Чтение онлайн

— Вот папаша, а это вам. — вложила в Сашину ладонь распечатаные снимки.

— Всего доброго. — попращавшись оставляет нас одних и исчезает за дверью ведущей в соседний кабинет.

Разобравшись с одеждой я опустила ноги в тапочки и резко встала. Видимо от излишней экспрессии у меня закружилась голова и меня чуть шатнуло.

И вот уже до боли знакомый запах наполняет мои легкие, забивает поры, а крепкие руки мертвой хваткой сжимают талию.

— Осторожно. Я помогу. — горячее дыхание обжигает кожу шеи.

Сглатываю слюну, пытаясь промочить сухое горло.

— Спасибо. Думаю я справлюсь. — цежу все еще сухой глоткой, отолкивая этот объект порока от себя. Мне требуется вся моя воля, чтобы добровольно отказаться от этих объятий.

— Юль нам надо поговорить. — не отпускает.

— Мне не надо. — чеканю слова.

— И послушай ты не имеешь к этому ребенку никакого отношения. Понял? — не знаю от куда только взялась смелость сказать такое, потому как меня нешуточно плющит наша близость.

— Я знаю…, что я отец. И знаю, на сто процентов, что Беслановы не имеют основания претендовать на эту роль. — весьма неожиданно, а главное вовремя. А мне уже плевать, что ты там знаешь. Знай себе на здоровье, а я больше не хочу тебя знать.

— А что из всех способных к зачатию мужчин остался только ты и чета Беслановых? Когда это шлюхи ограничивали себя таким скудным числом половых партнеров. — я вложила в эти слова столько призрения сколько смогла.

— А что если отец моего ребенка к примеру Зверь. — Лицо Саши стало заметно бледным, задергался кодык. Я хотела сделать ему больно и достигла цели. Он оцепенел всматриваясь растеренным взглядом в мои глаза.

— Не возражаешь. — отдираю от себя его руки.

— Я должна вернуться в палату, у меня капельница через десять минут. А да, чуть не забыла. Будь добр, не присылай мне больше свои веники, у меня аллергия. — и вылетела в дверь быстрее пули.

— Маленькая ты же понимаешь, что нам все равно придется поговорить. В общежитие ты не вернешься, как и на работу. — летит мне в спину, буквально сбивая парой фраз с ног.

Сердце пропускает удар, а легкие перестают качать кислород и мне уже катастрафически не хватает воздуха. Я знаю он не шутит.

Глава 33

Проснулась от того, что в нос бъет не больничный запах лекарств, а запах кофе и свежей сдобы.

Сегодня день моей выписки и видимо мой организм это предвкушает. Я улыбнулась своим глупым мыслям и открыла глаза. Но как только открыла, закричала… и тут же закрыла их снова, натянув одеяло на голову.

Тру пальцами свои бельмы, прищипываю щеку, проверяя свою вминяемость и реальность происходящего.

— Чтооо ты здесь делаешь? — обреченно, чуть ли не заикаясь, стягивая угол моей мнимой защиты на нос.

— Я забыл как ты выглядишь когда спишь. Хотел посмотреть. — с мальчишеской улыбкой на лице заявляет этот змей искуситель, уверенный в своей неотразимости.

— Очень смешно. — закатываю глаза.

— А еще подумал что кофе и свежая выпечка поднимут тебе настроение. — указывает взмахом головы на фирминный стакан и фирминный бумажный пакет разместившиеся на тумбочке.

— Надеюсь твоя аллергия не прогрессирует? — улыбается во все тридцать два, сверкая белоснежностью своих зубов.

Прям остряк.

— Прогрессирует! — шиплю. И даже не собираюсь скрывать, что я думаю по этому поводу.

— А если хочешь поднять мне настроение, исчезни немедленно из моей жизни навсегда. — завожусь от его дурацкой выходки.

— Рассмеялся.

— Не вижу ничего смешного. — зло цежу и откидываю голову на подушку.

— Ты что…, - приподнимаюсь — правда считаешь, что имеешь право, вот так приходить, когда тебе вздумается? — сверлю глазами дыру в его всё еще, тронутой весельем физиономии.

— Я имею на тебя все права маленькая. В самом примитивном смысле этого слова. — заявляет и даже бровью не ведет.

Просто неслыханная наглость.

И эти мои мысли думаю, жирным шрифтом прописанны у меня на лице.

— Не веришь? — приподнимает уголок иссиня- черной, густой, правильной формы дуги. А я смотрю в его довольную рожу и не пойму куда он клонит.

— А в паспорт свой ты давно заглядывала? Если мне не изменяет память, на шестнадцатой странице кажись. Открой посмотри. — наслаждается произведенным эффектом.

Что? Нет… Не может быть… Проноситься в моей голове.

Я кинулась в прикроватный ящик тумбочки, достала свой документ удостоверяющий личность и чуть ли не выравая листы, всматривалась в имеющиеся на них печати, и записи. Наконец открыв нужную страницу, задыхаясь как рыба на берегу, открыла рот. И с укатившейся под кровать нижней губой, уронив отвисшую челюсть на пол, впала в состояние шока.

— И если я ими еще не пользуюсь, это лишь вопрос времени, и моего терпения. — слышу хриплый голос вещающий эту ерись в мое ухо.

— А я как ты знаешь далек от совершенства в этом вопросе. Увы не гуру и не обладаю этой добрадетелью.

Наматывает на палец мой локон, делает глубокий вдох. И его словно подменили, в голосе больше нет и намека на игривость, на мужской интерес, на ершистость.

— Мне очень жаль девочка. — слышу надтреснутый полушепот. Тихо…, едва слышимо.

— Спасибо что спасла, но рисковать своей жизнью всё же не стоило. — резко поддает корпусом назад и отходит в противоположный угол, убирая руки в карманы. Минуту просто молчим.

— Ну что убедилась? — задает вопрос уже в своей обычной манере.

А я, с глупым видом все еще прибываю в соматической прострации и не могу найти подходящие слова выражающие мое состояние расстройства.

— Ты…

— Но как…? Я же… — только и удается выдавить из себя этот несвязный набор слов.

— Юль ты ведь не думала, правда, что я позволю моему ребенку родиться в неполной семье. После того как сам вырос в детском доме.

Я с ненавистью посмотрела ему в глаза.

— Это не твой ребенок.

— Ты забыл? Или не расслышал? Да ты вообще его не признавал. Ты слушать ничего не хотел. Ты отказался от него и от меня. — от боли в сердце делаю паузу.

Саша бледнеет, а у меня от напряжения пульс начинает грохотать в ушах.

— А сейчас вдруг… — пытаюсь поодолжить.

— МОЙ.
– обрывает на середине мою пламенную речь.

— Я знаю это не опрадание, но когда ты двадцать лет считаешь себя ялым и у тебя на руках документ о твоем БЕСПЛОДИЕ, сложно поверить в обратное или даже усомниться.