Чтение онлайн

– Не думаю, что каждому придет в голову целоваться у церкви, на глазах преподобного и половины жителей города, - заметил парень, стоя в дверном проеме с решительным выражением лица, которое еще больше разозлила девушку.

– А ты попробуй, вдруг понравиться! Ой, подожди! Я и забыла, что ты отсюда и не выходишь! Так что не суди меня, а лучше иди и делай крест для Стивенсона и половины города, которые тебя подкармливают, тем самым как раз и жалея!

Джеймс нахмурился и, даже, разозлился, что не скрывали ни его очки на слепых глазах, ни высоко поднятый подбородок.

– Это просто соседская вежливость.

– Значит, у меня отвратительные соседи, раз не приносят мне вкусноти. Стоит задуматься о переезде, - сказала Дженни и покосилась на кухонный стол, где стояли несколько полных контейнеров с едой и двумя стеклянными бутылками сока.
– Это просто жалость к бедному и всеми брошенному слепому парню, а не вежливость. Я, хотя бы признаю, что отбываю наказания тут, а не прихожу в гости под глупым предлогам и говорю, что-то наподобие: «У меня были гости, и я сготовила слишком много еды, не пропадать же ей, правильно?». Или что-то очень похожее и такое же глупое, чтобы впихнуть одинокому парню пищу, потому что боюсь, что он умрет от голода!

Он глубоко вздохнул и опустил голову, видимо, думая, что сказать или понимая правду, пусть и сказанную шумной девчонкой.

– Если на этом все, то можешь идти и оберегать свои уши от моего голоса и от истины, которую он вещает.

Дженни отошла от холодильника и, собираясь посмотреть, что же принесла сердобольная старушка, повернула голову, чтобы посмотреть на хозяина дома, но того уже не было на месте.

– Правда никому не нравится, - сказала она, расставляя руки по краям стола.

Внутри было довольно неприятно и одиноко. Число людей, которые считали ее плохой, рос с такой скоростью, что кризис конца нулевых с его обесцениванием зелененьких купюр едва ли мог за этим поспеть. Было желание позвонить Мэнди и встретиться с ней на пляже, чтобы отвлечься, говоря обо всем на свете, но она тут отбросила эту идею, вспоминая о предательстве подруге. Так же, была шальная идея набрать Рейчел и поговорить с ней, надеясь, что та прогонит все плохие мысли у нее в голове, но испугавшись, что может ее отвлечь или просто помешать, отвергла и это предложение.

Стоя на кухни и смотря на дурацкие контейнеры с какой-то вкусной, но чужой едой, Дженни закрыла глаза. Единственное, что ее сейчас радовало это осознание того, что последнее слово в этот раз осталось за ней.

Глава 18.

Жара в Сан-Рафи все сильнее господствовала, и уходить не собиралась, перевалив уже за тридцать градусов и поднимая его значения выше с каждым днем. Можно было сказать, что городок стал неким филиалом ада на земле, но за такие слова Дженни легко можно было назвать еретичкой и сжечь на костре, чтобы другим было неповадном.

От мыслей об огне и ритуальных танцев старушек, не желающих оставлять ее дух здесь, становилась еще невыносимее. Вся одежда прилипла к девчачьей фигуре, создавая ощущения, что та хочет ее задушить и весьма успешно, стоить отметить.

Просидев в школе и желая с головой окунуться в теплую воду, позагорать на пляже и просто поплавать, девушка направилась в старую часть города, печально смотря вслед тем, кто отправлялся на побережье, смеясь и громко слушая музыку. Дженни же, спасаясь кондиционером в машине, вышла на улицу и сразу чуть не растаяла, как мороженое. Доползая до двери, она хотела выжить всю свою одежду, но такую сексуальную революцию здесь явно не приняли бы, поэтому пришлось терпеть. Страдать, но терпеть.

– Кто?
– спросил все тот же голос за дверью.

– Впусти, а то я растаю, - проняла девушка, чувствуя, что уже близка к этому состоянию.

Преграда, не дающая попасть в дом, открылась и Дженни рванула в прохладное помещение, глубоко вдыхая более-менее свежий воздух.

– Отлично… - прошептала она, чувствуя, что процесс таяния остановлен.
– Спасибо.

Джеймс ничего не ответил и, закрыв дверь, ушел в мастерскую.

– У! Какие мы обидчивые!

Убираясь на втором этаже, девушка снова почувствовала жару, скорей всего из-за открытого окна, оставленного, видимо, хозяином дома. Умывшись и почувствовав минимальную прохладу, которая испарилась быстрее, чем ее карманные деньги, Дженни осенило: ведь парень слепой и, если снять топ, оставаясь в одном лифчике и шортах, он ведь этого даже не узнает. Довольно улыбнувшись и отметив про себя, что она, как минимум гений, верхняя одежда была удалена с тела, давая больше воздуха и прохлады, чем можно было рассчитывать. Девушка повязала ненужную элемент своего наряда на бедра и продолжила уборку.

Спустя полчаса Дженни уже спускалась вниз, собираясь приготовить обед и внимательно смотря себе под ноги, поскольку лестница, даже для видящих, была довольно крутой, не говоря уже о хозяине дома, когда услышала свое имя. Резко подняв голову, она увидела удивленное и растерянное лицо преподобного Стивенсона и не сразу сообразила, что случилось, но догадка ударило в нее, как молния в одни часы из известной трилогии, заставив поднять руки и скрыть свой позор ладонями.

– Дженни, это…

– Новая униформа!
– перебила его девушка.
– Я же не виновата, что тут так жарко. И да, скажите спасибо, что я ножу нижнее белье. Ему все равно как я выгляжу, а мне хоть немного попрохладнее.

– Что случилось?
– поинтересовался Джеймс, явно не понимая, что случилось.

– Ничего страшного, - заверил его Стивенсон, отвернувшись и положив ладонь на плечо парня, который был его немного выше.
– Надеюсь, что это не повториться.

– Как знать, преподобный, как знать. У меня есть много идей для современной Золушки. У Дисней было все очень демократично и устарело. Современные же версии ходят в мини или вообще, голые.

Дженни спустила с лестницы и, отвернувшись, снова надела топ.

– Так лучше?
– спросила она, поворачиваясь к ним лицом.

– Намного, - смущенно ответил мужчина и, прочистив горло, добавил: - Я пойду в мастерскую. Жду тебя там.