Чтение онлайн

Одним из принципов квалификации преступлений является ее объективность. Сущность этого принципа состоит в обусловленности квалификации фактическими обстоятельствами совершения преступления и их действительным юридическим значением. Из этого следует, что для квалификации преступления в равной мере необходимо установить, с одной стороны, фактическое содержание реально совершенного общественно опасного деяния, а с другой стороны, его признаки, то есть юридически значимые черты, свойства. Затем, как это вытекает из определения квалификации, нужно провести сопоставление и установить тождество между признаками, характеризующими юридическую сущность квалифицируемого преступления, и юридическими признаками, сформулированными в конкретной уголовно-правовой норме и характеризующими преступление определенного вида.

Уголовно-правовая квалификация преступления должна опираться на полную информацию о фактическом содержании совершенного общественно опасного деяния. Из этой информации необходимо выделить все юридически значимые обстоятельства и дать им оценку с точки зрения уголовного закона. При этом факты извлекаются из реальной действительности, а юридические признаки деяния — из уголовно-правовых норм.

Важнейшим требованием, вытекающим из принципа объективности квалификации, является беспристрастность, полнота и всесторонность исследования всех обстоятельств совершенного преступления. Устанавливаться должны не только те факты, которые вписываются в рамки основной (чаще всего обвинительной) версии следствия, но и факты, опровергающие эту версию либо указывающие на тог или иной вариант основной версии. В этой связи следует указать на недопустимость имеющей место практики отказа в удовлетворении ходатайств обвиняемого и его защитника о проверке обстоятельств, свидетельствующих в пользу лица, подвергающегося уголовному преследованию. Например, если обвиняемый в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, не отрицая факта нанесения ранения, заявляет, что его действия были ответной реакцией на агрессивные действия потерпевшего, и ходатайствует о допросе свидетеля, который может подтвердить фактические обстоятельства происшедшего, отказ в удовлетворении такого ходатайства, независимо от мотивировки отказа, способен привести к грубому нарушению принципа объективности квалификации.

Вторым требованием, обеспечивающим объективность квалификации преступления, является правильный выбор уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за преступления данного вида, и объективное уяснение ее смысла. Для этого нужно опираться на официальное и доктринальное толкование этой нормы, на разъяснения высших судебных органов по практике ее применения, на опубликованные обзоры судебной практики по делам данной категории.

Третьим требованием, обеспечивающим объективность квалификации преступления, являются пунктуальность и непредвзятость операции по установлению тождества юридических признаков, определенных законодателем и образующих законодательную модель (образец) преступления данного вида, и юридических признаков, присущих конкретному проявлению общественно опасного деяния и выявленных посредством логического анализа и оценки фактических данных, характеризующих реальное деяние. Этому требованию противоречит еще имеющая место практика применения уголовно-правовых норм, что называется, «с запасом», когда деяние квалифицируется как заведомо более тяжкое, то есть по статье УК, предусматривающей ответственность за более тяжкое преступление, чем фактически совершенное, чтобы на последующих стадиях уголовного процесса квалификация могла быть изменена без возвращения дела прокурору для устранения допущенных нарушений уголовно-процессуальных норм. Например, Верховный суд Удмуртской Республики квалифицировал по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК действия С., которого, как установлено судом, потерпевший Б. сначала избил, а через некоторое время нецензурно оскорбил и толкнул в грудь. После этого С. подобран выпавший из кармана Б. и раскрывшийся нож и нанес им один удар в грудь потерпевшему, от которого наступила смерть. Рассмотрев в кассационном порядке данное уголовное дело, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отметила следующее: «Квалифицируя действия С. по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд не учел, что ответственность по этой статье УК РФ наступает за убийство, совершенное из явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение. В том случае, когда поводом к конфликту послужило противоправное поведение потерпевшего, виновный не может нести ответственность за его убийство как совершенное из хулиганских побуждений… При таких обстоятельствах действия С. должны быть переквалифицированы с п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ» [39] .

Именно обусловленность квалификации фактически содержанием преступления, а также способом его описания в уголовном законе и составляет основное содержание принципа объективности квалификации.

К числу принципов квалификации преступлений с полным основанием можно отнести ее истинность, которую в определенном смысле можно рассматривать как развитие и результат принципа объективности. «Для обеспечения истинности квалификации необходимо, во-первых, чтобы применяемая норма глубоко соответствовала реальной действительности, отражала требования жизни; во-вторых, чтобы были полно и объективно установлены фактические обстоятельства дела и, в-третьих, чтобы не было допущено ошибок в самом процессе квалификации» [40] .

Истинность уголовно-правовой квалификации является одновременно и абсолютной, и относительной.

Квалификация преступления (при полном соблюдении ее принципов и правил) является абсолютно истинной в смысле точнейшего соответствия признаков состава, описанных в уголовно-правовой норме, признакам состава квалифицируемого преступления. В то же время истина, достигаемая в процессе квалификации, является относительной в том смысле, что квалификация не отражает значительного числа фактических обстоятельств, лежащих за пределами состава преступления, хотя и имеющих определенное юридическое значение (состояние здоровья виновного, наличие у него иждивенцев и т. п.).

Относительная истинность квалификации заключается и в диалектическом характере соответствия фактическим обстоятельствам дела. На различных стадиях уголовного процесса квалификация может быть различной, и все же она будет истинной, если станет точно соответствовать представлению о совершенном преступлении, которое вытекает из накопленных к этому времени фактических данных.

«Чем дальше продвигается расследование, чем больше фактических обстоятельств попадает в поле зрения следователя, тем легче ему установить соответствие между этими обстоятельствами и конкретной нормой закона, дать юридически верную квалификацию» [41] . Возможность изменения квалификации преступления на разных стадиях уголовного процесса и даже в пределах одной и той же стадии нисколько не противоречит принципу истинности квалификации, поскольку этот процесс по своей сущности динамичен. Как верно заметил Ф. Г. Бурчак, «изменение квалификации преступления в ходе предварительного расследования — явление вполне закономерное, обусловленное тем, что в распоряжении лица, ведущего расследование, появляется большое число фактов, подтверждающих одну из нескольких версий, имеющихся в его распоряжении» [42] . Подобное изменение квалификации возможно в стадиях предварительного слушания, судебного разбирательства, в апелляционной, кассационной или надзорной инстанциях. И при этом принцип истинности квалификации не будет нарушен, если новая квалификация будет строго соответствовать достигнутому к этому моменту представлению о фактическом содержании и юридически значимых признаках совершенного преступления. «Если отношение между деянием и нормой познано правильно, мы можем заключить, что при квалификации установлена объективная истина, если же нет, то вывод о квалификации будет ложным» [43] .

Неверное установление тождества юридически значимых признаков квалифицируемого деяния и признаков состава преступления, предусмотренных уголовно-правовой нормой, означает, так сказать, техническое нарушение принципа истинности квалификации. Еще более грубым нарушением принципа истинности является вывод правоприменителя о юридической сущности квалифицируемого деяния, основанный на недостаточном для квалификации объеме информации, то есть сделанный без установления юридически значимых обстоятельств совершения преступления. Такой вывод означает сущностное нарушение принципа истинности квалификации.

Приморским краевым судом В., преданный суду по обвинению в убийстве из корыстных побуждений, был признан виновным в убийстве без отягчающих обстоятельств, поскольку суд признал мотив преступления не установленным [44] . Аналогичная ошибка была допущена Нижегородским областным судом, который констатировал в приговоре, что мотивы покушения Р. на убийство С. судом не установлены, поэтому его действия следует квалифицировать как покушение на убийство без отягчающих обстоятельств [45] .

В обоих приведенных случаях вывод о квалификации преступлений был сделан без достаточной для этого информации: не установив действительного мотива преступлений, хотя он мог иметь квалифицирующее значение, суд сделал вывод об отсутствии квалифицирующих мотивов, а поэтому квалифицировал преступление как совершенное без отягчающих обстоятельств. Тем самым был грубо нарушен принцип истинности квалификации преступлений.

Армавирский городской суд, признав в описательно-мотивировочной части приговора, что С. совершил изнасилование несовершеннолетней, квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 131 УК, безмотивно исключив квалифицирующий признак — изнасилование заведомо несовершеннолетней [46] . В этом случае также имеет место сущностное нарушение принципа истинности квалификации.

Третьим принципом квалификации преступлений можно считать ее точность. Требование точности квалификации подчеркивалось практически всеми учеными, занимавшимися этой проблемой [47] , хотя данное требование, к сожалению, не возводилось в ранг принципа. Точная квалификация преступлений предполагает скрупулезное установление именно той уголовно-правовой нормы (или тех норм), в которой совершенное общественно опасное деяние описано с наибольшей полнотой и конкретностью. «Точная квалификация преступлений предполагает ссылку на статью Особенной части УК…, а если статья состоит из нескольких частей, пунктов, то необходимо указать соответствующий пункт и часть этой статьи. Отсутствие в процессуальном документе такого рода ссылки влечет признание квалификации неправильной» [48] . Помимо точной ссылки на статью Особенной части УК в случае необходимости указывается «статья (часть, пункт статьи) Общей части Уголовного кодекса, устанавливающая наказуемость приготовления, покушения или соучастия в совершении определенного преступления либо иным образом дополняющая или конкретизирующая норму Особенной части УК (при этом на статью Общей части следует ссылаться лишь в сочетании со статьей Особенной части)» [49] .

Это требование, ныне закрепленное во многих нормах УПК, представляется совершенно очевидным, однако нередко нарушается в следственной и судебной практике. Так, Козульским районным судом Красноярского края К. А. и К. Е. были осуждены за кражу чужого имущества, но в резолютивной части приговора не были указаны пункты ч. 2 ст. 158 УК, в связи с чем приговор был отменен из-за неправильной квалификации (нарушен принцип точности) [50] .

Точность квалификации предполагает правильное определение стадии, на которой была прервана преступная деятельность. Это требование было нарушено органами предварительного расследования, не указавшими при квалификации деяния соответствующих частей ст. 30 УК, в связи с чем дело было направлено судом для производства дополнительного расследования [51] .