Чтение онлайн

Жена бургомистра – госпожа Хольм, а в девичестве Татлер, привыкла ложиться рано, чтобы полноценно высыпаться, и тем самым как можно дольше сохранить свежесть лица. Хотя реанимировать затерявшуюся на дне овощного короба ещё с зимы морковку было бы и то легче. Самым разумным вариантом и наиболее действенным из всех являлся визит к целителю-косметологу, а ещё лучше – регулярное его посещение. Однако идти на такие кардинальные меры Амелия Хольм не решалась, ведь натуральная красота была в моде, как никогда. К тому же женщина и так прекрасно знала, что невероятно хороша: недаром за её руку и благосклонность в своё время билось столько претендентов. Крохотную изюминку природному шарму придавало баснословное папенькино состояние. Но это так, милый пустячок.

Впрочем, пользоваться различными кремами, сыворотками и отварами, придающими упругость коже, женщина не брезговала. Вот и сейчас, приподняв третий подбородок, она накладывала на шею толстый слой густоватой розовой субстанции из баночки. Амелия представляла, как входящая в состав вытяжка из лепестков роз сделает коротенький отрезок тела от нижней челюсти и до ключиц таким же нежным и бархатистым, как лепестки нераскрывшегося бутона. Недаром ведь считается, что ничто так не выдаёт возраст, как увядающая шея. А ещё руки, но с этим у госпожи Хольм никогда не было проблем, ведь ни разу в своей жизни она не поднимала ничего тяжелее веера на балу, и даже рукоделием никогда не занималась, ибо боялась, что от иголки на хрупких пальчиках, для которых частенько приходилось относить кольца ювелиру на растяжку, появятся уродливые мозоли.

Проделав все необходимые косметические процедуры, Амелия одёрнула ночную сорочку и повертелась у зеркала. Нет, такую роскошную красоту ограничивать – только портить. Напрасно семейный врач прописывал различные диеты и настаивал на их соблюдении, предрекая в противном случае скорую смерть от апоплексического удара. Разве можно было наесться такими крошечными порциями? Естественно, приходилось удваивать, а то и утраивать. Ладно хоть какой результат был от всех этих мучений с диетами, но, увы... Эффекта не было никакого. Порошки, способные притупить голод, оказались совсем невкусными, и иначе как присыпав ими пирожное или смешав с кремом, поглотить не представлялось возможным.

Подождав в постели господина Хольма для исполнения супружеского долга около получаса, Амелия раздражённо натянула на себя одеяло:

– Уже второй месяц уклоняется, жалуясь на головную боль из-за загруженности в магистрате. Никак профурсетку себе завёл, негодяй!

Однако хрупкий богатырский сон жены бургомистра нарушил бой часов в полночь. Подскочив на кровати, она даже не сразу поняла, почему ещё ночь, ведь был отдан чёткий приказ всей прислуге, чтобы на ночь во все механизмы вставляли специальные шпильки, блокирующие звук. Амелия потянулась к прикроватному столику за колокольчиком, но его неожиданно не оказалось рядом. Зато в лунном свете промелькнула какая-то белёсая тень.

– Ещё и портьеры не сдвинули плотно, лентяи! – разозлённая госпожа Хольм начала подниматься, чтобы разбудить старшую служанку и как следует оттаскать ту за волосы, дабы лучше исполняла свои обязанности и следила за другими горничными.

И тут перед кроватью возник призрак беременной девушки, поглаживающей одной рукой округлившийся живот, а вторую томно прислоняющей тыльную сторону ладони ко лбу: – Он меня бросил... Ах он меня бросил... Они избавились от меня-я-я-я... От на-а-а-ас...

Приглядевшись, Амелия увидела, что призрак облачён в форменную одежду служанок, какую носили в её доме! Быстро перебрав в голове, сколько девушек сменилось за последние несколько недель, вспомнить их лиц так и не смогла: правильно, какое дело ей, госпоже, до какой-то там обслуги?! Глаза жены бургомистра налились кровью, и, жаждя справедливой мести, она сорвалась с места. Выскочив в коридор так быстро, насколько позволяла её грузная комплекция, Амелия услышала глубокий бархатистый женский голос, а потом увидела ЕЁ! Расхохотавшись, призрачная красотка подняла канделябр и походкой, максимально демонстрирующей стройную ножку, мелькающую в разрезе юбки «прошлась по коридору». Такой наглости госпожа Хольм стерпеть никак не смогла! Мало того что возле мужа постоянно вьются какие-то молоденькие девицы, так теперь ещё и призрачные объявились! С рёвом раненого вепря Амелия помчалась к кабинету супруга, намереваясь устроить скандал.

Однако с потолка начали падать какие-то лохмотья, в которых женщина с ужасом узнала обрывки тканей. Да-да, из тех самых, что были пошиты её роскошные платья.

– Что-о-о-о?! Ещё и монашка?! – гаркнула госпожа Хольм, набирая обороты.

Необходимо было срочно разобраться со всей чертовщиной, что здесь творилась, но самым большим ударом стал портрет. Да-да, её собственный портрет, на котором толстым слоем угля были нарисованы усы и бородавки! Ещё и Маркиза, её белоснежная пушистая питомица, сбила с ног свою хозяйку, пытаясь спастись от какого-то не то сопящего, не то храпящего чудовища на мощных лапах, гнавшегося за ней.

– Бле-е-ез!!! – заорала имя мужа от бессилия Амелия, пытаясь подняться, но тут её сверху начал накрывать огромный кусок обоев, за верхнюю часть которого, раскачивался самый настоящий призрак...

***

Я посмотрела на исписанные листы, на которых пометки и исправления Далии встречались всё реже и реже. Что же, в чём отличия печатных текстов и рукописных я поняла, руку более-менее набила, дальше можно тренироваться самостоятельно, взяв какую-нибудь книгу.

– Далия, а вы почему отказались отправиться вместе с остальными к бургомистру?

Призрачный скелет-одноручка клацнул челюстью: – Мне хватило общения с ним ещё в те годы, когда оба его сына у меня учились. Магического дара у этих лодырей не было ни капли, зато гонору... Ещё больше, чем у их родителей.

Тут даже спрашивать, каким образом дети бургомистра попали в школу для магически одарённых. Явно по большому блату, а не по «сестле».

– Разве вам что-то мешает сегодня высказать всё, что думаете по этому поводу?

Далия задумчиво провела костяшкой по подбородку: – Вы так думаете, мисс Тори?

– Уверена. Когда ещё выдастся такая возможность?

На Далии снова оказалась простынка, которая ехидно улыбнувшись, «отдала пальцами честь», и призрак покинул библиотеку. За время долгого сидения тело немного затекло, поэтому я решила спуститься на кухню и перекусить. Если Брона по-прежнему там, можно будет поболтать немного. По дороге встретился очень грустный Мартин, щенячьим взглядом пожирающий входную дверь. Учитывая, что до рассвета осталось не так долго ждать, а призраки вовсю развлекаются который час...

– Ладно, иди. Можешь устроить маленький разврат.

Клянусь, у Мартина даже глаза повеселели, практически «фестивальные огни» зажглись.

Выставив перед собой поднятый вверх указательный палец, я по слогам произнесла: – Ключевое слово ма-лень-кий!

Надеюсь, Мартин меня услышал.

***

Господина Хольма не смогли разбудить ни бой часов, раздавшихся в полночь по всему дому, ни грохот, доносящийся на верхних этажах, зато на своё имя он отреагировал моментально. Подскочив на месте, больно ударился коленкой об стол и едва не опрокинул наполовину опорожнённую бутылку.