Чтение онлайн

Лайтнинг напряженно спросила:

— Что это? — Ноктис вдруг вспомнил этот ледяной тон презрения. Таким же она встретила тот злополучный букет, ставший взмахом крыльев бабочки, вызывающим бурю. Ноктис стиснул пальцы на кольце сильнее. Он снова перебрал? Проклятье, Фэррон, почему нельзя просто принять это с улыбкой? Ноктис порой чувствовал себя в их отношениях нейрохирургом, так тонко нужно было общаться с Клэр.

— Обручальное кольцо, — Ноктис думал об этом последние три дня и понял, что это единственный способ разом решить все проблемы, разрушить препятствия, которые выстроила Фэррон. Если бы она хоть раз сказала, что просто не желает видеть его в своей жизни вне постели, может быть он в бессильной злости и гордости отстал от неё. Но нет. Фэррон всегда находила только логичные доводы: «Твоя невеста, твой отец, мы конкуренты».

Ноктис прислонился к краю сиденья её мотоцикла, поэтому был даже ниже её и смотрел в глаза. Одной рукой он держал Лайтнинг, другую с кольцом выставил между ними. Лайтнинг коснулась пальцами его лба, будто проверила температуру.

— Кэлум, ты бредишь? Я надеюсь, оно не предназначено мне?

Ноктис с затаённой, почти детской обидой стиснул зубы:

— Почему?

Лайтнинг ответила:

— Не прикидывайся дураком… Твой отец, твоя невеста…

Ноктис прикрыл глаза. Она снова за своё…

— Луна сбежала три дня назад со своим телохранителем, — Ноктис перебил все возражения Фэррон. — Её братец названивал мне, требовал, чтобы я приехал и вернул её домой.

Ноктис до сих пор поражался, почему Рафус решился на это. Видимо, связь его сестры с телохранителем казалась ему ужасней, чем с Кэлумом. К тому же, похоже, Рафус окончательно испортил отношения с Лунафреей, раз считал, что у Ноктиса больше шансов уговорить её вернуться.

В чем-то старший брат Луны был прав. Неделю назад она звонила Ноктису. Уже привычный разговор ни о чем между людьми, пытающимися оставаться друзьями, когда такое большое расстояние и время разделяет их. Только после побега Лунафреи Ноктис понял все значение этого звонка. Появилось странное понимание и сожаление. Если бы Ноктис был с ней чуточку теплее или искреннее, она могла бы рассказать ему. Луна, похоже, страдала от того, что не могла поделиться своими чувствами ни с кем. С другой стороны — может она искала знак, благословляющий её побег.

Лайтнинг, ошеломлённая новостью, напряглась:

— И ты?

«Поехал искать обручальное кольцо», — хмыкнул про себя Кэлум. Он, конечно, подозревал, что со стороны Фэррон будет напряжение, но не эти скептицизм и холод. Игнис уже одобрил его решение. С Ардином Ноктис его не обсуждал пока, знал, что терапевт найдёт сотню доводов не спешить и в итоге подорвёт самоуверенность Кэлума.

Ноктис был благодарен Нокс Флёре за её побег, развязывающий ему руки. Не иначе божественный пинок для него: срочно решить вопрос с Фэррон, пока отец не осознал не обратимость произошедшего и не создал новый план по использованию жизни сына во благо их бизнеса.

— Я послал Рафуса… Я уж точно не имею никакого отношения к личной жизни Лунафреи.

— Ты разговаривал с отцом об этом? — строго и сдержанно спросила Лайтнинг.

Блядь, Фэррон пытается снова строить из себя ледяной сугроб?

Ноктис покосился на кольцо в своих руках:

— Об этом? Нет. Просто уговорить отца будет проще, чем тебя, — оправдался он с насмешкой. Ноктис знал, что это правда.

Лайтнинг приподняла одну бровь:

— С чего вдруг?

— Он же сам хотел, чтобы ты вернулась в банк, — едко улыбнулся Ноктис. Отличная выйдет месть отцу за ту чёртову стажировку в её отделе. Ноктис действительно злопамятен.

— Я не вернусь в ваш чертов банк, — огрызнулась Фэррон.

Ноктис потянулся к её уху и прошептал:

— Куда ты денешься. Это же семейный бизнес… К тому же с моей фамилией ни один конкурент точно тебя не наймёт.

Ноктис самодовольно улыбнулся: «Вот тебе шах и мат на все твои доводы, Клэр. У тебя просто больше не будет смысла скрываться».

Лайтнинг дернулась, от его самоуверенности и наглости уже зубы скрежетали. Ей, похоже, предстоит читать новую лекцию подростку о том, что значат слова «независимость» и «личное пространство», на которые он с разбегу пытается запрыгнуть. Фэррон взяла из его пальцев кольцо, стараясь не смотреть на блеск камня, расстегнула нагрудный карман на куртке Ноктиса, положила туда украшение и надежно закрыла, повторив:

— Кэлум, я не выйду за тебя.

После чего поймала на себе его злой и жгучий взгляд.

— Ли-це-мер-ка, — по слогам тихо проговорил он. — У меня больше нет невесты. Что теперь придумаешь, чтобы и дальше прятать наши отношения от остальных?

Лайтнинг сглотнула горечь упрёка. Когда она столкнулась с этим кризисом в отношениях с Клаудом, все покатилось к чертям. Ноктис же просто не позволит ей так же инертно слить эту битву.

Сглотнув, Кэлум попытался взять себя в руки и немного отступить:

— Съехаться, чтоб я больше не караулил тебя после работы, как сталкер, ты тоже откажешься?

Лайтнинг представила, как этот разговор об её задержках на работе перенесется в его обставленную черным квартиру.

— Чтобы ты меня пилил каждый вечер? — закатила она глаза.

— Облизывал тебя и пел оды твоим ногам…

Картины того, как Кэлум ждёт в её светлой квартире с ужином, казались немного привлекательней.

Лайтнинг хлопнула Ноктиса по плечу, чтобы он не сбивал её с серьезного настроя.

— Я подумаю, — ответила Лайтнинг, наконец отрываясь от него. Ей не хотелось провести остаток вечера на влажной и холодной парковке.

Ноктис, поднявшись, украдкой улыбнулся, погладив нагрудный карман. Она смягчилась — уже маленькая победа. Лайтнинг однажды обязательно капитулирует перед ним. Он слишком упрям и методичен в достижении своих целей, чтобы не дождаться этого момента.