Чтение онлайн

— Ты курицу порезала? Хорошо, теперь надо натереть ее солью и перцем. Вот так, — разворачиваю к Еве телефон.

Она поджимает губы, но послушно выполняет все мои команды.

Подхожу к окну — неровному отверстию, в котором отродясь не было стекол. Стены «кухни» сколочены из обломков досок и листов рифленого железа, в углу висит старая рыболовная сеть.

По двору разбросаны выбеленные солнцем камни, ржавые машинные запчасти и неизвестные науке сооружения из досок и брезента.

Зато из окошка-дыры открывается шикарный вид на ослепительно-белый песок и море.

Такие себе Сейшелы на минималках.

Или Мадагаскар для бомжей…

Но сейчас море, совсем недавно манящее и прекрасное, кажется суровым и враждебным.

По двору без остановки снуют сомалийцы, переговариваются между собой. С берега доносятся обрывки разговоров на чужом языке, вперемешку со смехом и руганью.

Кто-то чинит обшарпанную лодку, кто-то тащит мешки с провизией.

Сегодня уже три дня, как я в плену, а от Светланы нет никаких вестей. Ни от нее, ни от ее отца. Не позволяю себе паниковать, но и полностью заглушить тревогу не получается.

Мне здесь плохо.

Выспаться невозможно. Не дают жара, пыль и бесконечный гул ветра.

А если удается уснуть, с раннего утра будят шорох сетей, крики на сомалийском, собачий лай — это рыбаки вытягивают свои утлые лодки на берег.

Солнце припекает, обжигая кожу, и я прячусь обратно. Какая-никакая защита от солнца.

Внезапно на дорожке к «кухне» появляется знакомый силуэт, и у меня екает сердце.

— Феликс идет, — говорю, отталкиваясь от окна.

— Да? — Ева растерянно оглядывается, словно ищет зеркало. Три раза «ха». — Как я выгляжу?

Чистой рукой она поправляет волосы, взволнованно оглаживает одежду.

— А какая разница? — интересуюсь искренне.

— Ты что, ничего не замечаешь? — Ева энергично встряхивает волосами.

— А что я должна была заметить? — я не то, чтобы туплю, я правда не понимаю.

— Феликс на меня запал! Разве ты не видела, как он на меня смотрит?

— Как? — спрашиваю по инерции, потому что и правда не знаю.

— Как нормальный мужчина смотрит на красивую женщину, — объясняет она снисходительно и тут же возмущенно передергивает плечами. — Тебе что, даже такие очевидные вещи надо пояснять?

— Извини, я ничего такого не заметила, — говорю скорее для себя.

— Да он сюда приходит из-за меня. Больно надо ему торчать с нами на кухне! — фыркает Ева. — Только такая как ты этого не видит.

От неожиданности я замираю и некоторое время молчу, разглядывая Еву.

Неужели это правда?

Неужели Феликс приходит сюда из-за нее?..

Я была искренне убеждена, что они с Авериным просто ждут, чтобы я прокололась. Потому и дежурят возле меня по очереди.

Ну или, как минимум, следят, чтобы я не перевела продукты. Здесь нормальная еда в дефиците.

А оказывается, Феликсу нравится Ева?

Только… Только к чему тогда все эти странные взгляды, которые я ловлю на себе, когда он думает, что никто не видит?

Вмиг себя одергиваю. Я слишком вжилась в роль Светланы и поверила в то, что я такая же убийственно привлекательна, как она. А это не так. Я не интересна Феликсу. Или его интерес чисто академический.

Зато Ева настоящая красавица. Вместе они смотрелась бы сногсшибательно.

Неужели это правда, что Феликс влюбился?

Широкие плечи заслоняют весь дверной проем.

— Что сегодня на ужин?

И снова странный взгляд на меня. Не успеваю открыть рот, Ева уже отвечает.

— Курица в белом соусе. Названия не помню, но поверьте на слово, он потрясающий.

Во все глаза смотрю и не устаю поражаться умению так великолепно играть. Она прикрывает глаза, сама смотрит из-под длинных опущенных ресниц. Закусывает губу и бросает на Феликса такой неприкрыто-откровенный взгляд, что у меня все внутри замирает.

Он не поведется. Такой дешевый подкат, неужели Феликс настолько примитивный?

И тут же внутри все обрывается, потому что Феликс упирается рукой в стену возле ее лица и отвечает низким голосом.

— Верю, красивая. Верю.

Милана

Это правда, он в нее влюбился.

Я так надеялась, что мне показалось, но мои надежды рассеялись как утренняя дымка над Индийским океаном.

Феликс полдня проторчал у нас в кухне. Они с Евой мило щебетали, пока я доваривала суп.

Уже даже не притворялась, что подглядываю в телефон — все равно на меня никто не смотрел. Да и рецепта никакого не было. Бросала все, что нашла.

Нашла немного — несколько сморщенных картофелин, рис, лук-порей. Долговязый принес ящик тушенки. И конечно бананы.

Здесь их полно, какие хочешь. Я подумала и добавила в суп зеленые, вместо картошки. Очень правильно добавила, бананы со своей ролью справились превосходно.

В отличие от меня.

Свою роль я полностью провалила.

Светлана — роковая женщина, она бы влюбила в себя Феликса в два счета. Я нисколько в этом не сомневаюсь. Он на Еву бы и не посмотрел.

Но я совсем другое.

Я не умею так смотреть, как Лана. Так обольстительно улыбаться.

У Евы это выглядит пошло. У Светланы выходило по-королевски. Мне уже почти жаль, что ее здесь нет, она бы точно сумела поставить на место эту лахудру.

А Феликсу, получается, в самый раз…

Пока влюбленные воркуют на улице, наливаю в металлическую миску суп и отставляю в сторону. Пусть немного остынет. А я пока напишу список продуктов, которые надо… что?

Купить? Украсть? Раздобыть?

Не знаю, передо мной никто не отчитывался. Но мое дело написать, а где они их возьмут, меня не касается.

С неприязнью кошусь на раскрытую дверь — Феликс с Евой захотели покурить, и я выгнала их из кухни.

Терпеть не могу, когда сигаретным дымом пропитываются одежда и волосы. Приходится потом голову мыть и сушиться на солнце.

На удивление у нас есть душ. И вообще с пресной водой нет проблем, потому что Феликс установил возле дома опреснительную установку.