Чтение онлайн

– Какого черта происходит?
– с ходу набросился на меня Рейнел.
– Министры, как один, твердят, что ты написал признание, размахивают какой-то бумагой. Совсем сбрендили...
– Гердер оборвался, заметив выражение моего лица, побледнел.
– Только не говори, что ты на самом деле это сделал!

Я пожал плечами.

– Сделал. Извини.

У Рейнела глаза на лоб полезли.

– Что значит "извини"?!
– взвился он.
– Эридан, ты в своем уме?!

– Меня зовут Андрей, - спокойно напомнил я.
– Хватит ломать комедию.

Гердер оглянулся, опасаясь, что меня кто-то услышит.

– Пусть слушают, - успокоил я.
– Умереть я хотя бы могу под своим настоящим именем.

– Да какой - умирать!..
– воскликнул Гердер, потом снова себя прервал, пытаясь взять себя в руки.
– Чем они тебя взяли?
– серьезно спросил он.

– Ты же сам видел, Холдер представил доказательства на площади, - попробовал я выкрутиться.

Рей скривился.

– Это-то представление? Мел сразу сказал, что это все чушь, стоит тебе только запросить повторную проверку, он покажет нужное отображение аур, и ему, в отличие от неизвестного выскочки, поверят. Так что не держи меня за идиота, и сам им не притворяйся, - взявшись обеими руками за прутья, Гердер практически прижался к решетке.
– Говори, чем они тебя шантажировали? Кому из нас они угрожали?

Как все-таки хорошо он меня знал, сразу понял, что угрожать мне могли только кем-то из близких.

– Рей, - я покачал головой, - это не важно. Я принял решение. Так нужно, так правильно. В признании написал, что действовал один, никто ничего не знал, так что вас тронуть не должны.

– Кому из нас они угрожали?
– он вдруг просунул руки между прутьев и схватил меня за грудки.
– Кому? Говори.

Я скосил глаза на его кулаки под своим горлом и ровным голосом попросил:

– Отпусти.

Рейнел уставился мне прямо в глаза, будто пытался найти в них ответ, потом резко выдохнул, отпустил меня, отступил на шаг назад и только потом громко выругался.

– Ты кретин, - простонал он.

– Взаимно, - огрызнулся я.
– Ты думаешь, ты у нас один жертва бродячая? Это мое решение, и я имею на него право.

– А ты о Карадене подумал?
– снова взвился Гердер.
– Ты что не понимаешь, как ты важен для королевства?

На это у меня уже был ответ.

– Рей, я один человек, всего лишь один человек. Вот если бы я погиб в Союзе Правобережья, это было бы проблемой, потому что могло повлечь за собой войну. Теперь ничего страшного не случится. Министров интересует только Столичный Округ, а провинции сейчас сильны как никогда, во главе каждой из них стоят умные талантливые люди.

– Ладно, допустим, - не сдавался Гердер.
– А Эйнира? Ты о ней подумал?

– Ты о ней позаботишься, - уверенно ответил я.

– Она ТЕБЯ любит, идиот ты этакий!

Любит, и я ее люблю. Но и она, и все мои друзья останутся живы. Да, Эйнире будет больно, но она это переживет. Это самое главное. Если бы я не сдался сейчас, начав с Рейнела, они бы дошли и до нее, и до мага с монахом - до всех, кого я люблю, - пока не добились бы своего. Поэтому лучше обрубить все разом, и хотя бы обезопасить дорогих мне людей. История Георга и его сына все же многому меня научила. Я понял, что королевство королевством, но семья дороже всего.

– Рей, все уже сделано, - сказал я, - у Сакернавена документ, написанный моей рукой и с моей подписью. Нечего тут больше обсуждать.

Гердер спсиху ударил ладонью о решетку и зашипел от боли.

– Прекрати, - попросил я.

– Я тебя вытащу, - уверенно пообещал Рей, разминая ушибленную кисть.
– Я не я буду, но я тебя вытащу.

Я напрягся.

– Глупостей не смей делать.

– А это мы еще посмотрим, - мстительно пообещал он, отступая от решетки.
– Не скучай! Эйни пойдет к тебе, попрошу захватить тебе книжек, чтобы не скучал! Пока!

– Стой!
– я схватился за решетку обеими руками, прижался к ней лицом, но как ни косил глаза, уже не мог увидеть быстро удалявшегося друга. Только его шаги гулко разносились по пустому коридору.
– Вот дерьмо!
– в сердцах выругался я, и сам со всей дури стукнул по прутьям.

***

После разговора с Реем я бесился, кружил тигром по камере, но больше никто не приходил, охрана не появлялась. Мне оставалось только надеяться, что Гердер одумается, и не станет делать глупостей. Может, министрам и наплевать на него, но если он нарвется сам, жалеть его они не будут, просто уберут, как надоедливую помеху.

Ну почему он такой упрямый?

"А ты сам?" - спросил докучливый внутренний голос, но я его проигнорировал. Сейчас речь не обо мне.

***

На следующий день пришли Мел и Леонер. Как всегда вместе.

Я ждал Эйниру, но она не появлялась. Не пускали? Не хотела меня видеть?

Маг и монах остановились напротив моей камеры, и оба замерли со скорбными лицами. Нет, они меня, что, доконать решили?

– Вообще-то я еще живой, - раздраженно напомнил я.

Мельвидор вздохнул так тяжело, будто я действительно уж умер, если вообще уже не погребен.

– Мальчик мой, мне так жаль. Так жаль...

Я с ужасом увидел слезы в глазах старого волшебника. Вот этого нам точно не надо.

Я спрыгнул с койки, на которой сидел и подскочил к решетке.

– Мел, прекрати сейчас же, - потребовал я.

– Это мы во всем виноваты, - не менее скорбно сказал Леонер, теребя крест на груди.
– Господь не простит нас...

– Эй!
– возмутился я.
– Не ты ли говорил, что Господь все прощает?

Монах только вздохнул, но промолчал.

– Ладно, - отмахнулся я. Хотят страдать по мне и оплакивать меня еще при жизни, пускай, если им хочется, сейчас меня интересовало и тревожило не это.
– Где Рей? Он ничего не затеял?

Мельвидор покачал головой.

– Мечется. Пытается что-то придумать, но после твоего собственноручно написанного признания мы ничего не можем сделать.

– Вот и хорошо, - пробормотал я.
– Мел, - он вскинул на меня глаза, - я прошу вас обоих, пожалуйста, проследите за ним. Рей может натворить глупостей. Не позволяйте ему, министры больше шутить не будут.

– Постараемся, - ответил за обоих Леонер и в свою очередь задал вопрос: - Это правда, что министры угрожали ему, и поэтому ты написал признание?