Чтение онлайн

Нужна новая армия, вооружённая по последнему слову техники, и выученная по самой свежей военной мысли.

В принципе, это было реально, так как деньги есть, понимание, куда надо двигаться, тоже. Осталось только довести эту мысль до ответственных людей…

//Русское государство, Подмосковье, лагерь русского войска, 12 июля 1523 года//

Они здесь уже третий месяц.

Летом в России хорошо, как на взгляд Освальда. Высокие деревья в лесу, душистых трав и белого хлеба поля, деревеньки маленькие, города, полные своей, особенной и самобытной атмосферы.

Макиавелли остался в Москве, дорабатывать свои реформы, над которыми он корпит с первых дней после их прибытия.

Освальд же, сломавший немало копий в спорах с воеводами и иными служилыми людьми, демонстрировал сегодня военные достижения лично государю.

Людей ему выдали. Если бы не Голица, ничего бы не вышло, но воевода, после серии ожесточённых диспутов, понял всю глубину концепции.

Поэтому Освальду было предоставлено три тысячи ополченцев из поместного войска.

Воевать они уже умели, так как совсем недавно участвовали в войне против литовцев. Другое дело, что экипировки отчаянно не хватало, но проблема сейчас, последовательно, решалась.

Он разделил будущую терцию на десять рот — четыре роты аркебузиров, три роты тяжёлых пикинёров и три роты лёгких пикинёров.

Пик не хватало, но их делали. Все московские мастера-оружейники выполняли массовый заказ на двадцать тысяч пик длиной не менее пяти метров. Пики и сами по себе нужны, поэтому государь не стал препятствовать, хоть и сомневался в эффективности инновационного строя. Потому что все воеводы, исключая Голицу, были уверены, что заморская тактика не работает, а деды воевали по-другому и лучше уже не придумать.

Аркебуз не было вообще, но имелись ручные пищали. Эти тяжёлые и долго заряжаемые девайсы никуда не годились, но вопрос с огнестрелом, в целом, был очень проблемным. Русские очень хорошо делали пушки, но когда нужно было сделать аркебузу, натыкались на непреодолимые трудности. В течение двух-трёх месяцев из Священной Римской империи должны прибыть немецкие мастера, которых Василий III соблазнил очень щедрыми гонорарами. Они должны наладить производство аркебуз и, в целом, улучшить положение с огнестрелом. А так, вдобавок к этому, в Ливонию ехало полторы тысячи аркебуз, заказанных у людей Карла V. Огнестрел в Европе продавали неохотно, так как идёт война и вообще, непонятно, зачем московитам огнестрел…

С бронёй тоже были проблемы.

Освальд знал, что терция была упакована в латы и полулаты, чтобы эффективно противодействовать вражескому обстрелу. С латами на Руси всё совсем плохо, так как не умеют местные кузнецы ковать кирасы, но предполагался закуп в той же Священной Римской империи.

Одновременно с заказом броней для русских, Освальд выставил заказ и для Метцтитланского Союза, чтобы не возвращаться домой с пустыми руками.

На время выполнения массового заказа, Освальд был вынужден применять чешуйчатые брони, которые только удалось скупить за золото и серебро или обменять на резину и какао.

Сейчас прототерция оснащена пиками на 74 % от требуемого, ручными пищалями на 50 %, 60 % личного состава укомплектовано чешуйчатыми бронями и стальными шлемами разного качества, но зато 100 % личного состава удалось вооружить мечами и малыми щитами.

И вот, сейчас, Освальд ходил по полю и рассматривал свежеобразованную прототерцию.

Нужно ещё пару-тройку лет муштры, чтобы привести это войско к нужному уровню дисциплины и стойкости, но даже сейчас эти ребята выглядят солиднее, чем поместное войско.

Каре пикинёров, по четырём сторонам стоят роты аркебузиров, задачей которых является обстрел наступающего неприятеля и оперативный отход внутрь каре.

— Вперёд, шагом, марш! — приказал Освальд.

Формация слегка смешалась и тронулась вперёд.

— Стой! — приказал Освальд, когда формацией было пройдено, примерно, сто метров.

В целом, выглядит жизнеспособно. Муштра нужна, причём очень интенсивная, но главное — задел сделан. Осталось только додрессировать солдат и испытать их в бою.

В деле муштры очень сильно помог Альваро, который был профессиональным солдатом и прекрасно знал методы приведения новобранцев к повиновению.

И, судя по всему, придётся задержаться тут подольше…

— Нале-во! — приказал Освальд.

Обучить их выполнению приказов было непросто, но, опять же, помог Альваро. Дело может происходить в другом конце планеты, но проблемы те же. Неподготовленные люди, независимо от страны или земли, в одинаковой степени склонны путать «право» и «лево», а также не понимать, что такое «кругом». Но они справились.

Прототерция развернулась налево.

— Вперёд, шагом, марш! — приказал Освальд.

Полк начал приближаться к наблюдательной позиции Василия III.

— Стой! — приказал громко Освальд. — К бою! Кавалерия!

Пищальщики установили оружие на распорки, а пикинёры упёрли пики в землю под углом 45°. Почти одновременно, очень быстро и без путаницы — это было очень хорошо.

— Отставить! — крикнул Освальд.

Прототерция вернулась в походное положение.

— К бою! — выкрикнул Ос. — Пехота!

На этот раз ожидавшие команды пищальщики установили орудия гораздо быстрее, а пикинёры выставили пики параллельно земле, чтобы было удобнее колоть.

Наглядная демонстрация. Поместное войско так не может.

— Вольно! — приказал Ос.

Далее он подошёл к группе воевод, собравшихся вокруг самодержца.

— Грозно выглядит, — оценил государь, сидящий на полевом троне.

— Поверьте мне, в бою они ещё грознее, — заверил его Освальд. — Гишпанцы уже используют эту тактику и одерживают верх в большей части битв против латной кавалерии. Кочевникам можно и не надеяться, что смогут что-то противопоставить такой силе.

— Что думаете? — посмотрел государь на своих воевод.

— Вои с пищалями будут обстреливать конников? — спросил один из них, Василий Васильевич Шуйский, по прозвищу Немой.

— Да, — ответил Освальд.

Он всю эту информацию уже неоднократно доводил до каждого воеводы, но внял только Голица.

— А потом уйдут за спины воев с пиками? — продолжил опрос Немой.

Немым его прозвали за то, что он был крайне неразговорчивым. Говорил он только по очень веским причинам, поэтому Освальд сейчас услышал от него больше слов, чем за всё прошедшее время.