Чтение онлайн

— Значит, пора заказывать, но сперва мне бы хотелось попросить вас об одной услуге. Я человек весьма любопытный, а мне буквально только что довелось отыскать в наёмной карете результат магографа… Вот и любопытно стало. Какая ступень у обронившего его дворянина? Вдруг аристократ какой карету пользовал до меня?

— Где бумага? Мне знакома эта науку. Я враз скажу вам, какая ступень у этого растеряши.

Моя рука быстро вытащила из кармана листок и передала его профессором. А тот брезгливо глянул на пятна грязи, которые я специально нанёс на бумагу, а затем он поправил пенсне, сползающее с острого, длинного носа, пару секунд поглядел на «ёлочку», хмыкнул и проронил:

— Да, вы были правы. Маг совсем не из простых. Как пить дать, тринадцатая ступень. Высший аристократ. Но тут указана только ступень, а направленности дара нет. Видимо, аристократ не пожелал проверять её. Да и зачем? Он ведь наверняка знает какой способностью обладает. Хи-хи.

Сафронов мелко хихикнул и вернул мне листок.

Тринадцатая! Я, конечно, втайне мечтал о пятнадцатой, но был согласен и на двенадцатую. Всё-таки это не вторая или третья, а сразу тринадцатая! По силе я уступаю лишь высшим аристократам, а вот по знаниям… ну, ничего, подтяну и их. Кстати, сейчас великолепный шанс кое-что вызнать у профессора, погрузившего в чтение меню. Но прежде надо погасить щемящую радость, пронзившую каждый мускул.

Я глубоко вдохнул, выдохнул, несколько секунд посидел молча, а затем спросил у Сафронова:

— Сударь, а вот есть же магия, кою можно накладывать на человека. К примеру, какая-нибудь защитная. Так вот сколько она будет висеть на этом человеке? Пять минут? Десять? И отчего зависит время работы подобной магии?

— О-о-о, голубчик, вы сразу заглянули в конец учебника! — удивлённо выдал профессор, поглядев поверх меню мутноватыми глазами. — Время — это наиболее сложное направление работы с даром. Для начала нужно хорошенечко освоить простые магические манипуляции, а лишь потом переходить ко времени. Мой вам совет, пока не забивайте себе голову мыслями о времени.

— Не буду. Но ответ на вопрос-то я могу получить?

— Можете. Негоже оставлять без ответа студента, тянущегося к знаниям. Так вот существуют некие постоянные величины, связанные со временем. Давайте разберём на примере, — профессор нехотя отложил меню и продолжил: — Возьмём, например, мага третьей ступени со способностью к воздуху. Все его заклятия, то бишь магия, коя имеет такую величину, как время, будет «жить» в реальном мире примерно пять минут. И это время складывается из суммы ступени его дара и постоянного коэффициента, который равен двум.

— То есть, заклятия мага с четвёртой ступенью будут «жить» шесть минут? — спросил я, пнув воспоминания Никитоса. Удивительно, что его память раньше не сообщила мне, что заклинания — это быстро исчезающая магия, вроде пущенного во врага огненного шара; а вот заклятия — что-то долгое, навроде защитного магического пузыря из плотного воздуха.

— Вы все правильно поняли. Но как только юный маг овладеет способностью менять время «жизни» заклятия, так перед ним сразу же откроется широкий спектр возможностей. Он сможет создавать заклятия, могущие существовать, как минуту, так и все тридцать. Но, конечно, всё будет зависеть от ступени его дара и количества вложенной в магию энергии.

— Благодарю за ответ. Только у меня имеются ещё кое-какие вопросы.

— Задавайте, — разрешил Сафронов и печально глянул на бокал вина, который чуть ли не одним глотком осушил тучный мужчина за соседним столиком.

— Объём магической энергии зависит лишь от ступени дара?

— В общем-то, да. Ежели, к примеру, взять пару магов десятой ступени, то объёмы их магической энергии будут не сильно различаться, при условии, что оба мага до этого сравнения регулярно тренировались.

— Выходит, что в дуэли магов с одинаковой ступенью всё будет решать их опыт, ловкость, направленность дара, ум, анализ противника и скорость принятия решений?

— Да, примерно так всё и есть. Вы решили кого-то вызвать на дуэль? — нахмурился профессор, состряпав осуждающее лицо. — Не советую вам этого делать. Весьма опасное мероприятие. К тому же двое воспитанных дворян всегда сумеют разрешить свой конфликт с помощью диалога.

— Нет, я никого не вызывал и не хочу вызывать, — ответил я с лёгкой улыбкой и даже не соврал, ведь технически вызвали Романову.

— Тогда давайте оставим в стороне тему дуэлей, — хмуро проговорил Сафронов, словно мы топтались на его больной мозоли.

Хм, почему ему неприятны подобные разговоры? Может, кто-то из его близких погиб на дуэли? Или он сам проиграл парочку? Конечно, ни один из этих вопросов я задавать не стал, а послушно сменил тему:

— Господин профессор, а считаете ли вы спиритизм шарлатанством?

— Я отношусь к этой религиозно-философской доктрине весьма скептически. Ну, какие души умерших, право слово? Ежели кто и может откликнуться на зов призывателей, то, вероятнее всего, это будут существа из других миров. А всякие невежи обзывают их и лешими, и русалками, и призраками, и бесами. В зависимости от того, где люди встречают выходцев из иных миров, — пренебрежительно выдал Сафронов, снова взял меню и громко сглотнул, дёрнув острым кадыком.

— Полностью с вами согласен, сударь. А вот один мой знакомец говорил, что некой госпоже Романовой вроде как удалось пообщаться с духом. Не слышали об этой даме? — вскользь спросил я и тоже вооружился меню. Оно оказалось написано на двух языках: французском и русском.

— Елизавета Васильевна? Вдова штабс-капитана Романова? Как же не слышал… Слышал. Известная в узких кругах дама. И известна она не только своей любовью к спиритизму, но и тем, что из-за неё свели счёты с жизнью некоторые влюбчивые молодые болваны. Опасная сударыня. Любит играться чужими судьбами. От таких надо бежать, как от пожара, — глухо закончил профессор, изрезав лоб глубокими морщинами. Он словно вспомнил что-то весьма мрачное. Что же?

Любопытство взыграло во мне, будто боевой конь при звуке трубы, возвещающей начало атаки. Но к сожалению, сию же секунду мне не суждено было пойти на приступ тайн профессора, поскольку в зал вошёл Кондратьев. Млять, как не вовремя! Я сперва даже хотел сделать вид, что не заметил его, но потом всё же помахал ему рукой. Тот увидел меня, улыбнулся и пошёл к нашему столу. А я встал со стула и двинулся ему навстречу.

Мы встретились где-то в середине зала, тепло поздоровались, а затем Кондратьев вытащил из кармана новенького сюртука два красных червонца и с открытой улыбкой сказал:

— Вот, держи, подарок на день рождения!

— Спасибо, конечно, но убери.

— Как же, Никита? Я же обещал помочь в твоей благородной затее.

— А ты и поможешь, только в другой затее. Мне нужен секундант. А деньги убери.

— Всегда к твоим услугам. Можешь располагать мной, — тут же согласился Макс, мигом посерьёзнев. — Кто противник? И из-за чего дуэль? Оружие уже выбрали?

— Я тебе завтра всё поведаю. Сегодня не хочу забивать этим голову. Лучше расскажи, что там с цыганкой. Есть какие-то новости?