Навь Остров. Территория забытых богов
Шрифт:
– Вот же черт!
– Подал голос сам виновник происшедшего.
– А я-то думал, что мне все это приснилось!
– Что именно, Лех? И что вообще с тобой произошло после того, как мы прыгнули на "зонтик"?
– Помню... Помню, как только я собирался прыгнуть, меня чем-то шарахнуло по башке... А потом - холодно, мокро... и женские лица... Во, точно, женщины вокруг меня были, длинноволосые, красивые! Одна из них, которая голову мне перевязывала, особенно красивая, прямо...
– Ну, все! Приворот заработал!
– Заволновался Матвей.
– Где же бабка Акулина?!
– А как ты оказался на камне?
– Хм, я помню, что ли? Очнулся на нем. Башка гудит, как с похмела, венок какой-то на ней. Смотрю - все наши вещи, лодка тут же, а вас никого нет. Потом мужики с камня меня и сняли.
Почти скрывшееся за горизонт солнце, перед наступлением ночной черноты, дало глазам хоть маленькую возможность отдохнуть от унылой, тоскливой, серо-зеленой картины болота, щедро украсив ее мягкими, спокойными, малиново-розовыми красками. Костер весело потрескивал, выстреливая в быстро темнеющую высь маленькими яркими искорками. Дым, кроме того, что неплохо справлялся со стаями вездесущих комаров, еще и маскировал неприятные болотные запахи, которые, то и дело, пригонял с собой легкий ветерок.
– Хм, даже удивительно.
– Нарушил общее безмолвие Матвей.
– И что конкретно тебе удивительно, сынок?
– Так всего-то несколько дней назад мы вот так же, на этом же островке сидели у костра. Эх, ведь даже представить не могли, что нас ожидает впереди!
Всего пару дней позволили себе искатели на восстановление сил и здоровья после чудесного спасения из рушащегося таинственного подземелья. Благодаря хлопотам бабы Акулины и присланных Тихомиром целителей из общины, раны и ушибы перестали ныть и быстро заживали. Как не упирался и не ворочал нос Алексей, ему, все же, пришлось выпить отворотное варево знахарки, вкусом и запахом, как он утверждал, напоминавшее жутко перекисшее пиво.
– Да как меня, современного, цивилизованного человека может приворожить какая-то русалка, которую я в глаза-то толком и не видел!?
– Возмущался он.
– Так, приснилось что-то, когда был в беспамятстве!
– Приснилось?
– Усмехнулся Василенко.
– А из озера, на русалочий камень, ты сам, в беспамятстве вскарабкался? И головенку свою белобрысую водорослями перевязал?
– А без отвару, сынок, - добавил Егорыч, - при первой же новой луне, ты, скуля и стеная, как недельный щен, побежишь, поползешь к энтому озеру, ничуть не в силах с собой совладать, лишь бы только быстрее увидеть ту, которая тебя приворожила. Тогда никакой отвар тебе уже не поможет. Немало русалочий народ таким макаром мужиков к себе заманил.
– Так, знамо дело, - поддержал его Степан Кондратьевич, - бабы - есть бабы! Хоть с ногами, хоть с рыбьими хвостами, а мужиков подавай! Моя правда, Матрен?!
– Ох, смотри ка, сморчки старые! Давно мхом обросли, а все туда же!
– Пристыдила, под общий хохот, старичков бабка Акулина.
После возвращения искателей, жизнь в обоих селениях стала быстро преображаться. Люди из укрытий возвращались в свои жилища, приводили их в порядок, закипела работа на всех огородах, в садах, на скотных дворах. Шустрые ребятишки погнали скот в поле, охотники и рыбаки вышли на свой промысел.
Бояться больше было нечего, с нашествием потусторонних сущностей в мир людей, не дававших жизни жителям долины почти две сотни лет, было покончено раз и навсегда.
Вот что рассказал искателям Николай Акимович.
Как только они ушли в сторону озера, люди стали готовиться к обороне. Твари не заставили себя долго ждать и, летающие, ходячие и ползучие, двинулись к селениям. В этот раз их было гораздо больше, чем обычно, как будто кто-то, кто верховодил всей этой тьмой, узнал, что люди затеяли что-то серьезное, способное прекратить вылазки из потустороннего мира навсегда.
Обитатели долины, увидев все это скопище нечисти, приготовились к худшему. Но, к своему большому удивлению, с первой же волной тварей селяне справились без проблем, потому что чем ближе монстры приближались к линии обороны, тем медленнее, квелей они становились. Через какое-то время крылатые драконы уже не в силах были держаться в воздухе, а только беспомощно дергались, со своими наземными сотоварищами, словно слепые котята, на земле. В конце концов, поле перед линией обороны было сплошь усеяно чуть шевелящейся, и жалобно поскуливающей массой.
Стало понятно, что у группы искателей, под предводительством Тихомира, все получилось.
Вскоре люди были немало удивлены в очередной раз: твари подохнувшей за короткое время армии буквально на глазах стали превращаться в прах. Осмелевшие мужики вышли на поле, и, с широко открытыми глазами, осматривали то, что еще совсем недавно представляло для них смертельную опасность. Даже тяжелый, спертый запах, оставшийся после нечисти, быстро разметал гуляющий над полем ветер.
Как чувствовал Акимыч, что искателям, по возвращению, может понадобиться помощь. На нескольких лодках мужики по озеру направились к русалочьему камню, где, по предположению волхва, мог быть вход к Свароговым Вратам. Но не успели они и на сотни метров отплыть от берега, как их настигло новое потрясение: на небе, ближе к центру озера, неизвестно откуда появилось белое облако, почти правильной круглой формы. Облако, несмотря на довольно сильный ветер, не двигалось со своего места, а только медленно крутилось вокруг центра. И тут, вдруг, из него, посыпались камни, вперемежку с монстрами. Люди сначала испугались, но увидев, что твари, как те же камни, быстро уходили на дно, не делая никаких попыток всплыть, быстро успокоились, и только наблюдали за странным дождем.
– Смотрите, там люди!
– Вскочил в полный рост один из мужиков, чуть не опрокинув лодку.
– Это они, они!
Невзирая на опасность попасть под все еще падающие обломки гранита, одного за другим, спасатели выловили слабо барахтавшихся в воде искателей. Всех, кроме Звягинцева.
А спустя короткое время раздался низкий, исходящий, казалось, отовсюду, гул. Потом всю долину, вместе с озером, изрядно тряхнуло, по водной глади пошла мелкая рябь, а в центре озера появилась огромная воронка, водоворот. Успевшие выгрузиться из лодки люди с удивлением заметили, что уровень озера стал понижаться прямо на глазах. Но вскоре все прекратилось - и гул, и рябь с воронкой исчезли.
– Все, Тихомир!
– Сказал тогда волхву Федор, осматривая вновь чистое, без единого облачка, небо, и ровную, искрящуюся на солнце поверхность озера.
– Сработала Печать твоего Сварога. Врата закрыты!
– Надежно.
– Добавил Платонов.
– Раз и навсегда.
Как только искатели более-менее окрепли, благодарные жители устроили пир. Столы установили прямо под открытым небом, накрыли всеми яствами, которые только могла дать щедрая долина. Давно Навь Остров не видел такого веселья!
Когда друзья двинулись в обратный путь, домой, Тихомир, провожавший искателей, ставших для него братьями, перед тем, как распрощаться окончательно, у березовой рощи, обратился к Василенко.
– Григорий, еще недавно ты был единственный из внешнего мира, кто знал о...
– Не надо, дружище, не беспокойся. Этим мужикам можешь доверять, как мне, сам же в этом убедился.
– Поспешил уверить волхва Григорий Семенович.
– Навь Остров так и останется легендой. Ну, а если что, дайте знать, как говорится - чем можем.