Чтение онлайн

Анджей готов был поспорить, но не стал. У него не было ни меча, ни любого другого оружия, чтобы противостоять Сатане. А князь был силён, с ним ему вряд ли справиться. Лучше переждать. Тем более что ведьмочка эта - такая бойкая и охочая до ласк.

Здесь ему уж точно не придётся скучать.

Миклош сидел на подоконнике, болтая ногами, и размышлял. Вот уже много дней назойливая мысль не давала ему покоя. Коротышке казалось, будто он должен вспомнить что-то важное, однако, сколько бы ни ломал голову, вспомнить ничего не мог.

Миклошу было очень жалко княгиню. Настолько, что он не мог заставить себя войти в комнату, где её держали на цепи, будто дворовую собаку, и просто поговорить. Владыка приказал не ходить к ней, но разве это бы его остановило?

Нет, Миклоша держало другое - он чувствовал себя виноватым за то, и чём никак не мог вспомнить. Что же это было? Несомненно, очень важное.

Миклош слез с подоконника, вышел в сад и стал кидать камешки в стены замка. Белые кусочки известняка с шумом ударялись о гранитный камень и падали на землю, рассыпаясь мелкой крошкой. Он побросал уже все найденные камни и, почувствовав лёгкий голод, пошёл обратно в замок. На пороге обернулся, посмотрев на сад, и вдруг его осенило!

Миклош вспомнил, как стоял точно также и глядел на Ярушку, сидевшую на ковре из чудных цветов. Что-то ему не нравилось. Но что? Он сунул руки в карманы и нащупал сухие листья. Он сгрёб их в ладонь, намереваясь выбросить, и неожиданно понял.

– Владыка!
– истошно заорал Миклош и бросился в обеденный зал.

Ирвальд сидел возле камина, закинув обе ноги на табурет, и держал в руках остывшую трубку. Курить ему не хотелось, разве что вспомнить былое. Во рту было горько, как от забродившего вина, и он то и дело сплёвывал на пол, представляя, как Зельда начнёт браниться. Вопли Миклоша заставили его вздрогнуть.

– Что ты орёшь?
– недовольно спросил Ирвальд.

– Я вспомнил!

– Что?
– оживился он, отбрасывая трубку в сторону.

– Вспомнил, что показалось мне странным! Цветы! Они зацвели за один день! Болтушки принесли семена давно, но по всему саду не было ни росточка. А в то утро цветы вылезли будто из-под земли и зацвели.

– И что?

– У них был странный аромат, - возбуждённо говорил Миклош, - и княгиня вела себя не так, как обычно.

– Я не видел никаких цветов, - сказал Ирвальд, - тебе точно не померещилось?

– Вот, - Миклош протянул ему сухие хлопья лепестков, - я сунул себе в карман. А сегодня только вспомнил, для чего.

– Давай сюда.

Ирвальд достал платок, и коротышка аккуратно ссыпал в него лепестки. Владыка поднёс платок к носу, вдыхая запах, но не почувствовал никакого колдовства. Тем не менее, он спрятал его в карман и отослал Миклоша прочь, чтоб не мешал думать. Затем вышел во двор и свистнул ядокрыла.

– Ты уже и сам знаешь, куда лететь, - вздохнул он.

Юрей громко крикнул и опустился на передние колени, позволяя Ирвальду усесться, и полетел в селение ведьм.

– Мальва, - позвальд Ирвальд с порога.

Ведьма тотчас же выбежала к нему, вытирая руки о передник. Выглядела она необычно - сияла, будто начищенная золотая монета и казалась немного испуганной.

– Что там у тебя происходит?
– поинтересовался Ирвальд.

– То моё дело, - улыбнулась ведьма, краснея, и он понял, что спешила она вовсе не к маковым цветам. Ирвальд понимающе усмехнулся, но всё ж протянул ей свёрнутый платок.

– Можешь сказать, что странного в этих цветах?

Мальва развернула платок и едва не уронила на пол. Губы её сжались в полоску.

– Нехорошее колдовство, - сказала она.

– Поясни.

– Ведьмам давно запретили использовать такой заговор. Лишь немногие его помнят. Это очень сильное колдовство. Сожги их.

– Эти цветы зацвели у меня в саду в тот день, когда Ярушка исчезла.

 - Немудрено, - задумчиво сказала Мальва, - это колдовство способно заставить любого подчиниться чужой воле, принимая за свою. Такими цветами Ольжанка заставила твоего брата напасть на отца.

– Но Ольжанка давно мертва!

– Она не единственная ведьма, которая нарушала законы.

– Ты кого-то знаешь?
– спросил Ирвальд, испытывающе глядя в её глаза, надеясь уловить хоть маленький намёк на то, что ведьма что-то скрывает, однако Мальва выдержала его взгляд.

– Нет, - ответила она, - но я могу кое-что. Подожди здесь.

Ведьма спустилась к себе в пещеру, повесила небольшой котёл над очагом и подула на тлеющие угольки. Затем плеснула в котёл немного зелья из кувшина, достала из закромов небольшой клубок ниток и опустила в варево. Пламя разгоралось всё ярче, однако жара совсем не было. Мальва подождала, пока зелье закипело и начало пузыриться, потом аккуратно высыпала в котёл заколдованные лепестки. По всей пещере разлился аромат, от которого у неё пробежал холодок по коже. По углам мерещились призраки давно умерших ведьм, даже понесло зловонием разлагавшейся плоти. Анджей высунул голову из соседней пещеры - взгляд у него был рассеянным.

– Иди, ложись в кровать, - велела ему Мальва. Тот послушно исчез.

– Забавно, - ухмыльнулась ведьма себе под нос. Всё-таки у зелья были свои достоинства.

Клубок в котле запищал, подпрыгивая и брызгая в разные стороны. Мальва подхватила его, завернув в платок, и вынесла на улицу.

– Держи, - сказала она Ирвальду, вручая клубок, - он приведёт тебя к тем, кто повязан с колдовством.

Ирвальд подбросил на ладони клубок, задумчиво глядя на Мальву. Благодарить её не имело смысла. После всех обидных выходок, что они друг другу устраивали, это выглядело бы жалко и недостойно. Но с тех пор много воды утекло. Ирвальд одержал верх, и ведьма давно с этим смирилась. И всё ж, Ирвальду было не по себе. Неужели за все эти годы его суровое сердце смягчилось?

Он тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли прочь. Клубок в его пальцах зашевелился, спрыгнул на землю и поскакал вперёд не хуже зайца. Ирвальд последовал за ним, даже не обернувшись, чтобы попрощаться с Мальвой.

Клубок промчался через поле, перепрыгнул ручей и остановился на опушке леса. Ирвальд знал эти места. Именно тут он когда-то встретил Ярушку. Почему же клубок привёл его сюда? Здесь не было ведьм - их поселения были намного дальше.

Тем не менее, клубок вертелся на месте и не двигался дальше. Ирвальд спешился и стал внимательно осматривать лес. Не было ничего необычного - трава, кусты, деревья с огромными дуплами, в которых гнездились птицы. Ирвальд напряг слух и услышал быстрое биение крошечного сердца. Оно колотилось так, что ещё немного, и разорвалось бы на части, а в воздухе витал запах страха. Обычно лесные твари боялись владыку и разбегались прочь, но это был непростой страх. Так боялись те, кому было чего бояться. Ирвальд запустил руку в дупло и достал птицу. Маленькая болтушка сжалась в комочек, лицо её стало таким же белым, как и перья. Она зажмурила глаза и поджала лапки, с которых капала густая зеленоватая слизь.

– Вот мерзость!
– выругался Ирвальд, отряхивая ладонь.

Птица лежала ни жива, ни мертва. Что было от неё толку? Скрутить голову да бросить в кусты - вот чего хотелось Ирвальду, но птица должна была что-то знать. Стало быть, нужно приводить её в чувства.

В это же время клубок снова подпрыгнул - высоко, чуть выше князя, и поскакал в чащу. Ирвальд сунул птицу под кафтан, вскочил на ядокрыла и продолжил путь.

На этот раз клубок бежал ещё быстрее, так что Ирвальду пришлось поднять Юрея в воздух и лететь. Маленькая точка клубка мерцала на земле, оставляя позади версту за верстой. Несколько часов они летели, не останавливаясь, пока впереди не показался замок Калеша.