молча смотрел, не решаясь ни уйти, ни вмешаться.

Вся столица задержала дыхание.

Я видел это сверху. Как тревога расползается, словно тень по мостовой.

Я медленно поднял руку. Лишь чуть заметно сделал движение пальцев, которое могли и не заметить… если бы не ждали.

Кованые ворота дворцовой резиденции распахнулись.

Широко. Приглашающе.

И, по-прежнему, ни души во дворе.

Это стало последней каплей. Мятежники взревели от восторга. Знамена взмыли вверх. Клинки выхватили из ножен. Кто-то поднял меч над головой, как трофей, ещё не взятый.

— Вперёд! Убить отцеубийцу!

И они рванули. Топот тысяч ног. Лязг металла. Крики, смех, проклятия, победные вопли. Их «армия» хлынула внутрь, заполняя просторный, обширный двор, словно вода чашу.

Я ждал, когда последний из них пересечет порог, потом снова поднял руку.

Ворота за их спинами захлопнулись. Глухо. Тяжело. Окончательно.

Отрезая их от улиц, отрезая от зевак. Отрезая от тех, кто теперь смотрел из окон и с тротуаров — ошеломлённо, с нарастающим ужасом.

Я усмехнулся. Выбор всегда есть. Они его сделали сами.

Я поднял обе руки к небу. И призвал свою магию. Небо отозвалось мгновенно.

Ветер налетел порывом, рваным, злым, хлестающим по лицу и вырывающим знамёна из рук. Небо стремительно потемнело, словно в него плеснули чернила. Облака сомкнулись, закрутились в спираль.

Гром грянул так, что дрогнули стены. Молнии вспороли небо — ослепляюще близко, одна за другой. Свет бил по лицам мятежников, вырывая из темноты их искажённые выражения — восторг сменялся растерянностью, затем страхом.

Двор, ещё мгновение назад наполненный триумфом, стал ловушкой.

И теперь они наконец поняли.

Император не защищается.

Император карает.

Я затянул всю дворцовую территорию своей магией, как куполом. Серым, глухим, непроницаемым. Он сомкнулся над двором с низким гулом, словно небо опустилось и придавило землю. Ни звука извне. Ни шанса сбежать. Только мы — и они. И чтобы никто не видел, кто мы есть на самом деле.

Империя еще не готова увидеть кто стоит у власти.

Законы чистоты крови намертво вколочены в сознание моих поданных моими дедом и отцом. Сейчас мятежниками движет не идея и не забота об империи.

Их ведёт желание вернуть утраченное влияние, прежнее обогащение и места у власти, перекроить распределение ресурсов под себя, снова сделать империю кормушкой для избранных.

Именно поэтому я не могу позволить, чтобы новая гражданская война расцвела на почве крови.

Империя уже заплатила слишком высокую цену, чтобы снова утонуть в собственной крови.

Справа от меня встал Кайден — сильнейший дракон Ледяного клана. Его аура холодила даже воздух; иней расползался по камню под ногами, и спускался с башни.

Слева — Харальд и его сыновья — фениксы. Живое пламя в человеческом облике. Их глаза светились золотом, а от тел поднимался жар, искажая пространство.

— Пора, — произнёс я тихо.

— Начнём же… — отозвался Харальд, и в его голосе не было ни тени сомнения.

Я позволил зверю выйти.

Кости хрустнули. Плоть рвалась и перестраивалась. Магия взревела, подчиняясь древнему зову крови. Я начал оборот — медленно, не скрываясь. Дикий виверн поднимался из меня, разрывая человеческую оболочку, расправляя чудовищные крылья.

У меня была всего одна пара конечностей, где крылья срослись с передними лапами, а тело вытянутое, хищное и стремительное, созданное не для величественного полёта, а для убийственного рывка и удара с воздуха.

Длинный, гибкий, змеиный хвост рассек пространство.

Предатели Империи — те, кто поддерживал геноцид моего отца и веками уничтожал полукровок; те, кто жировал за счёт Империи; те, кто приложил руку к тому, чтобы уничтожить целый клан Огня, в угоду желанию завладеть их ресурсами — все они стояли здесь.

Мечтали вернуть былой порядок.

Тень от моих крыльев упала на двор — густая, давящая, как приговор. Кто-то закричал. Кто-то уронил оружие. Кто-то, наконец, понял, что ни в ловушке.

С башен сорвались вниз фениксы — огненные кометы, оставляющие за собой хвосты искр. За ними — ледяной дракон Кайдена, бело-синий, смертельно спокойный. Удар за ударом. Пламя и лёд сплетались, не мешая друг другу, а дополняя.

Внизу начался ад.

Сначала — крики. Потом — визг. Паника накрыла их волной. Те, кто пытался оборачиваться, делали только хуже: теснота, страх, неготовность — они калечили сами себя, ломали крылья, давили соседей, топтали упавших.

Они убивали себя быстрее, чем мы.

Я ударил молнией — не в толпу, а в землю перед ними. Разряд разорвал камень, заставив их отпрянуть, сбиться, рухнуть в кучу. Ветер взвыл, подхватывая крики, но купол не выпускал ни звука наружу.

Я смотрел сверху — холодно, отстранённо. Я ведь больше зверь, чем человек. И если бы не моя названая сестра Аннабель, от меня как от человека не осталось бы ничего.

Впрочем, у нас было всё взаимно. Мы друг друга делали людьми.

Мои крылья, лапы, клыки калечили драконов. Те, кто смог взлететь, впивались в мое тело, рвали мою плоть.

Но я защищал своё. Мир во всём мире. Империю, в которой будет жить моя пара, мои дети, моя семья, мои друзья, мои подданные.

Я был злее. Не обращал внимания ни на раны, ни на боль.

Запах крови бил в ноздри, лип к языку, смешивался с гарью, с палёной плотью, с озоном моей грозы. Воздух был густым, тяжёлым — его приходилось разрывать грудью, втягивать рывками, как воду. Под крыльями — хаос. Крики. Лязг. Хруст костей, когда лапы смыкались.