Наследник для шейха
Шрифт:
И это… это меня напрягает, а еще… тревога нарастает все сильнее.
Фатима явно теряет все свое благодушие, играть уже не перед кем, а маму мою она терпеть не может.
Хотя должно быть наоборот. Это она украла отца у нас, а мама… мама гордо ушла…
– Где мама? – повторяю с нажимом, – почему она не встретила меня? Почему не выслушала посланников аль-Макадума?
Пытаюсь замаскировать свою тревогу под недовольство. Каролина не имеет такой связи с мамой, как я, поэтому говорю примерно то, что сказала бы сестра. Делаю упор на ее тщеславии.
– Аглая попала в больницу, – наконец отвечает отец, – мы не хотели тебя расстраивать, ее как раз сегодня выписывают.
– Что с мамой?! – взвизгиваю. – Как она?! Почему в больнице?! С ней что-то серьезное?!
Меня трясти начинает. Так страшно становится. Моя мамочка. Моя защитница.
Вот почему ее не было…
Вот почему сейчас здесь стоит Фатима, когда должна быть мать.
– Аглая с лестницы упала, Каролина, – отвечает за отца Фатима, при этом в глазах у нее ни крупицы сочувствия, – не волнуйся. Ничего серьезного.
– Как упала?!
Повторяю и в лицо отца смотрю, который спешит успокоить меня.
– Каролина. Успокойся, дочка, все с Аглаей хорошо. Падение неудачное немного, но врачи приняли все необходимые меры, сейчас она в гипсе, ее выпишут сегодня. Чуть позже…
– Это точно? – спрашиваю, и отец кивает, всем своим видом дает понять, что с мамой все хорошо.
– Да, моя дорогая, для Аглаи сделано все. Лучшая клиника. Лучший врач. Все же она мама жены шейха Аяза аль-Макадума… Вокруг нее все бегают и пылинки сдувают. Ничего серьезного, дочка, правда, гипс все же будет какое-то время, но не критично… Мы все очень перепугались, когда она упала… все же… опасно… но… Всевышний сжалился… уберег… меньшая из бед – гипс на ноге… поверь…
Слова отца немного успокаивают. Но все же ощущение тревоги за маму добавляется. Мне так морально и физически плохо становится, что, кажется, еще немного – и я упаду в обморок.
– Дочка… ты побледнела… может, врача?! – беспокоится отец, и эти слова… они действуют подобно электрическому току, который проскальзывает по всем сухожилиям.
– Нет. Просто… я хочу в спальню… отдохнуть немного с дороги… – нахожусь с ответом и напарываюсь на многозначительный взгляд Фатимы, которая словно невербально дает понять, от чего мне отдохнуть надо… в ее глазах чисто женская зависть.
Но я сейчас слишком слаба, чтобы на такие вот детали внимание обращать.
– Да, дочка, отдохни. Хочешь в отдельную спальню? Все же Мелина тоже немного расклеилась.
– Нет, – отвечаю порывисто. Я хочу к сестре. Мы и так давно не виделись, и скоро опять разлука…
– Хорошо, дочка, как скажешь… – вновь улыбается отец и смотрит на меня с теплом и гордостью. И мне вдруг больно становится от всей этой ситуации.
Что бы было с ним, если бы шейх не послал дочь с подарками и благодарностями, а люди шейха пришли с обвинениями, принося с собой позор всему нашему роду…
Выдержало бы сердце отца такой удар?
А если бы меня раскрыли? Если бы шейх понял, что перед ним не Каролина?!
Что бы было тогда? В какой ужас превратилась бы вся наша жизнь?!
Не хочу об этом всем думать. Не могу. Слабость накатывает и тошнота. Меня всегда от нервов мутит, а учитывая происходившее со мной ночь напролет, странно, что я все еще умудряюсь стоять на дрожащих ногах…
– Да, устала наша радость, ведь все мы в таком напряжении с этой подготовкой к свадьбе… – привлекает к себе внимание отца Фатима, и я выдыхаю, когда она начинает вопить и звать прислугу.
Затем вновь переключается на свой режим хозяйки.
– Конечно, конечно, Каролиночка, отдохни. Я прикажу приготовить вам с сестрой полезный травяной чай… Фрукты принесут прямо в спальню, может, еще твой любимый супчик с куркумой?
Просто киваю на слова Фатимы, честно говоря, есть я точно не могу и от малейшего напоминания о еде меня знобит.
– Иди-иди… отдохни… дорогая… как что-то понадобится, все будет исполнено…
Больше не обращаю внимания на щебет Фатимы. Ее не переношу сейчас. Поднимаюсь по лестнице и беспрепятственно оказываюсь на этаже, иду к нашей с сестрой спальне.
С каждым шагом, который приближает меня к сестре, я ощущаю, как у меня слезы закипают в глазах, готовые излиться самым настоящим водопадом.
Я останавливаюсь у двери. Делаю глубокий вдох, но не успеваю дернуть за ручку, как дверь сама открывается. На пороге я вижу сестру, которая утягивает меня в комнату и захлопывает дверь за спиной.
– Ну что?! – спрашивает с нажимом, и я киваю.
Сил нет, чтобы хоть что-то сказать. Не могу. Больно. Мне плохо. Мне так плохо. Ощущение, что размазало по асфальту, что нет меня больше…
И это правда…
Прежняя Мелина со своими стремлениями и мечтами осталась где-то там, в моем прошлом, и мне придется воскрешать ее по крупицам, по памяти…
– Шейх доволен? Хотя… ты пришла с дарами… я видела… Он не понял, что ты не я?!
Качаю отрицательно головой.
Аяз не понял… не понял, что я отдала ему всю себя… и осталась пустая… сломанная оболочка…
– Да! Я знала! Знала!
Сестра обнимает меня изо всех сил, прижимает к себе.
– Получилось. Черт его возьми! Получилось… Мы спасены, Мелина… Спасены…
Шепчет и держит меня в своих объятиях, а я… я в каком-то заторможенном состоянии, в шоке… тоже обнимаю Каролину и начинаю рыдать…
Меня просто сносит в какую-то истерику.
– Тише, Мелина, не так громко, еще услышат… – шепчет Каролина и гладит меня по спине, успокаивая, но… у нее плохо получается…
– Тебе нужно в душ. Прямо сейчас, – деловито выговаривает сестра и начинает раздевать меня.
И в какой-то момент я словно в себя прихожу и просто отстраняю руки сестры от себя.
– Я сама, Каролина, – говорю неожиданно спокойно, и сестра вскидывает на меня свои глаза, спустя короткую заминку кивает, делает шаг назад и смотрит обеспокоенно.
– Как ты, Мелли? – спрашивает и прищуривается. – Ты очень бледная…
– Как я? – переспрашиваю и отчего-то улыбаюсь. – Как я?
Немного повышаю голос и отворачиваюсь от сестры, скидываю с себя одежду прямо на пол, не беспокоясь ни о чем.
Это не мои вещи, и больше их я не надену…
Пусть Каролина поднимает и складывает, а лучше… лучше пусть сожжет вместе со всеми воспоминаниями…