Чтение онлайн

– Чё это вы тут делаете? – задал сакраментальный вопрос Недомыка.

Шесть лиц обратилось в его сторону: пять – с удивлением, одно – с надеждой.

– Вали отсюда! – рявкнуло пять глоток.

Ждан впал в задумчивость. Его внимание привлёк правый сапог: на носке видна небольшая дырка, что требует вмешательства. Вот он и решал, вмешиваться или нет. Пятёрка восприняла это по-своему. Двое остались у жертвы, а трое с нехорошим выражением на лицах направились к Недомыке. Тот заметил угрозу вовремя – когда острия ножей упёрлись в шею и грудь. Лунный свет заиграл на клинках, что сыграло роковую роль в жизни злодеев. Недомыка с детства был падок на всё блестючее, блестящее и отбрасывающее отблески.

– Ух ты! – сказал он и схватил один из ножей за лезвие.

С такой наглостью разбойникам встречаться не приходилось. Поэтому двое удивлённо замерли с раззявленными ртами, а третий попытался вырвать нож. Но легче отобрать чекушку у алкаша: Недомыка вцепился в цацку мёртвой хваткой. Коллеги товарища по опасному бизнесу попытались вмешаться в процесс возвращения материальной собственности. Не получилось. Тогда они решили прирезать наглеца. Однако последний вертелся ужом, пытаясь отстоять понравившуюся игрушку, и в результате порезы появились у кого угодно, только не у Ждана. Но случилось непоправимое: разбойник, у которого пытались отобрать имущество, резко дёрнул нож на себя и таки вырвал оружие. Отточенное лезвие с лёгкостью разрезало кожу на ладони Ждана.

– Дурак! – плаксиво крикнул Недомыка.

Его кулак метнулся к лицу ворога. Тот не успел отреагировать. Стыковка «кулак-харя» прошла успешно, и несчастный обладатель лица улетел в неизведанные дали кустарникового пространства. Только подошвы мелькнуть успели. Его сотоварищи, слегка травмированные предыдущими действиями, кинулись на Недомыку, ни разу не подумав, и на поляне ещё на пару дураков стало меньше. Оставшиеся оказались неробкого десятка и с напрочь отсутствующими мозгами. Тому, кто заходил справа, удалось резануть плечо Недомыки, за что ему пожаловали титул «Лучший пилот Руси» с целованием дерева и разбрасыванием зубов по всему лесу, а второго понизили в должности, причём в прямом смысле, забив в землю по самые ноздри. На этом инцидент оказался исчерпан. Ждан посмотрел на потерпевшего.

– Чё уставился? – вежливо поинтересовался тот, задрав нос. – Я тебя просил вмешиваться? Сам бы справился.

Малец поправил лохмотья, пара шагов, и он склонился над вбитым в землю нападавшим. Быстрый осмотр, недовольная гримаса, и малец подскочил к Недомыке.

– Дурень! – заорал он в лицо Ждану так, будто старался докричаться до его разума. – Как теперь его обыскивать? А других зачем расшвырял? Чё их теперь, по всему лесу искать?

– Для чего? – тупо спросил Ждан.

Губы мальца скривились, будто собрался плюнуть.

– Чтобы деньги забрать! – заорал он ещё громче. – Дубина!

– А-а-а.

Ждан попытался вытащить находящегося в бессознанке погребённого, схватив за голову. Шейные позвонки угрожающе захрустели.

– Ты ему так башку оторвёшь! – возмущённо заорал малец.

– Да? – спросил Недомыка, что вызвало со стороны спасённого удивлённое фырканье. Но добил мальца вопрос: – А чё, голову обыскать нельзя?

– Приторчень 4 ! – бросил малец и пошёл в темноту.

Недомыка постоял над вбитым, как у надгробия, словно прощаясь и провожая товарища в последний путь.

«Пирог с онучами! – пронеслась в голове страшная мысль. – А ведь на дворе ночь, вокруг тёмный лес, и если сейчас не последует за ушедшим, то останется один!»

Пришлось догонять. Но споспешествовал он слишком рьяно. В результате в темноте, да ещё в кустах, налетел на чью-то спину. Спина улетела в зелень, а дальше последовал такой набор слов, от которого листва свернулась в трубочку, как в пожар. Стоило выйти на дорогу, как Ждан лицом к лицу столкнулся с пострадавшим. Последний продолжил грубую речь, говорил громко, ярко, сочно, показывая своё пролетарское происхождение, высокий филологический уровень, богатое знание жестов и па. Слова лились витиеватой лентой железобетонного характера, что не могло не вызвать со стороны Ждана ответной реакции: раскрытого на всю ширину рта, вываливающихся от удивления глаз и стремительного окатарсивания до полной нирваны.

– Фраер полированный!!! – в последний раз взвизгнул малец, и пошёл по дороге.

Нирвана дело приятное, поэтому Недомыка очнулся, когда мальца и след простыл. Ситуация едва не повторилась, но у парнишки оказались хорошая реакция и дар прогнозирования ситуации – он вовремя отскочил. Правда, при этом наделся рваниной на сучок некогда растущей над обочиной ветки. А поскольку малец оказался в несколько взведённом состоянии, то рванулся со всей дури. Дури оказалось много, даже с избытком. Послышался треск, и рванина разошлась от горла до пупа. Снова последовали тяжеловесные слова, под грузом которых даже слон раскатался бы до состояния камбалы.

– С тебя кафтан! – нагло заявил малец. – Гони копье, а то сейчас прирежу!

Недомыка отдал ему все деньги, которые родители дали в дорогу. Малец, осмотрев куш, горько вздохнул, лицо повернулось к небесам, губы задвигались, произнося молитву в несколько своеобразной форме. Отговорившись и отведя душу, он продолжил движение. Недомыка тенью пошёл следом.

В темноте слышались только их шаги. Подросток неоднократно останавливался, прислушивался к ночным шорохам, но ничто не нарушало умиротворения. Тогда он шёл дальше. Недомыка тоже останавливался, но только для того, чтобы почесаться и понаблюдать за действиями товарища. Для него каждое движение – как откровение. На всякий случай он даже его повторял.

Ночь близилась к концу, а ничего так и не случилось. Но глупо полагать, что несчастье о них забыло. Первым мечущиеся между деревьями тени заметил малец. Естественно, предупреждать о них товарища не стал: призраки-то похожи на волков. Причём зверушки явно голодные, иначе не преследовали бы их битый час. А значит, наверняка нападут. Чтобы не сожрали обоих, товарищем можно пожертвовать. Надо только оторваться от приставшего незнакомца. Малец перешёл на бег. Но Ждан рванул за ним с места, как бешеный заяц.

Волки звери стайные, по крайней мере, осенью и зимой, поэтому жертве обычно показываются только загонщики. Естественно, два путешественника побежали в нужном зверью направлении. Осталось дело за малым. У зубастых уже и слюна от предвосхищения лакомства закапала. Но! Когда из кустов навстречу людям выскочила четвёрка здоровенных самцов, мальца с испугу прихватила медвежья болезнь. Он, как и полагается, присел. Недомыка, бежавший позади, не понял, куда исчез коллега. Голени обо что-то сильно ударились.

Поскольку бежал со всех ног, полет оказался долгим, а падение мягким: упал на двух волков, бегущих в центре засадного полка. Причём рухнул на них, как рестлер на противника. В результате оба зверя оказались в нокауте. Два других не сразу поняли, что произошло, и потеряли драгоценные секунды. В это время команда загонщиков добежала до мальца. Тот, даже отвлечённый недугом, попытался от них убежать, комментируя действия громкими беспорядочными криками. Недомыка, поскольку ничего подходящего под рукой не оказалось, с испугу схватил бросившегося на него правофлангового волчару за передние лапы, и в два рывка раскрутив зверя до сверхзвуковой скорости, швырнул в загонщиков. Гулко хрустнуло, взвизгнуло, и на дороге оказались лишь два шерстистых коматозника и Недомыка. Левофланговый зверь из засадного полка попал под горячее тело коллеги по охоте, когда тот под руководством человека пытался пройти сверхзвуковой барьер. Стоит ли говорить, насколько далеко он улетел. Но куда делся ещё один участник событий?