Чтение онлайн

Она сама признала это! Прыгая на моем члене, простонала громко и отчетливо.

На меня нахлынули воспоминания. Картинки, одна ярче другой, вспыхивали в мозгу, возбуждая с новой силой. Погребенная на дне озера ведьма, разговор с Мариной, мать и Диана, припершиеся в самый неподходящий момент… Пустой зал и мои отчаянные попытки объяснить многовековые устои. А потом… Потом Лилино зелье перестало действовать. Какого хрена?! Не хватило даже на неделю. Может, его нужно пить каждый день?

Не-е-ет… Я не смогу себя добровольно лишить того, что устроила Марина. Она оказалась совершенно неудержимой. Такой же дикой, как и я. Каким-то непостижимым образом она знала и чувствовала, что мне нужно и как. Ей удалось погрузить меня в свою фантазию настолько, что какое-то время я не осознавал себя иначе, как отъявленный школьный хулиган, пытающийся совратить умницу и отличницу.

Оргазм, который она мне подарила, был чем-то нереальным. Такого со мной не было еще никогда. Все перепуталось, стерлось. Осталось только чистейшее удовольствие, которое парализовало тело, но одновременно, не затихая, мучило все нервные окончания.

Я ни черта не соображал, превратившись в клубок инстинктов и чувств. Остались только ощущения. Ощущение влажной кожи Марины под пальцами. Ощущение ее усилившегося аромата — карамели и грязного, отчаянного, траха. Ощущение ее стонов. Ощущение ее смазки, стекающей по моему члену. Ощущение ее набухшей подпрыгивающей от каждого движения груди. Ощущение тугих горячих сосков. Ощущение узкого горячего влагалища, стискивающего мой член почти до умопомрачения.

Это было то грязное и грубое, о чем она просила, отчаянно смущаясь. А мне не было стыдно. Ни капли. Она моя. И я имею на нее полное право. Сделать ее своей. Моя. Моя. Моя.

Как я умудрился все испортить? Ка-а-ак?! Она открылась мне, рассказала о чокнутых родителях, о том, что они творили. А я?..

Все, что было в моей памяти, это смутные картинки того, как я поднимаю ее на руки и несу в нашу спальню.

Под спиной внезапно почувствовались мягкие простыни. Мы в спальне! Ткань липнет к влажной от пота коже. Но я не ощущаю запаха крови.

Даже если бы раны уже зажили, запах крови остался бы.

Я потянулся к ночнику. Приглушенного света оказалось достаточно, чтобы развеять почти слепящую темноту. Марина спала на животе, устроив голову на моем плече. Ее губы припухли, став кроваво-красными. На щеках до сих пор розовел румянец. Ресницы слегка дрожали. Что ей снится?

Снится… Черт! Это был сон. Всего лишь сон… От облегчения сердце снова сорвалось на бешеный бег. Я боялся поверить, что ничего ужасного не произошло. Но кажется, это и в самом деле было так. Мы уснули, и мне привиделась эта муть.

Просто сон. Просто сон. Просто сон. Я твердил это, подстраиваясь под тихое щелканье секундной стрелки. Я взглянул на циферблат. Механическая фигурка медведя медленно поворачивала морду в сторону солнца с волнистыми лучами, как на старинных картинах. Внутри что-то болезненно кольнуло. Я попросил Бориса подарить ей эти часы, сделав вид, что подарок от него. Почему-то казалось, что она охотнее примет их от кого-то другого, чем от меня. И от того, что я оказался прав, на языке ощущалась горечь. Но в этом была только моя вина. Почему-то я ни черта не мог сделать правильно. И эта ошибка с ювелиром… Ну зачем я позвал Лилю? Из благих намерений. Хотел как-то наградить девчонку и завоевать ее доверие. Но ведь подарок предназначался не ей. Я столько лет прекрасно обходился без ведьмы, а сейчас вдруг решил, что не проживу без нее?! На что я рассчитывал? Конечно, она забыла, что я просил выбрать украшения после Марины. Неужели ведьма-неудачница, зелья которой действуют от силы пару дней, стоила того взгляда, которым Марина смотрела на меня.

Как будто я всадил ей нож в спину. Наверное неудивительно, что мне приснилось, как она кромсает меня в ответ. Хотя бы во сне, но я это заслужил.

Запястье Марины казалось ужасно тонким и хрупким, обвитое широким кожаным ремешком. Вся она была словно прозрачной. Я плохо забочусь о ней. Ужасно.

Мое сердце снова сбилось на незнакомый ритм. Стало настолько больно, что я невольно зарычал. Перед глазами вспыхнуло окончание сна.

Ребенок! Мне снилось, что Марина беременна…

Внутри поднялся целый ураган эмоций. Каким-то невероятным усилием мне удалось заставить себя лежать. Все органы напряглись, словно я готовился к битве.

Если бог существует, то пусть сон окажется правдой. Пожалуйста… Какую религию принять, чтобы мое отчаянное желание сбылось? Что если сквозь сон я услышал сердцебиение нашего малыша, а разум превратил это в дикий кошмар?

Я закрыл глаза и прислушался. Контролируя каждый вдох и выдох, я пытался успокоиться. Воздух пах карамелью, сексом и нежностью.

Дыхание Марины превратилось в легкое дуновение сквозняка. Не теплое и не прохладное. Нежное, ласковое, такое желанное и необходимое.

За окном ухнула сова. Кто-то из рабочих лениво стучал молотком. Скрипнули ветви от порыва ветра. Разбилась какая-то склянка.

Я услышал его, уже ни на что не надеясь. Тысячи звуков смешались, перекрывали друг друга, заползали в уши, оседали в голове раздражающей пылью. Но сквозь них пробивался четкий быстрый ритм. Крошечное сердечко отбивало дробь, идеально вписываясь в сердцебиение Марины.

Не знаю, что испытал… Только осознал, что руки дрожат, когда пытался осторожно перевернуть Марину на спину.

Я приложил ухо к ее животу. Теперь сердцебиение слышалось четко. Наш ребенок… Сын или дочка. Крошечное существо, у которого уже есть сердце. Мой ребенок.

Мне захотелось смеяться. Радостно кричать, как ребенок. Медведь торжествующе рычал внутри. Он ликовал. Я коснулся живота Марины. Накрыл его ладонью. Пусть малыш знает, что отец рядом и обязательно защитит от всего.

— Привет… — Я улыбнулся, вложив палец во впадину пупка. — Я твой папа…

Показалось, или крошечное сердечко застучало быстрее? Я не смог сдержаться и счастливо рассмеялся. Мой малыш. Маленький, крошечный, но уже такой умный.

Дети берсеркеров развиваются намного людей. Обычно, к пяти месяцам они уже догоняют девятимесячных человеческих малышей. Но все это время остаются в утробе. Мой ребенок растет быстро. Наверняка он будет умным и сильным. И красивым. Или она. Боже, если это будет девочка, то мне придется запереть ее в крепости, как принцессу. Вместе с ее неугомонный матерью. Только так я смогу защитить их обеих. Потому что, унаследовав красоту матери, моя дочь будет совершенной.

— Кто же ты? — Я снова улыбнулся: — Сын или дочка? К чему мне готовиться?

Воображение уже рисовало картины того, как мы с сыном отправляемся на рыбалку. И как я учу его обращаться берсеркером. Столько всего, чем мы сможем вместе заниматься…

А если дочка? У нее будет все, чем увлекаются девочки. Игрушки, куклы, наряды. Нужно будет пристроить еще одно крыло — детскую. Девяти месяцев как раз хватит, чтобы создать маленькое сказочное королевство.

И уже нужно думать об именах. Берсеркеры очень ответственно относятся к выбору имени. Нужно рассмотреть множество вариантов.