Чтение онлайн

– Дальше, - бросила Брунгильда, щелкнув затвором. Стреляная гильза зазвенела у меня перед носом на лобовом листе.

Бросив еще один взгляд на умирающего бандита, я немного прибавил газу.

Чуть дальше курилась сизым дымом сырая соломенная крыша подожженного овина. Внезапно его стена, обращенная на улицу, рухнула, и оттуда с бешеным визгом выбежали несколько свиней, стряхивая со щетины угольки. Огромный хряк сбил с ног вывалившегося из проулка совершенно пьяного разбойника и помчался дальше. Тот с трудом поднялся, приложился к зажатой в левой руке стеклянной бутыли, и приветственно помахал нам курицей со свернутой шеей, которую держал в правой. Хладнокровно и безжалостно нацеленная винтовочная пуля попала ему в середину лба, швырнув в пролом. На улицу остались торчать только ноги в коротких сапогах.

Танк осторожно миновал еще несколько домов, и впереди показалась небольшая площадь и белое здание церкви. В прыгающем свете пожаров я не сразу заметил лучи чужих фар. Поэтому выкатившийся слева, из поперечной улочки, полугусеничный автомобиль с деревянной, набранной из дощечек кабиной и большой будкой в кузове, стал для меня совершенной неожиданностью. Из окошка водительской двери на нас с удивлением смотрел усатый разбойник в меховом жилете на голое тело. В кабине грузовика был кто-то еще, но рассматривать дальше я не стал. Вместо этого резко нажал на педаль газа и выкрикнул:

– Держитесь!..

Мощный дизель взревел, гусеницы выбросили ошметки грязи, и танк, задрав нос, прыгнул вперед. Разгон оказался неожиданно мощным, и я даже не успел подкорректировать направление, когда острый угол лобового листа со звоном и хрустом врезался в чужую машину. Правая гусеница сразу подмяла подножку и сокрушила кабину, танк резко наклонился влево, но я еще прибавил газу, и отполированные стальные траки заскользили быстрее, заставив танк переползти груду выпачканных кровью обломков, в которую превратилась передняя часть грузовика.

– Сами выскочили, и искать не пришлось!
– нервически-бодро прокричал я, тормозя и разворачивая танк вправо, в тот проулок, откуда появился грузовик. Фары высветили несколько удирающих фигур, но не успела Брунгильда, которой приходилось хвататься за поручни при резких маневрах, прицелиться и выстрелить, как разбойники, словно зайцы, попрыгали через частоколы.
– Удирают, сукины дети! Наша взяла!..

– Замечательно, Золтан!
– похвалила принцесса.
– Хотя я не успела рассмотреть, вы что-то протаранили... что? Да, хорошо... мы найдем маму. Ромика просит подъехать к ее дому. Где?.. Четвертый по правую руку... с того конца площади.

– Я понял.

Развернув танк обратно, я на второй скорости повел его по главной улице. Нам встретился всего один человек, причем он мелькнул и спрятался так быстро, что я не понял, крестьянин это или разбойник. Брунгильда, судя по всему, тоже, поскольку стрелять не стала. А, может быть, распознала мирного жителя?

– Дом с лавочкой и розовым кустом у ворот. Видите?

– Нет, пока нет. Лавочка... лавочка... но все складывается на удивление удачно, правда? Вершить справедливость - дело хорошее. Но почему-то во всех книгах и фильмах ее ревнители оказываются в проигрышном положении. Злодеев всегда больше, или они вооружены лучше. Смотреть так, конечно, интереснее, но, по-хорошему, это нечестно.

– Почему же?
– поинтересовалась Грегорика. Ее голос звучал гораздо спокойнее, чем несколько минут назад, и этому тоже можно было порадоваться.
– Наверное, в действительности и так бывает.

– Думаю, очень редко. Кто бы взялся воздавать злу по заслугам, если, к примеру, зло на танке, а сам воздаватель пешком и с голой... то есть, пардон, невооружен?..

– Вы правы. Но, наверное, поэтому и выдуманы легендарные герои, которых это не останавливало.

– Популяции героев ограничены. И если бы человечеству пришлось полагаться только на них, никакой справедливости к настоящему моменту в мире бы уже не осталось.

– Значит, надежда на обыкновенных людей? Таких, как мы?

– Увы, это так. Страшновато, конечно, поэтому я очень рад, что все, наконец, закончилось. Ага, кажется, вижу лавочку и какой-то куст...

Последними словами я подавился, поскольку справа, как раз из-за избы с резными воротцами и лавочкой, на дорогу вдруг упали яркие лучи электрических фар. За ними начала выдвигаться огромная темная масса. Угловатый пирамидальный силуэт высотой всего чуть-чуть ниже конька крыши, увенчанный массивной цилиндрической башней с коротким хоботом пушки; окружающие ее по периметру малые башни, ощетинившиеся пушками и пулеметами; высокие клепаные фальшборты...

– Т-т-танк!.. Это же... это тяжелый... Т-35! Откуда он здесь?!

– Танк?..
– это принцесса.
– ...Но чей же?..

– Чей? Боюсь, что...
– начал, было, я, когда над головой грохнула крышка захлопнутого люка, и бешено закрутились маховики наведения башни. Зарокотали шарики в погоне, и ствол орудия начал нащупывать цель. Раздался дрожащий от напряжения голос Брунгильды.

– ...Назад!

Мои ноги и руки и так уже автоматически сделали то, что им не успел приказать рассудок: переключили заднюю передачу и дали газу. Наш танк резко остановился и тут же пополз назад, подальше от...

...Ну, да. Конечно же, от противника. Более внимательный взгляд показал это со всей очевидностью. На крыше громадного пятибашенного монстра, старшего брата нашего собственного танка, унифицированного с ним по конструкции главной артиллерийской башни, вооруженной трехдюймовкой, и малых пулеметных башенок - торчали несколько высоких бунчуков, увешанных конскими хвостами, рогами и человеческими черепами. Черепа же были художественно нанизаны на идущую вокруг главной башни поручневую антенну. Орудийная маска щетинилась направленными вперед заостренными мамонтовыми бивнями, а все свободные поверхности оказались разрисованы какими-то трудноразличимыми каббалистическими знаками.

Зачем бы здесь появиться еще одному танку с точно таким же декором, что несли атаковавшие нас конные разбойники? Хотя постойте...

– Эй, а это не может быть тот барон, примчавшийся на выручку?..
– вопросил я прерывающимся голосом.

– Стоп! Нужно обязательно убедиться, прежде чем стрелять!..
– начала принцесса, но ее прервал резкий выкрик Брунгильды:

– Голова!

В самом деле, я не разглядел сразу. Если прищуриться, то и в самом деле, на торчащем из антенного стакана на крыше главной башни высоком колу была насажена отрубленная человеческая голова со страшно перекошенными чертами. Конечно, если пофантазировать, то упомянутый барон мог оказаться весьма суровым персонажем, расправляющимся с разбойниками на месте... но в любом случае, башня танка начала поворачиваться, нацеливаясь на нас. Заметили, и собираются обстрелять. Нет, пусть там будет кто угодно, но покорно подставлять голову...

– Огонь!..
– скомандовала принцесса

– Стреляй, Брунгильда!..
– одновременно с ней заорал я, стараясь держать газ ровно, чтобы танк не дергался сверх меры. В танковом бою все определяют секунды - кто выстрелил первым, кто точнее прицелился, чей снаряд пробил броню. Сейчас было важно только это, а вовсе не отвлеченные умствования.

Громовой раскат пушечного выстрела прямо над макушкой заставил меня втянуть голову в плечи. Ей богу, лучше бы ствол был подлиннее, чтобы ударная волна не била механика-водителя по ушам, точно кувалдой. С открытой верхней створкой люка можно запросто оглохнуть.