Чтение онлайн

И вижу, как он с нехилой усмешкой разглядывает мое лицо.

— Снова задаешь слишком много вопросов. Ты сама пошла за мной.

Он тянет меня за руку, чтобы подойти к этим ребятам, но я прирастаю ногами к полу и тяну его в обратную сторону. Он сильнее тянет на себя, но в этот раз я не поддаюсь.

Парень поворачивается ко мне, его бровь удивленно взлетает вверх.

— Они не обидят меня?

Этот вопрос словно рвется наружу, я не могла не спросить.

— Почему ты думаешь, что они могут обидеть тебя?

— Последнее время все это делают. Все… стараются обидеть меня. Сделать больно. Унизить!

Он разглядывает меня какое-то время молча. Я вижу на его лице новые эмоции, мне трудно объяснить какие, ведь обычно этот человек безэмоционален. Вечно мрачный, грубый и будто бы… закрытый. Закрытый от посторонних глаз.

В гимназии он всегда ходил с одним выражением лица, а тут проявляет целую гамму. Попробуй определи. Это невозможно. И кому расскажу — не поверят.

— Но теперь все будет по-другому, — отвечает он.

Идет вперед, сжав мою ладонь крепче, а я двигаюсь за ним. Я не понимаю, что значат его слова, но выяснять не планирую. Сегодня такой необычный день.

Единственное мое желание — оказаться дома, выпить ведерко успокоительного, и больше никогда не контактировать с этим кошмарным парнем.

Когда мы подходим к ребятам, я замечаю, что они что-то активно обсуждают, возле музыкальной аппаратуры, но когда подходим ближе, резко замолкают.

Слишком медленно разворачиваются и слишком удивленно смотрят на нас. На наши с Вороном сплетенные ладони.

Он здоровается с парнями крепкими мужскими рукопожатиями, но другой своей рукой все еще держит мою.

— Привет, — один из парней, накаченный брюнет в косухе, и тоже с пирсингом в ухе, как и у Ворона, внимательно разглядывает меня. Остальные также смотрят, но теперь стараются делать это не так заметно. — Кто это? — он кивает ему на меня, при этом успев мне подмигнуть.

Но любитель игнорировать вопросы, вместо этого задает свой:

— Успеете к выходным? Работы много.

— Успеем, — уверено отвечает другой парень, разматывая шнуры.

— Как тебя зовут? — тихо спрашивает брюнет.

— Маришка, — представляюсь скромно, и, покраснев, добавляю: — Марина. Маришкой меня зовут близкие люди. Ммм… А тебя?

— Малышка, значит, — ухмыляется он довольной улыбкой, но она тут же меркнет, когда взглядом касается Ворона. Я поворачиваю голову и вижу, что мой маньяк мрачнее тучи. Таким суровым увидишь этого парня — всю ночь вампиры будут сниться. Уже без улыбки продолжает: — А меня Медуза.

— Медуза? — у меня глаза на лоб лезут, и я даже не исправляю коверканье моего имени. — Это прозвище. А имя?

— Медуза. И только так, — довольно кривится одним уголком губ. Старается незаметно, но я замечаю. Парни с мальчишескими ухмылками хлопают его по плечу и отшучиваются.

— Все с тобой понятно, — смеюсь я, вливаясь в атмосферу веселья. — Медуза! А знаешь, мне очень нравится!

И чего я их боялась? Они кажутся довольно дружелюбными…

— Идем, — стальной голос Ворона врывается, он меня тут же грубо утягивает за руку.

— Куда?

Естественно в ответ звучит тишина.

Еле поспеваю за ним, чуть не падая. Совершенно не контролирует ширину своего шага.

Выходим на воздух через еще одну дверь, и я распахиваю глаза от удивления.

— Ва-ау, — произношу, глядя на покрывало мягкого песка, распростёртого по широкому берегу. — Что это?

— Песок.

— Я вижу! — раздраженно закатываю глаза. — Я имею в виду, что за место?

— Пляж.

Вздыхаю.

Но не фырчу. Опасно.

Нос берегу.

Волочу ноги следом. Он идет, а мне приходится бежать, глотая холодный ветерок.

Все словно во сне: я на каком-то пляжу, хотя у нас нормальных пляжей и нет в городе, все одни обрывы и каменистые вечно захламленные берега, летом доверху забитые отдыхающими.

За руку меня держит человек, которого боится вся гимназия, и который буквально утром унижал меня.

Сейчас около десяти вечера, а я еще не дома, не сижу над конспектами по химии, не утыкаюсь в телевизор, в надежде найти что-то стоящее, не прячусь в шкафу от маленького мистера Паука и крошки Хамфри.

Подходим к спокойному берегу. Залив переливается в свете полумесяца.

— Красиво.

— Да, — замечаю, что он разглядывает вовсе не залив, а меня.

Ужас какой. У меня от его плотоядного взгляда волосы на голове шевелятся.

— Почему ты так смотришь?

Внимания от меня не отрывает. На вопрос — не отвечает.

В ответ смотреть вот так впритык — страшно. Тем не менее, я поднимаю глаза, и гляжу в его.

Впервые позволяю себе внимательно рассмотреть идеальную кожу, темные тяжелые брови, черные длинные ресницы, пухлые губы, широкую линию челюсти и даже пирсинг в ухе.

Да, да, я детально рассматриваю этого парня вблизи. Невероятно, но факт. А он будто бы позволяет себя рассмотреть.

Чуть наклоняет голову, так, что серьга становится еще более заметной. И ждет.

— Все?

— Мм, — вспыхиваю ярким румянцем и отворачиваю лицо к воде.

И для чего я вообще на него пялилась? Вот дурочка.

А он еще красивее, чем казался сдали. Жаль, что маньяк.

— Замерзла?

Опустив взгляд на свои руки, замечаю пупырчатые мурашки. Но самое интересное — он все еще держит мою ладонь в своей. Словно мы парочка.

Некоторое время шокировано пялюсь на это невероятное недоразумение. Отрывисто выдыхаю. Поднимаю глаза и вижу, что он по-прежнему разглядывает меня.

— Нет, — вырвать руку не удается. — Я хочу домой!

— Нет. Ты никуда не пойдешь.

Попадос.

— Пощади. Уже поздно. Обо мне будут волноваться.

Только сейчас подумала, что Сабина будет переживать, что меня так долго нет. Я никогда так не задерживалась.

Сабина моя двоюродная тетя и опекунша. Когда родителей не стало, она забрала меня себе. Больше некому было, она пожалела меня, не смотря на то, что воспитывает сына одна. Мы с ней очень ладим, но мало общаемся. Она работает медсестрой в стационаре, и часто уходит в ночные смены, поэтому на общение просто нет времени. Хорошо, что сегодня у нее выходной.