Чтение онлайн

— Просто Тая, а…спасибо. Я читала и думала, что так возвышенно может писать только любимая женщина, — нервозно лопочет, щёлкая суставами на пальцах.

— Тая сколько можно отвлекаться на дичь.

Мы обе переводим глаза на Артёма. Он тушуется, воткнувшись в меня взглядом, полным уничижительной неприязни. Я — нет.

— Тем, я вот, помнишь говорила что хочу… — совсем как-то гнусно он поддевает её под локоть и ведёт к выходу, не дав договорить.

Чиркаю свою закорючку с номером телефона. Пишу скоренько: звони если понадобится поддержка. Вскакиваю и несусь за ними, чтобы вручить книгу уже в дверях.

Тая благодарно кивает пришибленная недовольным взглядом муженька-деспота.

Меня отвело, а могла бы на её месте оказаться.

Смотрю сквозь запотевшее стекло, как они идут к машине. Артём продолжает клевать спутницу. Она сутулит плечи и плетётся совсем как-то уныло.

— М-да-а-а. Смотрю на таких и думаю, как нам с тобой повезло, Ирискина, родиться сильными и независимыми, — пристроившись за моей спиной, Милена бьёт не бровь, а в глаз.

Сама я только что на вождение сдала, всё остальное…

— Мы закончили? — снимаю с вешалки шубку из шиншиллы.

Я против натурального меха, но эту шубу мне муж купил.

— Закончили. Иди, моя страдалица, разрулю этот бардак со сборами сама, — подшучивает Свободина, уже и не возникая против нелюбви к публичности, — Откуда у нас такая вещичка?

— Подарок от щедрого поклонника, — обхожу витиевато, за какие заслуги мне преподнесли меховую дорогушу.

Машину и украшения мне тоже …муж купил. А ещё дал денег на издание книг и прочие премудрости.

— Да, ты, Ирискина, у нас инстасамка. За деньги, да?

— Вроде того, — рассмеявшись, обмениваемся такими церемониями, как поцелуи в щеку, но у нас с Миленой после стольких лет дружбы, это искренне.

Выскочив без шапки на улицу, получая колючий шлепок по щекам порыва ветра со снегом. Мой рыженький ниссан, как продрогшая сиротка выделяется среди всех. Компактный электромобиль. Такой, как я хотела, чтобы не загрязнять атмосферу и прошмыгнуть под колёсами фур, а не обгонять их.

Честно сознаюсь — я та самая курица на светофоре, какой нервные мужики показывают средние пальцы через стекло, потому что кропотливо выжидаю, когда загорится зелёный. И никуда не спешу.

Тише едешь, дальше будешь.

Перед тем как тронуться, записываю сестре голосовое сообщение. Напоминаю, чтобы не подпускала Марусю к конфетам. Доченьке пять с половиной, и она бы не вылезала из спа-комплекса Иринки, а та и рада потакать всем запросам бАгини, модницы и папиной лапульки.

Стёпа сдержанный и бесстрашный исследователь, но есть в кого.

Пальцы без перчаток подмёрзли. Включаю печку, отогреваю и только потом трогаюсь. Наш дом находится за городом, поэтому по пути сворачиваю к магазину, чтобы закупиться продуктами и по мелочи. Утром выбросила последнюю вискозную тряпку.

Шатаюсь по рядам, приглядываясь к срокам свежести творога и сметаны. Сверяю жирность, попутно читая из натурального молока или заменитель.

— Жулик, ну какая акция. Эта та же просрочка, но дороже. Не гунди. Живот пару дней поболит и привыкнет, — звенит властный женский голос, потом и знакомый со студенческой скамьи крепкий запах бьёт по носу.

Поднимаю воротник, перебивая шоколадной отдушкой неповторимый антураж Звенияйцева и его пассии. Парочка сбоку препирается.

Пальто на нём всё тоже чёрное, только катышков прибавилось. На ней норковый берет с плешивыми потёртостями и каракулевое манто. Вылитая она бабуля моего бывшего одногруппника. И не могу сказать, что выглядит моложе. Лет на…боже. Она же почти ровесница Георгины Спиридоновны.

Вот тебе на…

Жульберта пристроили из рук в руки. Бабуле — царствие небесное. Мы складывались на похороны два года назад, и эта женщина приходила забирать деньги.

Встряхнувшись и перекрестившись, незаметно и от греха подальше, ухожу к кассе. Выбираю самообслуживание, чтобы не толкаться в очереди и не задерживаться.

Закидываю покупки в машину, заодно достаю щётку для стёкол. Снега накидало, запорошив лобовое полностью за пятнадцать минут. Обметаю и так увлекаюсь, что, размахнувшись и оступившись на обледенелой плитке, наступаю прохожему на ногу.

— Извините, — вежливость моя бежит вперёд паровоза.

Мужчина сам, утонул в телефоне и подошёл слишком близко. Смахнув с ресниц подтаявшие снежинки, смотрю на застывшего напротив Орловского.

Он на меня непонятно, с каким прицелом уставился. Узнал или не узнал, но максимум, что во мне изменилось — очки теперь не ношу. Только для чтения и работы.

Лекса за эти годы, что мы не виделись, жизнь помотала. Одет он дорого, но на лице отчётливый отпечаток возлияний и несдержанности во всех тяжких. Потасканный он и уставший. Проезжается по мне тусклым взглядом, от которого по старой привычке хочется забиться в скорлупу.

Видео, где он меня пытался…Иринка отнесла его отцу, и Лекс пропал, вот до этого момента.

Он не пугает. Просто смотрит голодным волчьим интересом, как на кусок отборной телячьей вырезки. Слюну глотает, выпячивая кадык.

— Привет, Василиса. Какая ты стала… — голос у него сипит до неприятия, как простуженный.

— Привет, — бросаю ему в ответ лишь бы, лишь бы поскорее отцепиться.

Открываю дверцу в машине, не собираясь удостоить Орловского воспоминаниями встречи бывших одногруппников.

— Вась, — перехватив уголок дверцы, мешает мне юркнуть в салон, — Я еще тогда извиниться перед тобой хотел.

— Не нужно, — как же от него избавиться -то?

— Мне нужно, — давит по-хамски, но чего другого можно от него ожидать. Кто-то не меняется и не взрослеет, а остается придурковатым быдлом, — В ресторан пошли сходим. Я ведь так ни с кем серьёзно, после тебя, — выдохнув на меня густой туман, травит свежим перегаром, — Я до пятницы в городе. Не упусти шанс, — почти слышу гадкое - паучиха.

Заряжает ли меня машина за спиной. Или меховой зверь на плечах придаёт уверенности, но я бойко и стервозно толкаю дверь, чуть не отбив Лексу нижнюю челюсть и губы, которые он раскатал, притиснув меня, будто дворовый кот синичку.

— Я не хожу по ресторанам, а готовлю ужины дома. Любимым детям и любимому мужу. Он как раз через минуту выйдет из магазина и выскажется кулаком тебе в морду по поводу предложения, — вынимаю из кармана брелок с ключами.

— Чё раскипятилась, я же так, — подмечаю испуг, когда он зыркает на крыльцо магазина.