Чтение онлайн

– Маркетта, милая, мне так... так жалко.

С ужасом осознав, наконец, что именно натворила, Алиса беспомощно огляделась, и почему-то уставилась на меня. Я отвел взгляд. Не хватало еще встревать - потом еще и виноватым окажешься.

– Золтик, ты же починил матушкины часы, когда братишка смазал их сливочным маслом с крошками. И тебе было-то всего тринадцать лет.

Ну вот, начинается.

– Тогда у меня были инструменты, кальцинированная сода и вибромашинка для мойки.

– Но у тебя же всегда в кармане железочки и отверточки, - сложив ладони, Алиса заговорила настолько жалостливо, что растопила бы самое ледяное сердце. Но я решил проявить твердость. Если сама виновата, то сама и расхлебывай... или готовься заплатить настоящую цену. Правда, ситуация начала ухудшаться - Маркетта, оставив бесплодные попытки реанимировать часики, тоже подняла на меня полные слез глаза.

– Отвертки отвертками, но я не настоящий часовых дел мастер. Механизм тут тонкий, а кофе, между прочим - мокко, с шоколадом. Никаких гарантий. Лучше отдать профессиональному часовщику. Хотя... за пару дней шоколад так схватится, что и ему придется постараться...

– Ну, пожалуйста, Золтик, - заныла Алиса.
– Что тебе стоит? Ты же умеешь, не вредничай! Цену набиваешь? Благородный человек, между прочим, так никогда не поступит, не откажется спасти терпящую бедствие леди!

– Ага, вот так и знал, - скривился я.
– Немедленно начинаются упреки. В тот раз, между прочим, тоже был настоящий шантаж. Забыла, чем грозилась, если не починю мамочкины часы, которые ты бросила где попало? А я вот прекрасно помню.

Еще бы. Мне пришлось подчиниться, иначе весь мир узнал бы о том, чей именно ракетный снаряд разбил стекло в торцевой стенке цветочной оранжереи соседской усадьбы, просвистел двадцать ярдов внутри и вылетел наружу вместе со вторым стеклом. Обратите внимание, точка старта находилась в сорока ярдах восточнее оранжереи - таким достижением реально можно было гордиться. Но тогда мне пришлось претерпеть немалые унижения, ведь опасная тема поднималась еще трижды, и всякий раз приходилось расплачиваться, чтобы не допустить ненужной огласки и не расстроить матушку Алисы, которую я и по сей день очень и очень уважаю. Нет, сейчас Алиска так просто не отделается. Не хотелось бы представать перед ее однокурсницами человеком черствым и жестоким, но справедливость должна быть восстановлена, а рыжее чудовище - понести заслуженную кару. К тому же, чего стесняться, подружкам не впервой наблюдать наши жаркие стычки. Алиске придется, как следует, постараться, чтобы меня разжалобить. Что бы такого полезного или приятного потребовать в качестве выкупа?

– Ха, так я и знала!
– словно прочитав мои мысли, Алиса моментально оставила жалобный тон и уперла руки в боки.
– Да ты, наверное, уже и не сможешь! Я в курсе, что в последнее время у тебя разрушительная деятельность получается гораздо лучше, чем созидательная. Даже твоя мамочка мне недавно призналась, что оставила последние надежды на твое исправление после череды взрывов и пожаров твоих жутких колесных и гусеничных колымаг. Так что ничего ты не можешь, только щеки пучить!

– Это я не могу?! Я-то, между прочим, запросто, а вот ты пойди, поищи другого дурачка, чтобы трудился на тебя забесплатно!

– И во сколько же ты оцениваешь свои услуги, профессор кислых щей?!

– Тебя на них не хватит, не беспокойся!..

Нашу перепалку прервал робкий голос Маркетты:

– П-простите, господин Немирович... мне ужасно неловко просить вас о таком одолжении... но все же, если бы вы были так любезны...

– Мадемуазель Дюранд, вы кладете меня на лопатки. Конечно, отказать вам немыслимо, но, умоляю, не лишайте меня возможности получить моральное удовлетворение. Рыжая негодница в печенках сидит, и я уже предвкушал, как стребую с нее в качестве компенсации какой-нибудь полновесный фант...

Маркетта жестом остановила возмущенно вскинувшуюся Алису. Видимо, уже поняла, что дорогие ее сердцу часики можно спасти, и немного успокоилась.

– Но это ведь я прошу вас об услуге, и справедливо будет взыскать фант с меня, не так ли? Поверьте, если бы это были обычные часы, я бы не стала надоедать...

– Нет-нет, я прекрасно понимаю. И все же, взыскивать с вас, а не с истинной виновницы происшествия?.. Хм, но не могу же я потребовать того же, чего от Алисы... а, смотрите, смотрите, как она трепещет! Слышит тяжкие шаги правосудия!

– Пфе!
– презрительно фыркнула Алиса.
– Нашелся правосудец. Не вздумай идти на поводу, Маркетта. С него станется потребовать, чтобы ты вычистила ему штиблеты, заштопала сорочку или еще чего похуже. И не вздумай расплачиваться авансом! Я вот далеко не уверена, что он взаправду сумеет починить часы, а не просто хвастается.

– Если господин Немирович меня спасет, я готова на все!
– пылко воскликнула Маркетта.
– Пусть даже служить в роли невольницы с опахалом!..

"Ловлю на слове, любезная мадемуазель" - чуть не сорвалось у меня с языка. Маркетта чудесно смотрелась бы в блестящих монистах и полупрозрачных шароварах, приличествующих невольницам султана - намного, намного лучше тощей Алиски. Хм, может быть, воспользоваться случаем, раз девушка готова на все?

– Вы так распалили мое воображение, что отказаться невозможно...
– начал я, но Алиса, с притворным ужасом прижав ладони к щекам, перебила:

– ...Беги, спасайся, Кетти! Сейчас он потребует у тебя поцелуй!..

Вот чертовка!.. Отличная же мысль! Может быть, так и поступить? Помимо того, что мадемуазель Дюранд очень мила, разве можно придумать лучший способ позлить рыжую нахалку?

Порозовев от смущения, Маркетта, тем не менее, взмолилась, изломив изящные брови:

– Согласна!.. Все, что угодно!

Я поднял ладонь, останавливая ее.

– Ни слова больше.

– Так вы поможете?!

– Обязательно. Смотрите и удивляйтесь.

Приняв у Маркетты часики, источающие чарующий кофейный аромат, я разложил их на чистой салфетке и вынул из кармана старый и верный инструмент. В ручках компактных складных плоскогубцев пряталось множество полезных устройств, из которых для начала мне потребовалась маленькая плоская отверточка. Вставив ее в паз, я сдвинул с места и провернул тыльную крышку. Жалкое зрелище - мелкие колесики и маховички увязли в кофейных разводах и слиплись. Вынув из корпуса механизм, я осторожно снял стрелки и циферблат, затянул циферблатные винты и вынул треугольничек баланса. Точным движением отвертки отцепил кончик заводной пружины и распустил ее.

– Так-с, теперь нужен реагент для чистки.

– Реагент?
– подняла брови Маркетта.
– Какой же?

– Довольно распространенный, - усмехнулся я.
– Водка.

– И где же ты ее возьмешь на дирижабле?
– недобро поинтересовалась Алиса.
– Наверное, забыл, что крепче вина в буфете ничего не найти? Ох, Золтик, и уселся ты в лужу.

– Трудно представить, чтобы в клубе джентльменов не нашлось виски, - осторожно заметила Цирцея.

– Туда-то и стоит заглянуть для начала, - кивнул я.
– Хотя ни бурбон, ни скотч не подойдут, нужна именно водка, поскольку в ней минимальное количество примесей. Леди, я отправляюсь на поиски, так что вам придется некоторое время подождать.

– Я тоже!
– вскочила Алиса.
– Надо же увидеть, как ты потерпишь поражение.

– Пойдем. Возможно, и в самом деле будет на что посмотреть.

Спрашивать в зале ресторана было бессмысленно - Алиса хорошо знала местные правила. Естественно, никто не стал бы благосклонно взирать на студентов, хлещущих крепкие напитки, и здесь подобный алкоголь был полностью исключен. Однако поинтересоваться в мужском клубе стоило - традиции позволяли надеяться.

Увы, когда я подсел к Бернару, с комфортом устроившемуся в кожаном кресле, и поинтересовался, ответ был разочаровывающим.