Наследство старого вора
Шрифт:
Опершись на решетчатый фальшборт, она окинула взглядом горизонт и сказала:
– Наверное, где-нибудь в южных морях красоты побольше, чем здесь?
– Конечно, - Артур подошел к ней, держа в руках рюмки, - там и волны покрупнее, и сам цвет воды другой, небо совсем не такое, потом еще дельфины всякие…
– А здесь глубоко?
– спросила Лина.
– Не скажу точно, но метров сто есть наверняка.
– Да, это тебе не океан… Ну-с, так где там коньяк?
– Вот он, моя госпожа.
Лина взяла рюмку и, посмотрев на Артура, сказала:
– Такого вечера, как этот, у меня еще не было.
– У меня тоже, - ответил Артур.
– За этот вечер, - Лина подняла рюмку.
– И за вас.
– Да. За меня. Но и за вас тоже.
– За нас.
– За нас…
Они выпили, и Лина, поставив рюмку на стол, снова села в плетеное белое кресло.
– Ну вот, напоили бедную женщину… И теперь я буду говорить. Наверное, у вас там в шпионском ведомстве специально обучают подпаивать… э-э-э… объекты. Признайтесь!
– Признаюсь, - Артур сел напротив, - обучают. Но вы же не объект.
– Я субъект, - Лина подперла подбородок кулачками, - слушайте меня, милый Артур, и не перебивайте, иначе я вас убью. Вы знаете, что я на это способна.
– О да!
Артур улыбнулся и приготовился слушать историю об очередной жертве Лины.
Но она заговорила совсем о другом.
Закрыв на мгновение глаза, Лина задержала дыхание, как перед прыжком в воду, потом странно взглянула на Артура и решила сыграть ва-банк.
– Мне трудно говорить об этом… Даже странно как-то. Но еще труднее молчать. И поэтому… Я люблю вас, Артур. Я увидела вас, и сразу же почувствовала это. Но тогда я не могла… Я должна была… А теперь я свободна, и я говорю вам об этом. Я люблю вас, мой милый Артур. Вот так.
Артур смотрел на нее, не отводя взгляда, и, когда Лина замолчала, глубоко вздохнул.
– Только не говорите мне, что…
– Нет, - Артур прервал ее, - я не буду говорить этого. Просто вы успели первая. Если бы вы не сказали мне об этом сейчас, я сказал бы вам то же самое через несколько минут. И вот - говорю.
Он взял Лину за руку и, гладя ее, сказал:
– Я люблю вас, Лина. И тоже с того самого дня… Я был холодным и жестким и уже думал, что останусь таким до конца дней своих и буду становиться все холоднее и… И страшнее. И никто не сможет приблизиться ко мне. Но вы изменили все. Когда я вас вижу, мне хочется бегать и прыгать, а где-то в груди образуются слезы… Я люблю вас.
Он помолчал и добавил:
– Вот так.
Лина улыбнулась и увидела, что Артур стал расплывчатым и мутным.
– Не передразнивайте меня, - сказала она, и в ее горле что-то пискнуло, - видите, я уже плачу…
Артур встал и, обойдя стол, опустился на палубу рядом с Линой. Он положил голову ей на колени и Лина стала гладить его короткие волосы.
– Я сказала вам о своей любви, - прошептала она, - но я не сказала всего. Я живая женщина и вовсе не смотрю на вас, как на книжного героя. Вы для меня очень даже живой мужчина, и… И я хочу, чтобы ваш капитан повернул штурвал и мы вернулись на берег. И мы поедем ко мне и будем вместе. Совсем вместе. Я вас хочу…
Артур обнял колени Лины и сильно сжал их.
– Я тоже, - глухо сказал он, - и мы будем вместе.
Он отпустил Лину и поднялся на ноги. Было видно, что это стоило ему больших внутренних усилий.
Он снова сел напротив Лины и сказал:
– Я тоже хочу этого. Я хочу всего, чего хочет любящий мужчина. И все это обязательно настанет, но…
У Лины упало сердце.
– Но все это так неожиданно… Я ждал этой минуты, я тысячу раз произносил внутри себя эти слова, но теперь я растерялся. Простите меня, Лина, но я должен разобраться в себе.
– Да, я понимаю, - кивнула Лина и, протянув руку, погладила его по голове, - вам мешает память о вашей жене… Но ведь вы сами говорили мне, что нужно жить дальше, нужно любить и радоваться этой любви… Разве не так?
– Конечно, так, - Артур потерся щекой об ее ладонь, - но то, о чем вы сказали… Моя жена… Нет, это не мешает. Конечно, я буду помнить ее всю оставшуюся жизнь. Я не могу вырвать кусок себя и выбросить его. Но у меня другая причина, и она, поверьте мне, более весома. Сейчас я не могу рассказать вам, но потом… Потом - обязательно. Мне нужно разобраться с этим, и когда я это сделаю, тогда…
Он с улыбкой посмотрел на Лину. Она встала и, подойдя к нему, крепко обняла, прижавшись грудью к его лицу.
– Я вас хочу… - тихо сказала она.
– Я вас хочу… - как эхо, ответил Артур.
– Потом…
– Потом…
Они постояли обнявшись, потом Лина сказала:
– Скажите капитану, чтобы поворачивал. Я хочу на берег.
– Слушаюсь, моя госпожа, - Артур наклонил голову, затем встал и удалился в рубку.
Лина посмотрела ему вслед, широко раскрыв глаза, потом изумленно покачала головой. В голове у нее был полный бардак. Неужели это правда? Или опять притворство? А может, он на самом деле любит ее?! Она-то, дурочка, влюблена, влюблена по уши…
Девушка встала и подошла к борту. Сунув руку в карман за платком, она наткнулась на медальон и вытащила его. Она чувствовала себя обманутой, на глаза наворачивались слезы. Ишь, ему надо разобраться в себе! Точнее сказать, надо отобрать у нее медальон, а потом поминай как звали! Нет, не видать тебе сокровищ, Артур, как своих ушей! Нахмурившись, Лина недовольно посмотрела на серебряный овал и сказала:
– Ты все еще здесь, проклятая железка? Не хочу тебя видеть. Убирайся вон. Черт с ними, этими сокровищами.
Размахнувшись, она изо всех сил швырнула медальон в сторону далекого горизонта. Сверкнув в лучах заходящего солнца, медальон описал дугу и, подняв маленький фонтанчик брызг, скрылся в воде.
Тяжело вздохнув, девушка достала платок и утерла слезы, помимо воли катившиеся градом. В это время низкое солнце начало медленно смещаться в сторону.
Из- за надстройки вышел Артур.
– Курс зюйд-ост, - четко доложил он, - скорость шесть узлов. Волнение, - Артур посмотрел за борт, - умеренное такое волнение.