Не целуй меня
Шрифт:
Когда ставит ее на место, неловко задевает другую бирку, и часть жидкости капает ему на палец.
— Ох, черт, что это?! H2О, — зачитывает вслух. — Че за фигня?
— О, нет, нет! — испуганно выкрикивает Мякишев за другой партой. Хватается за голову, падает на колени, бросается на пол лицом вниз, прижимаясь лбом к полу. — Князь, это же кислота, теперь у тебя палец разъест насквозь! Чувак, ты почти мертвец!
Класс взрывается хохотом.
Я закатываю глаза, садясь напротив Славы, которой выглядит очень подавленным и внимательно разглядывает свой палец, излишне эмоционально хмурясь.
— Слав, это просто вода, знаешь…
— Серьёзно?
— Да. Это… мы изучали это еще… эмм… в начальных классах… Ты… не помнишь?
Я очень смущаюсь своего Славу.
— Неа, — пожимает плечами. Лицо становится расслабленным, и он опирается локтями на парту. — Маринка!
Давит свою очаровательную улыбку, глядя на меня впритык.
— Славка, — продолжаю его игру, растягивая губы в улыбке в ответ. По телу разливается приятное тепло. Обожаю химию. Обожаю Князева Славу. Обожаю наш флирт.
— Марин, я не хочу тебя слишком напрягать, но ты весь день игнорируешь меня, чем делаешь очень больно.
Он мило прикладывает руку к свое грудной клетке, похлопывая по ней ладонью, будто издавая глухой сердечный стук.
Не сдержавшись в еще более счастливой улыбке, прикусываю нижнюю губу и отворачиваюсь.
Серьёзно, этот парень слишком мне нравится, чтобы не купиться на его глупые заигрывания.
Я даже о произошедшем сиюминутно забываю.
— Маринка…
— Славка…
— Маринка… какая же ты сегодня красивая…
— Славка… — убираю выбившуюся из хвоста прядь за ухо. Краснею до самых кончиков ушей.
— Марин, слушай, а что насчет задания? — становится в край серьёзным. — Без тебя не справлюсь, знаешь?
— Знаю, просто, так получилось, что я не успела. Прости!
Взгляд Славы мрачнеет, но он отвлекается на Оксану Федоровну, нашу учительницу по химии, которая быстро проходит в класс, стуча каблучками. В помещении возникает тишина и все корчат из себя очень занятых и серьёзных, почти студентов.
Любопытно рассматривают бирки, надевают перчатки, или все вместе. А все, чтобы она не вызвала рассказывать параграф вслух, который она задавала повторять. Она это любит.
— Так, — деловито открывает журнал. — Пока я буду проверять ваши работы, кто-нибудь пойдет и расскажет нам пятнадцатый параграф вслух. Надеюсь, все выучили? — улыбается, пробегая по нам глазами. — Мои несравненные химики!
Ребята в панике опускают головы, силясь избежать ее пронзительного взгляда. Пока достается Колобку, на радость многих, и он озадаченно чешет голову на глазах публики, вспоминая невспоминаемое, Оксана Федоровна сообщает, что один из вариантов уже проверила, только он не подписан. Выполненная работа оказалась у нее в кабинете еще утром.
Выясняется, что это вариант Славы, и тот счастливым тоном меня благодарит, рассыпаясь в безумных комплиментах. Только вот я не слушаю, а выпадаю в тревожный осадок. Мой мозг в этот момент озадачен не меньше, чем у Колобка.
Кто мог передать сделанную работу? Я так и не нашла счастливчика, которому призналась в чувствах.
Честно говоря, у меня просто не было на это времени.
И все остальное время до конца урока мой разум затуманен невероятными догадками.
Один из парней прочел мою записку, но не подошел ко мне. Более того, он заботливо передал сделанную работу по химии. А также не растрепал остальным. Что безмерно радует. Впрочем, у него еще есть время, так что радоваться рано.
Может, он решил сохранить все в секрете? Тем самым давая понять, что не отвечает на мои чувства? И я ему благодарна, потому что ответных чувств я жду лишь от Славы. Мне бы не хотелось неловких разговоров, и тем более неуместной жалости к себе.
— Марин! — Слава догоняет меня в коридоре, и оглянувшись по сторонам, утаскивает в уголок, от толпы, спешащей на перемену.
— Да? — смущенно поднимаю на него взгляд и вновь восхищаюсь его самой красивой в мире улыбкой и глазами. Может, мне не стоит изворачиваться и придумывать скрытные признания? Взять на себя смелость и поговорить с ним напрямую? Вот прямо сейчас… здесь…
Сейчас?
— Я даже не знаю, как тебя благодарить, Марин. Блин! Ты идеальная девушка!
— Да? — мои щеки по ощущениям приятно розовеют. Я чувствую нежное тепло, струящееся по венам. — Спасибо!
— Без тебя я бы не справился, — начинает накручивать прядь моих волос себе на палец. — Маринка, без тебя никак.
Сейчас.
— Я хотела признаться тебе в том же самом! Ты давно мне…
Но я не успеваю больше ничего сказать. Я даже не успеваю ничего толком понять.
Секунда — перед глазами темная фигура мелькает.
Еще секунда — жуткий крик вокруг.
Слава со скоростью ультразвуковой ракеты отлетает к противоположной стене…
Глава 16
Слава, скрючившись, лежит на полу. Стонет протяжно. У него палец, кажется, сломан. Это очень заметно. Он держит его перпендикулярно ладони, и в темноте кожа отливает странным синюшным цветом. Одной рукой Слава придерживает кисть второй руки. Выражение его лица искажено злостью.
Вокруг собралась толпа. Парни с открытыми ртами стоят, ошарашенно глядя на происходящее. Девчонки закрыли рты ладошками. И почему-то смотрят на меня. В глазах шок и… и что-то еще… Непонятное.
Обычно я расценивала такую эмоцию, как зависть, но в основном так смотрели на Клюеву, а не на меня.
На меня всегда смотрели с презрением и насмешкой. Иногда с жалостью. Но никогда с завистью. Да и чему тут завидовать? Тут плакать надо!
— Мой палец… — побелевшими губами стонет Слава, — Ты сломал мне палец…
— Просто вывих, — медленная издевательская усмешка касается губ Ворона. — Вправь на место и не ной.
— Да как же я… Ммм… — выражение муки на лице Славы появляется.
— Ты это заслужил, немощный, — грубо отбивает маньяк.
— Я же говорил, ты почти мертвец, — ни к селу, ни к городу шепчет побледневший Мякишев, прижимаясь к быстро пополняющейся толпе.
Мы все, как по заказу устремляем взгляды на Гришку. Он из белого становится синим. Сливается с цветом пальца Славы.
— Да что я сделал? Почему ты меня так ненавидишь?! Сколько можно?! — Князев вскакивает на ноги и агрессивно смотрит на Ворона. — Это из-за подачи? До сих пор паришься из-за игры? Хочешь посадить меня на скамейку запасных? Я прав?!