Не беси меня!
Шрифт:
Забавно… Хмель на моей территории выглядел как-то странно… Будто его слегка оглушили. Это было очень похоже на растерянность. Могло бы ею быть, если бы только я не была уверена, что Хмелевский и растерянность - вещи несовместимые.
Решение позвать его домой было, конечно же, опрометчивым: я не была морально готова к приему гостей, да и физически - тоже не очень. Долго рассматривала содержимое гардероба, решая, что бы такое надеть… Не хотелось выглядеть неряхой и растрепой, но, в то же время, баловать самооценку Хмелевского каким-нибудь слишком интересным нарядом не планировала. Слишком жирно ему будет. В конце концов, остановилась на простых домашних брюках и футболке. Между прочим, я пришла домой и имела право расслабиться. Хотя бы в этом. Потому как внутри все подрагивало от напряжения: как бы ни пыталась убедить себя, что ничего необычного не происходит, получалось плохо.
– Ну, что, ты готов к кулинарным подвигам?
– Даже мне самой голос показался наигранно бодрым. Хмель оторвался от пакета с продуктами, из которых технично извлекал содержимое, раскладывая на столе, обернулся ко мне и завис, почему-то глядя на босые ноги…
– Ау, Влад, ты слышишь? Или уже успел вина хлебнуть, прицел не настроен?
– пальцы ног с ярко-красным педикюром, отчего-то, уже не казались такими милыми, как раньше. Захотелось их спрятать, да некуда…
– У тебя красивые ступни… Засмотрелся.
– Его взгляд, наконец, стал осмысленным и вернулся наверх, к моему лицу.
– Вот только, давай, обойдемся без этого всего… - неопределенно помахала рукой, протиснулась мимо него к плите. Идея пригласить Хмелевского на кухню казалась теперь тоже глупой: мы с трудом здесь вдвоем помещались.
– Ну, а что такого? Я тебя никогда босиком не видел. Увидел - понравилось… - Он закатывал рукава рубашки, с таким видом, будто ничего необычного мы не обсуждали.
– Ладно. Проехали. Мой овощи и режь салат. Я попробую что-нибудь приличное приготовить. Только предупреждаю сразу: мои навыки далеки от высокой кухни. Если что-то не понравится - пеняй на себя. Я в повара не напрашивалась!
– Надь, я сейчас такой голодный, что готов полпалки колбасы сжевать, даже не снимая обертку.
– Ну, зачем впадать в крайности? Возьми, отрежь кусок и жуй, сколько хочется, пока я мясо буду жарить. Мне тут жертвы, захлебнувшиеся слюной, без надобности…
На какое-то время мы замолчали, погрузившись в занятия - каждый в свое. Я резала мясо, раскладывала его на сковороде, добавляла какие-то приправы, больше на автомате, чем осознанно, открывая пакетики и мешочки. Хмель самостоятельно разобрался с мисками и тарелками, строгал за моей спиной овощи, чем-то хрустел между делом… И я была очень ему благодарна за то, что дал мне возможность выдохнуть и подумать… Правда, с последним как-то плохо получалось: в голову лезла какая-то ерунда, а совсем не план предстоящего разговора. А план был нужен, чтобы снова не попасть впросак. Хотелось не выглядеть дурочкой, когда начну объяснять, почему я против общения, и зачем Хмелю нужно держаться от меня подальше…
Мясо распространяло одуряющий аромат, лопатка в моих руках автоматически его помешивала, мысли бродили вокруг того, какой же я дурочкой была в прошлом, и как бы не оказаться такою же в настоящем… Горячее прикосновение губ к шее, которую я открыла, собрав волосы в высокий пучок, быстро вернуло в реальность.
– Влад, что ты делаешь?
– дернулась было, но снова оказалась зажатой: с одной стороны плита, с другой - тело Хмелевского, достаточно плотно ко мне прижавшееся.
– Прости. Не сдержался.
– Он говорил, обжигая дыханием, сначала шею, потом ухо.
– Но ты офигенно смотришься сейчас.
– Так. Хватит с меня!
– Уверенно убрала его ладони с живота. Когда только успел облапать? Развернулась, оттолкнула Хмеля подальше. Да так и оставила руки вытянутыми, не позволяя сократить расстояние.
– Если ты думал, что тебя пригласили сюда потрахаться, то зря надеялся! Можешь быть свободен!
– махнула в сторону двери лопаткой.
– Выход там!
– Надь, прости, пожалуйста! Обещаю, что больше не буду делать никаких неожиданных телодвижений!
– Влад поднял руки и даже сам отодвинулся подальше, почти упираясь в обеденный стол.
– И я не рассчитывал ни на что подобное, честно. Просто… не смог сдержаться…
Смотрела на него и не могла решить, что дальше делать? Выгнать, ко всем чертям? Да только… Он так и будет ходить вокруг да около, это же Хмель, от него просто так не отделаешься… Оставить? Глупо, наверное, особенно, после его откровенных намеков и действий, и после моих взбрыков - тем более… Да только вот…
– Слушай, Влад… Ты никак не можешь успокоиться только потому, что не получилось со мной переспать, что ли?
– выпалила, как только идея пришла мне в голову. Даже обдумать как следует не успела.
– Хренового мнения ты обо мне, Игнатьева… - мне показалось, или Хмель обиделся? Да ладно? Где Хмелевский, и где обиды на такую мелочь?!
– Ну, извини уж… Какое есть… - пожала плечами и снова отвернулась к сковороде. Все-таки, есть определенная прелесть в этих кухонных разговорах: всегда есть, на что отвлечься…
– Как там салат? Мясо уже готово.
– Снова преувеличенно бодро сообщила, выключая огонь на плите и потирая руки. Как бы то ни было, а аппетит у меня разыгрался зверский.
– Штопор где взять? И куда разливать вино?
– черт, об этом я совсем позабыла. Если мы на трезвую голову до обидок договорились, то после пары глотков вина еще и подраться сможем… Не хотелось бы этого, конечно.
Тем не менее, штопор выдала, стаканы, за неимением бокалов, подставила… Мясо уже было разложено по тарелкам, обильно сдобрено овощным салатом, в руках у каждого из нас - по стакану с вином. И пристальные взгляды, изучающие друг друга.
– Ну, что, Надюха, выпьем с тобой за взаимопонимание, что ли?
– Нет. Ты планировал во мне разочароваться. Вот давай за это и выпьем!
– А ты злопамятная, однако… - Влад усмехнулся, но коснулся краем своего стакана моего, стекло легко дзынькнуло.
– Нет. Просто у меня хорошая память!
– Что ж… Если ты хочешь меня разочаровать, то начала совсем неправильно. Давай, Игнатьева, сделай так, чтобы резко перестать мне нравиться!
Он сделал глубокий глоток, осушив больше половины налитого, а я поперхнулась. Серьезно. С этим человеком даже есть и пить рядом опасно.
– Что случилось, Надь?
– он встревоженно подскочил, протянул руку, чтобы по спине постучать. Я отмахнулась.
– Все нормально. Уже прошло.
– Почему тогда подавилась?
– Почему я никогда не могу понять, комплимент сейчас прозвучал или издевательство?
– Может быть, потому, что ты всегда ищешь в моих словах то, чего там отродясь не было?
Нет. Все-таки, это была плохая идея - пригласить Хмелевского к себе домой!
Глава 6