Чтение онлайн

— Мадам Кицвилан, прошу, не дразните меня! — смущённо заулыбалась Атанаис.

— Не пленил ли тебя этот красавчик, кузен Рин? — пожурил девушку король. — Или полнхольдский граф? Как его там? Имя странное такое, как будто древнее, из другого мира… Александр!.. Напыщенный и здоровенный, как бог древности.

Принцесса Плио возвела глаза к потолку, с укоризной покачала головой и сказала лишь:

— Представить сложно, сколькими добродетелями надлежит обладать, чтобы быть достойным Атанаис. Наш оболтус едва ли обладает хотя бы одним из них.

— А полнхольдский граф, боюсь, протащил через свою постель слишком много девиц, — фыркнула Реция, и Лорен с королём усмехнулись.

— У моего избранника должна быть лишь одна добродетель, — отозвалась Атанаис, горделиво приподняв безупречную головку. — Он должен любить меня.

Гостиная наполнилась шумом одобрения.

— Смею предположить, у Акила такая добродетель найдётся! — воскликнул Лорен со смехом. — Атанаис невозможно не любить! Но их родственные узы слишком близки — они кузены. В отличие от многих, я не одобряю брачных союзов между кузенами.

Король и целитель развлекались шутками подобного толка ещё долго. Эти шутки были неприятны самой Атанаис.

— Но где же Гаральд? — лениво вопросил король. — Вчера он покинул всех своих гостей и умчался в неизвестном направлении. Он вернулся с тех пор?

— Вернулся и снова уехал в Эридан, — ответила Акме несколько напряженнее, чем следовало, надеясь, что её голос не дрожит. — Все в порядке, ничего срочного.

Герцогиня спокойно улыбалась, но лицо её было бледно. Она изо всех сил старалась изобразить беззаботность, но ей показалось, что король слишком внимательно и подозрительно её разглядывает.

После утреннего разговора с мужем и братом она так и не смогла заснуть, даже не пыталась. Она в подробностях вспоминала те испытания, которые прошла двадцать лет назад, и коридоры Иркаллы, которые являлись ей во снах много лет, и успокаивающую фразу брата «Ты когда-нибудь задумывалась о том, каково живётся в Заземелье?»…

Тем временем младшая герцогская дочь танцевала то с Марцеллом, то с кузеном в боевом танце на мечах в Нижнем Зале. Сагрия ловко и умело поигрывала своим ножичком, который когда-то подарил ей отец, Руфин Кицвилан. Зоркие глаза девушки следили за Акилом.

Ишмерай была на редкость угрюма, поцелуй принца не выходил у неё из головы, а меч будто не желал сидеть в её руках этим днём.

— Думай о клинке, думай о своём противнике! — кричал Марцелл. — Твои глаза ничего не видят за твоими мыслями! Иль хмель вчерашнего вечера ещё не отпустил твою голову?

— Я не пьяна, я не пью, — прорычала девушка, остановившись и опустив меч.

— Пьяна! — крикнул Марцелл, весь багровый от недовольства. — Пьяна мечтаниями, которые нынче столь же далеки от тебя, сколь высокая оценка по фехтованию!

Ишмерай положила руки на бока и немного прошлась, чтобы успокоить безумно колотившееся сердце.

— У меня есть предложение, которое обрадует тебя, кузина, — на ухо ей прошептал Акил, пока бушевал Марцелл, уже сам с собой. — Напоминаю, что завтра на рассвете Марк хочет поохотиться в лесу недалеко от Ариля вместе со своими друзьями из Полнхольда и Сильвана. Он зовёт и нас с тобой. Как тебе идея?

— Меня она нисколько не интересует! — буркнула Ишмерай, надув губы.

— Арильские вепри! — удивился Акил, нахмурившись. — Не сомневаюсь, как там будет весело! Они славятся на весь Архей своей свирепостью и размерами.

— Потом расскажешь.

— Чем же займёшься ты? Будешь умирать от скуки?

— Займусь вышиванием, как Атанаис, — огрызнулась та. — Иначе меня и дальше будут тыкать носом в мою совершеннейшую никчёмность все, кому не лень!

— Хватит, Марцелл, — тихо пробормотал Акил, которому стало неприятно оттого, что Ишмерай ругали уже на протяжении целого часа.

Вздох неожиданно появившегося герцога перекрыл даже громогласные крики Марцелла, который тотчас замолчал и повернулся к господину. Герцог был очень бледен и измождён.

— Батюшка! Мы все так беспокоились за тебя! Почему тебя так долго не было?

— Ты же знаешь, что Атия частенько требует от меня срочного внимания, — уклончиво ответил тот, слегка улыбнувшись. Он забрал у Марцелла меч и встал напротив дочери.

Ишмерай встрепенулась и с готовностью приняла стойку.

— Мне более по душе твой вчерашний вид, цветущий и безоблачный, — тихо сказал герцог, отразив первые её удары и легко отпрянув. — Что с тобой? Кто тебя обидел?

— Никто, батюшка, — сквозь крепко сжатые зубы ответила она.

— Почему я не вижу Марка подле тебя сегодня? Где принц?

— Не представляю! — раздражённее, нежели ей хотелось, выдохнула Ишмерай.

Герцог остановился.

— Так-так… — пробормотал он, помрачнев и склонившись к ней ближе, чтобы ни Марцелл, ни любопытный Акил не слышали их разговора. — Что натворил сынок Арнила и как посмел?

— Он странно себя ведёт… — прошептала она, смущённо опустив глаза.

— В чем выражается эта странность?

— Он смотрит на меня так, как не смотрел никогда — внимательно, светло. Я никогда не видела, чтобы он улыбался мне так взволновано. Он просто не желает от меня отходить!

Герцог вздохнул ещё глубже, губы его скептически скривились, бровь недовольно приподнялась.

— Тебе это не нравится? Тебе это неприятно?

Ишмерай задумалась, покраснела, вспомнив тепло его губ, и опустила голову. Ей было очень приятно и тепло. Каждый раз, когда она вспоминала поцелуй принца, у неё начинала кружиться голова, а думала она о его губах теперь постоянно.

Прочитав все по глазам дочери, Гаральд Алистер был вынужден сказать:

— Ты должна быть осторожной с Марком Вальдеборгом. Я прекрасно знаю, чем он занимался в Селенаре. Он полагает, что ему всё сойдёт с рук, но ошибается в отношении тебя: я шкуру с него сдеру, если он тебя обидит.

— Марк никогда не навредит мне, — уверенно заявила Ишмерай.

— Не навредит, если ты не позволишь.

Гаральд забрал у дочери меч и вытащил из-под колета кинжалы Эрешкигаль, при виде которых глаза дочери засияли.

— Ах, батюшка! — воскликнула она.

— Ваша Светлость! — разочарованно отозвался Марцелл, увидев кинжалы. — Вы балуете её. Так она ничему не научится.

— Сегодня я желаю побаловать свою дочь! — печально усмехнулся герцог, вручив дочери кинжалы герцогини. — К тому же, она перестанет владеть ими, если герцогиня и дальше будет запрещать ей тренироваться.