Чтение онлайн

— Кто вы? — спрашивает великая регентша.

— Это Дионора — мужчина указывать на обладательницу золотых локонов, за тем на хозяйку чёрных- Это Сомтэра. — Девушки приседают в усталом реверансе- Я — Неран, сын Генри — говорит он. Айдан смотрит на него и не может поверить своим глазам, как когда-то не могли Ной и Озанна.

Он шёл, потому что идти было некуда. Айдан проиграл. Так позорно, так легко! Макар, Царь Заката, всё чаще побеждал его. Их клинки сверкали в редких солнечных лучах и свистели на горном ветру, но всё чаще меч из чёрного адамантита оказывался промеж его рёбер и всё чаще он слышал, как победно кричал Ненасытный:

– Я вновь победил, Лок-Хай’Эред — словно звон колоколов эти слова били по его ушам и даже чудовищных завываний ветра он не мог услышать, когда голос Четвёртого Старого Бога отдавался в подсознании голосами любимых и близких. 

— Только не она… — молвил он хрипло и беспомощно, падая на холодный снег и обледеневшие каменные ступени. Сейна, самым дорогим и близким голос Ненасытный решил сломать его. Сколько раз он с треском проигрывал? Так нелепо и глупо? Словно он был неразумным юнцом, впервые взявшийся за меч! Почему он не мог противостоять Макару? Всё сильнее Ненасытный проникал в его разум. В самую глубокую подкорку, выкорчёвывая оттуда потаённые страхи и извращая воспоминая. 

— Хватит, Айдан. Смысла сопротивляться нет. Все мы падём перед ним на колени. Будь первым среди слуг. Будь Его Чемпионом…. 

— НЕТ! — вопит он, сплёвывая кровь. СтоннКассел медленно поднимается, опираясь ободранными в кровь рукам о ледяные камни. Но тщетная попытка оборачивается тем, что легионер без сил падает, уткнувшись лицом в снег. Гора Аркинтор была пристанищем не только суровой зимы и жестоких ветров, но и домом для дракона…

– Намного лучше, Эред — усмехался Макар. Черный клинок скользнул в ловком выпаде. Айдан отбил его, их клинки скрестились и засверкали искры на ступенях Аркинтора. Удар за ударом они обменивались. Макар словно играл с ним, предугадывая каждый его шаг. Вот Айдан проводил пируэт и Макар бил рукоятью в его спину, хохоча:

– Защищай спину, Эред! — Айдан злобно рычал

– Я тебе не враг! Я — это ты, ты — это я! — говорил Царь Заката

– Прочь! Пойди прочь отродье Ненасытного! — кричал Айдан, крутясь в вихре боя как волчок, в кой-то веки, нанося порезы врагу. 

— Разве можешь ты служить Свету и Основателям, не склоняясь к Тьме? Позволь открыть тебе эту силу! Позволь помочь! Ты сойдёшь с ума, они погибнут! — кричал Макар, парируя разрубающий удар сверху. Айдан сей же момент скользнул наискосок, проводя удар так же, взмахивая наискось. Макар сплёвывал тёмную, густую слюну и хохотал. Айдан полыхал, и ярость сама заискрилась в его руках чистым светом. Боевое копьё из света образовалось в его руках, подпрыгнув, вихри ветра и молний окутывали его с ног до головы. Древко из жидкого света, как из огня, вонзилось в шею Макара. 

— Один на ноль, друг сердечный — гоготал он, захлёбываясь тёмной кровью

Настоящее

Всё это было одним кошмарным сном, на склонах горы Аркинтор, где зима продолжала царствовать. Айдан невольно посмотрел на себя в отражение огромной глыбы льда и к своему счастью он видел, что тьма отступила, пусть и на время. Он вновь был собой. Пусть и на короткое время. До вершины горы оставалось пара шагов… 

— Айдан! — услышав столь знакомый голос позади, парень обернулся и увидел, по крайней мере, двух знакомых, и такой радости он никогда не испытывал. 

— Корр? — непонимающе спрашивает он, устало сидя на каменных ступнях, ведущих на вершину горы. Позади Мейстланда стоит и Дориан. Гном кивает брату по оружие, и заливисто улыбается, других двух он не узнаёт, старика и совсем ещё юнца, а так же отряд латников позади всех. Мейстланд подбежал к другу и присел рядом, проверяя того на наличие ран или же видимых признаков смертельного безумия. — Я в порядке — отмахнувшись, Айдан спросил друга, что все они здесь делают. 

— Мы явились за тобою, Царь Рассвета! — торжественно заявила Лия Макстар и солдаты за её спиной ударили нижней частью своих щитов о землю, подтверждая слова своего командующего. 

— Они явились, чтобы манипулировать тобою, а мы, чтобы помочь — презрительно фыркнул Коул СтоннКассел в сторону Варлоков и другой старик, правая рука гроссмейстера, одновременно с учеником Коула, Китом Лионор. 

— Ещё одно слово ведьмачок, и ты умрёшь! — прорычал аст’каймен и напряжение между представителями двух орденов, уже могло электризовать воздух. Как преграда, между ними встал Дориан

– Никто из нас не вправе решать за Докана-Домара-Торхорта-Хириана! Все мы поданные империи и нам не стоит понапрасну проливать кровь. Так же, Айдан? Айдан? — гном наделяся услышать слова поддержки, но увидел, как все остальные, лишь то, как Корр и Айдан мчаться к вершине. Варлоком и Ведьмаком ничего не оставалось, как побежать следом за ними.

Вершина горы в почти весенний полдень встретила их жёстким ветром, до корочки обмораживающий обстреканные кровавые губы. Голые камни тёмно-синего цвета до сих пор были покрыты льдом и глыбами снега. Небеса в кой-то веки были чистыми и даже вдали не виднелись облака. Светло-голубой оттенок мировых океанов переливался с бледно белым цветом, становясь чуть более, невзрачным. Корр в первый раз видел небо в таком не привлекательном обличии. Вздрогнув от очередного дуновения ветра, Мейстланд окутал себя еле заметной аурой огня, чтобы не окоченеть насмерть на вершине Аркинтора, в то время как Айдан чувствовал себя вполне нормально и намёка на то, что он уже какой день бегал на холоде, не помышляя даже о теплой одежде. Только Корр хотелось высказать гневное мнение на счёт всего этого безумства, как над их головами завизжал ветер под взмахами двух могучих крыльев, размах которых был способен затмить часть солнца.

Белый дракон с грохотом приземлился от них в десятке метров. Чешуя его была белоснежна, подобная бриллиантам, а шипы и когти были чёрными, как самая чёрная ночь. 

— Мурсолькар (Мирного неба) Брундайовад (Тот крылат без крыльев)! — голос белого дракона был подобен голосу Великого Змея. Столь он был мелодичен и глубок, что касался самой души. Он был в три раза больше Балкраса Бронегрыза убитого Айданом под Амхарой и если отдельно брать участок его черепа и морды, то в него можно было поместить ещё трёх Айданов и Корров вместе взятых. Пять витых рогов украшали его голову, три из которых были обломаны чьими-то клыками…или когтями. 

— Нархильпаль (Славной битвы) Рахварион Мудрый — отвечал Айдан дракону и ящер, как казалось, несвойственно для его вида… улыбался. 

— Долгие лета я ждал кого-то вроде тебя. Скажи, Брундайовад, знаешь ли ты, почему Ка’Джор’Вар…драконы… любят ниртурмар? Знаешь ли ты, почему я поселился на этой горе? — подобно грому заговорил Рахварион, удобно устроившись на снежных сугробах, который по сравнению с его белоснежно чешуёй, были серой грязью. С грохотом он шагал, оставляя глубокие следы своих чудовищных лап на снегу, шоркая бритвенно острыми когтями, сопоставимыми с размерами снаряда баллисты. Корр посмотрел на Айдана, и невольно подумал, что он сейчас заговорит на драконьем языке. 

— Не знаю. Вы — драконы, до безумия обожаете горы. — утвердил он и Рахварион кивнул

– Несколько месяцев тому назад пронеслась весть по всему Ортогору, что Балкрас Бронегрыз был убит тобою, и ты был провозглашён Наследником Великого Нерана. Явился ты сюда не один, сам того не зная притягивая спутников к своему пути. Ты явно пришёл сюда не для вонк’гор со старым Ка’Джор’Вар. Зачем ты здесь? — Корр почувствовал себя абсолютно лишним здесь. Замершим, уставшим, голодным, измотанным, и лишним. Оглянувшись, Мейстланд увидел отряд Варлоков и двух ведьмаков, наконец-то поднявшихся на вершину. Рахварион с интересом глянул на них, перебивая завывание ветра, громко вдыхая воздух своими исполинскими лёгкими. — Они пришли за тобою, но мне интересна твоя цель. — ехидно выдал дракон.