Чтение онлайн

«Лучший способ остановить демона — это…»

И именно в этот момент из ниоткуда возникла высокая девушка, задев мой локоть. Моё арахисовое масло полетело на тротуар. Я попыталась поймать его и уронила телефон. Пластмассовая банка с арахисовым маслом треснула, ударившись о бордюр. Телефон упал на тротуар и заскользил по цементу.

Экран потемнел.

— Да что за чёрт! — зарычала я на него.

Девушка обернулась, прижимая к себе бумажный пакет.

— Смотри куда идёшь.

— Я? Это ты виновата! Ой. Спаркл[4].

Спаркл недавно перешла в старшую школу, но уже была одной из тех, кто наступает на пятки даже выпускницам. Наполовину японка, наполовину белая, почти такая же высокая, как и я. Эта девушка была хорошенькой ещё до пластической операции на носу. Она была одета в длинную блестящую юбку и расшитую бисером кофточку из джерси. Как обычно, она выглядела чересчур шикарно для школы. Вряд ли любой другой девушке удалось бы отлично выглядеть в подобном наряде, хотя некоторые её бестолковые подражательницы пытались. Результат, как и можно было предположить, выходил весьма забавный.

— Камелия, — обронила она с неприязнью в голосе. — Я смотрю, за это лето руки так и не дошли до носа.

— По крайней мере, это мой собственный нос, — ответила я.

Спаркл возмутилась, в её голосе явно слышались параноидальные нотки.

— Я никогда… Что ты слышала? — Она пробежалась пальцами по своему недавно выпрямленному носу. — Об этом болтают? Это всё неправда. Это просто... случилось.

— Ой, я тебя умоляю, — ответила я. — По крайней мере, придумай объяснение получше.

Я подняла разбитую банку с арахисовым маслом и мобильный телефон. Дисплей был поцарапан. Нажала на кнопку в надежде, что он включится сам и не придётся прибегать к помощи драконьего молока.

Спаркл поджала губы и вцепилась в коралловую камею, которая всегда была при ней.

— А ты всё мечтаешь стать волшебницей, когда вырастешь?

Хочу заметить, что нет ничего хуже, чем иметь в бывших подружках самую популярную девушку в школе. Девушку, которая настолько популярна, что если она захочет носить блёстки и сменит своё имя на Спаркл, то остальные девчонки будут закатывать от зависти глаза и думать, что это круто. Мы были лучшими друзьями, когда мне было пять, а ей шесть лет. У меня не было подруги лучше неё. Я просто помню то время, когда думала, что она самая удивительная девочка в мире, и мы проводили вместе каждую секунду.

Рассказывали друг другу все наши секреты.

Проникли однажды в подвал, чтобы увидеть, как ведьма творит своё тайное отвратительное колдовство…

От воспоминаний я содрогнулась. Моя глупая наивность в прошлом привела к тому, что эта тощая черноволосая блестящая девчонка знает слишком много.

Спаркл заметила, как я сжалась от её слов. Открыв рот, она хотела что-то сказать, но не успела.

— Думаю, у меня муравей в арахисовом масле, — заметила я.

Что бы Спаркл ни собиралась мне сказать, она промолчала. Посмотрела на меня с высоты своего исправленного носа и вновь насмешливо улыбнулась.

— Не позволяй мне отвлекать тебя от покупок, Денежка.

Моё старое прозвище на её губах ранило меня до глубины души.

— Не буду, мисс Кривонос.

Детская кличка с восторгом сорвалась у меня с языка.

Глядя, как она гордо продолжила свой путь, я поинтересовалась про себя, что же она здесь делала. Бумажный пакет у неё в руках, кажется, был с логотипом магазина «Продукты у Селесты». Я оценила несколько диких идей, но затем потрясла головой. Единственная причина, почему я так подозрительна по отношению к поступкам других людей, заключается в том, что мне самой постоянно приходится что-то скрывать.

Нормальным людям не нужно учить, какими свойствами обладает ревень, где найти ягоды можжевельника и масло из виноградной косточки.

Нормальные люди покупают нормальную еду в продуктовом магазине.

Я быстро зашла в «Продукты у Селесты», захватив по пути три розовато-белые розы из цинковой лейки, которая стояла у входа. Пока я оборачивала концы коричневой упаковочной бумагой, вода накапала с цветов на мою обувь. Первый ингредиент — есть.

Затем отдел свежих фруктов и овощей, где Альфонсо, сын хозяйки, выкладывал пирамиды из тыкв. Альфонсо учился в колледже, но был не из тех студентов, которые наводят на размышления о том, стоит ли притвориться, что знаешь, как выполнить стойку на бочонке[5], если внезапно тебя попросят продемонстрировать своё умение. (То есть он прикольный и всё такое, но никогда не посмотрит на тебя с интересом. И я никогда не слышала, чтобы он за кем-то ухаживал). Он носит чёрные дреды до самой талии, сандалии из кожзаменителя и изучает экологическую инженерию, потому что, по мнению Селесты, у этой сферы есть отличные возможности для карьерного роста. На самом же деле он хочет стать одним из тех, кто проникает в лаборатории и выпускает на свободу кроликов и обезьянок.

— Эй, Кэм! — улыбнулся он. — За чем охотишься на этот раз?

— Сегодня кое-что необычное, — ответила я. — Одно свиное ухо.

В тот момент, когда эти слова вылетели из моего рта, я вспомнила с кем говорю, и у меня внутри всё оборвалось. Свиное ухо! Альфонсо никогда меня не простит.

Но он кивнул и сказал:

— Хороший выбор. Мы только что получили партию.

— Эй, мам, — заорал он через плечо вглубь магазина. — Можешь принести Кэм свиное ухо?

Он повернулся ко мне и моему широко разинутому рту и продолжил:

— Самый сезон для них. Что-нибудь ещё?

— Эм, да. Ревень? — спросила я.

Мне стало интересно, какое время года может стать неподходящим для свиных ушей. Я обернулась, пытаясь отыскать ревень на его прежнем месте. Но… его не было.

— Блин, а вот для ревеня сейчас не сезон?

— Стараемся продавать то, что выращено в округе, насколько это возможно, — пояснил Альфонсо. — Овощи не по сезону, которые летают по всему миру, не очень-то хороши для...

— Знаю, знаю, — ответила я. Альфонсо принимал всё так близко к сердцу. — Я же не осуждаю. Тёте нужно немного.

Он потащил меня вдоль заполненного покупателями прохода, и я почти снесла пирамиду из пятнистых яблок, задев её бедром.

— У нас есть очень хороший местный горох. Если она собирается испечь пирог…

— Это не пирог. Ей правда нужно немного ревеня. Извини.

— Нужно было заглянуть к нам в сентябре. Тогда он ещё был, — заметил Альфонсо.

— Я покупала немного в сентябре, — сказала я, задумчиво постучав пальцами по желудевой тыкве. — А есть ревень ещё в каком-нибудь виде?

— Замороженный, — ответил он.

— Да?

— Но у нас его больше нет. Наш прежний поставщик попался на том, что имел дело с людьми, которые имели дело с людьми, которые не пользовались компостом.

— Ты сказал, твоя мама здесь? — спросила я.

— Ой, только что вспомнил, у нас есть консервированный ревень.

— Спасибо.

Я взяла у Альфонсо банку и пошла за ним к кассе. У меня оставалось семь минут, а на обратную дорогу нужно всего шесть.

— Как твоя эко-работа? — прошептала я.