Чтение онлайн

С грустью посмотрела на красоту, которую еще утром наводила с такой радостью и воодушевлением… Как назло, ни макияж, ни прическа не потеряли свой первозданный вид, может, конечно, слегка поплыли стрелки, да несколько локонов выбились в неположенном месте. Это закон подлости: когда хочешь быть неотразимой, ничего не получается. А когда и думать забыл о внешнем виде, он сам за себя старается!

Погрустила немного по этому поводу, а потом, не жалея, шагнула в душ и смыла все, к такой-то матери! Очень долго стояла под водой, надеясь, что горячие струи хоть немного помогут расслабиться и забыть об очередном разочаровании. Или нескольких сразу?

Из медитативного состояния выдернуло дребезжание дверного звонка. Хорошо, хоть дверь в ванную оставила открытой! Пока спешно вытирала голову и искала халат, чтобы совсем уж голой к курьеру не выскакивать, к звонку присоединился и страшный грохот.

– Да иду, иду уже!
– чуть не спотыкаясь, побежала открывать. Еще не хватало, чтобы соседи выскочили на шум.

– Здравствуйте, извините, сейчас я деньги принесу!
– тараторила, вспоминая, куда закинула кошелек, открывая дверь и придерживая попеременно то полы халата, то полотенце на голове.

– И часто ты курьеров в таком виде встречаешь?

Тишина. Ступор. Озарение.

– Не твое дело, Хмель! Вали отсюда! Тебя не приглашали!

Глава 19

– Сомневаюсь, что ты захочешь остаться голодной… - Хмелевский не стал дожидаться особого приглашения, как и разрешения, впрочем, тоже. Просто дернул дверь на себя посильнее, вошел и тут же плотно ее за собой закрыл. Как будто знал, что я первым делом хотела его вытолкать. Но есть хотелось жутко. Да и поговорить с ним не помешало бы, наконец-то.

– А ты что, курьера по дороге ограбил? Или сам подрабатываешь, в свободное от основной работы время? Неужели на новой должности так мало платят?

– Очень смешно.
– Все так же, не спрашивая моего мнения, Хмель начал снимать плащ и разуваться. Пакет с едой, при этом, впихнул мне прямо в руки.
– Парень тут под дверью неизвестно сколько стоял. Только звонил, а постучать в дверь не решался. Я ему деньги отдал, отправил восвояси. Мне-то спешить некуда, как ты понимаешь…

– А ты адрес не перепутал, часом?
– дар речи не совсем потеряла, конечно же, но слегка опешила от такой наглости.
– Или тебе приснилось что-то новое про наши отношения, а, Влад?

– Слушай, если ты сейчас еще подбоченишься, то будешь выглядеть, как жена, встречающая с гулянки мужа!
– он забрал у меня пакет и прямой наводкой двинулся на кухню.

– Владислав Хмелевский, ты можешь мне объяснить, что происходит, вообще?! Ты охамел окончательно!
– ничего не оставалось делать, как следовать за ним.

– Надь. Я голодный до ужаса. И устал, как черт!
– На уставшего Хмель был ни капельки не похож.
– А тут ты…

– Удивительно! И как это я так неожиданно у себя дома оказалась-то?
– театрально всплеснула руками, глаза вытаращила. Ничего смешного, этот абсурд уже порядком начал надоедать.

– А ты, блин, в халате на голое тело, мокрая и еще горячая! А я тебя не видел уже хренову тучу времени! Ты хочешь быть изнасилованной на фоне недоеденного ужина? Прошу тебя, сходи оденься, Надь! Иначе я за себя не отвечаю!

– А вот хрен тебе! Я у себя дома, как хочу, так и хожу.
– Его взбудораженный донельзя тон и меня взвинтил до предела. Только ведь успокоилась, кажется, в душе… И все - коту под хвост!

Я решительно пристроила свою пятую точку на стуле. Демонстративно запахнула халат поглубже, поясок затянула. Но не смогла себе отказать в мелочи: ногу на ногу закинула так же демонстративно.

Хмелевский смотрел на всю эту демонстрацию женской непокорности молча, только вздыхал и ерошил волосы на макушке. Когда понял, что большего от меня не дождется, выдохнул:

– Надь, ну, ведь ты же, наверняка, хочешь обсудить все до конца, разобраться во всех вопросах. Я тоже этого хочу. Но не смогу нормально соображать и внятно говорить, глядя на твои голые ноги. И на грудь. И вообще… ты пахнешь вкусно! Какой может быть разговор сейчас?
– и он сглотнул, глядя дикими голодными глазами.

– А вот и прояви свои деловые качества, присущие только мужчинам!
– Вообще-то, я тоже Влада не видела почти сто лет, и жутко по нему соскучилась, особенно по такому - с ищущим, жадным взглядом, которым он меня уже трижды успел изнасиловать, кажется. Но сдаться вот так, не раздумывая, лишь потому, что тело требует, было бы слишком глупо. Приходилось на ходу искать и сочинять поводы для споров и ссоры. Тем более, что Хмель был прав: нам поговорить было нужно. А там, глядишь, ничего большего и не потребовалось бы.

– Это ты о чем?

– Можно подумать, ты не в курсе?

– Надя. У меня ощущение, что я виноват во всех грехах, которые лишь тебе известны. Может, все-таки попробуем нормально пообщаться?
– Хмель прислонился к подоконнику, поднял руки в знак примирения.

– Так кто ж тебе мешает? Общайся. А я послушаю.

– Понятно. Сначала нам нужно поесть. Потом ты придешь в себя немного, и можно будет попытаться вести диалог.

– Вообще-то, еда на одного заказана. Что ты будешь есть, я не знаю.

Хмель поднял бровь, насмешливо глянув на пакет. Ну, да. Я слегка не рассчитала возможности и набрала вредностей и вкусностей чуть больше, чем можно было бы втроем осилить.

– Я думаю, ты поделишься. Нельзя оставлять гостя голодным.

– Черт с тобой, доставай продукты. Только, чур, ухаживать за дамой придется тебе.

– С радостью и превеликим удовольствием!
– вот ничто не брало этого гада! Как будто валерьянки наглотался, или чего покрепче…

– Я сегодня уже говорила, как ты меня бесишь, Влад?

– Я и так в курсе. Напоминать не обязательно.
– Он уже успел помыть руки, достать тарелки и приборы, и занимался тем, что накрывал стол.
– Приятного аппетита, Надя.

На какое-то время воцарилось молчание. Я потихоньку жевала, не особенно-то и разбирая вкус. Наблюдала за Хмелем больше. И видела, что он действительно голоден и очень устал. Даже стало немного жаль парня, несмотря на все его косяки и проколы.

– Ну, так что, ты стала немного добрее сейчас?
– Влад заметил, что я отложила приборы и отодвинула от себя тарелку.