Чтение онлайн

— Это точно Аларай, — согласилась с моими выводами Ребекка, после того как я рассказала ей о гибели Бовема и Грая — да, я узнала имя другого убитого парня… И имя его девушки, и род его увлечений, и сколько у него братьев и сестер…

Мы с Беккой как раз возвращались после завтрака к госпиталю, захватив на дорогу пару пирожных. Теперь же я вертела лакомство в руках, не зная, куда его деть — после размышлений о Бовеме кусок в горло не лез. Убийство его и Грая — тихое, быстрое, бескровное — зацепило меня больше, чем остальные смерти, а их было не так уж и мало. Оно было подлым, да и бессмысленным. Грай же вообще вышел случайной жертвой. У меня не было сомнений, что Аларай подгадал момент, когда Кит и Дарк выскочили ко мне в коридор, и просто приказал парням умереть… Другого объяснения их смерти я не нашла, так как диагност не выявил других ранений. И все зачем? Чтобы скрыть свое пребывание в Арате.

— Да и легенду мне такую красивую рассказал. Рассчитывал, видать, что я тут же с того ущелья и упорхну. Да только после встречи с Бовемом решил не полагаться на случайность и ликвидировать всех свидетелей наверняка.

— Похоже на то. И все же я легенде верю. Сердце драконов ожило после того, как вы с Арденсом помирились. Это не случайность! Вы истинная пара!

— Не знаю, Бекка. Может, дело вовсе и не в нас. Не думаю, что за столько веков в Драковой крепости ни одна пара истинных, если они таки существуют, не поцеловалась… К тому же скоро все мифы об Избранной позабудутся. Я почти уверенна, что сейчас, как и до падения Драка Всемогущего, ребенка дракона сможет выносить любая женщина даже с мизерным магическим потенциалом. Ведь теперь выгорание нестрашно. Излишек силы будет просто выплескиваться в единое магическое русло, создаваемое артефактами. Однако даже если истинные пары не вымысел, то точно в варианте лорда Бальтазара, а не Аларая, без чудесного перевоплощения возлюбленной Драка в драконицу, — ответила я, косясь на двери лечебницы, из которых доносились громкие голоса.

Мы как раз вошли в приемную, которая должна была быть пустой, но явно таковой не была. В одному углу на столе сидела Дана, а напротив нее стоял Мыш. При этом невооруженным взглядом было видно, что между этими двумя сверкают молнии. В противоположной стороне комнаты, сложив руки на груди и с улыбкой наблюдая за конфликтом моей помощницы и вора, скучал Оттер. Ну а на окне восседал Камыш: его не интересовало ничего, что происходило в мире людей. Создавалось впечатление, что он пришел сюда лишь для того, чтобы более явно продемонстрировать свое безразличие и независимость.

— И все же здорово было бы получить экземпляр легенды об Истинной из личной библиотеки императора. Тогда бы мы узнали наверняка, чья версия правдива, — бросила я Ребекке негромко. Потом же кашлянула, привлекая к себе внимание гостей. — Доброго дня, Дана, Мыш, Камыш.

— Леди Анна! — воскликнул обрадованный воришка и бросился ко мне, но замялся на полпути. Пришлось самой легонько его приобнять и всучить нетронутое пирожное.

— Лади Анна! Я просто счастлива, что вы так скоро вернулись! — расцвела Дана.

Кот, вполне ожидаемо, никак не ответил. Зато вперед выступил Оттер:

— Мистрес Чаус, — наемный убийца мне чинно поклонился, но глаза его при этом лукаво блестели. — Рад вас видеть.

— А я, признаюсь, не думала, что мы встретимся вновь, — ответила прохладно. И вправду, он ведь сам говорил, что мы квиты. Я спасла его, он — меня, на этом наше знакомство должно было завершиться — Вы же не думаете, что я помогу вам со связями в Гильдии убийц…

— Ну что вы, и в мыслях не было!

— И зря, главы Гильдии и Цеха воров перед Анной в долгу! — быстренько решил похвастаться Мыш.

— В самом деле!? Вы меня снова удивили, леди. Но нет, я решил начать новую жизнь. Вот, возьму себе ученика, — Оттер кивнул на Мыша.

— Не вздумай! — выпалила я.

— И все же форточником он тоже долго не останется. Габариты уже не те.

— Я осваиваю искусство щипача, — гордо ответил Мыш.

— Ага, только пока что не особо успешно, — хохотнул Оттер. — Вот барышня подтвердит.

— Леди Анна, он украл мой браслет! — багровея от ярости, пожаловалась Дана.

Нет, это уже никуда не годится. Я питала к парню симпатию, но пусть оттачивает свое воровское мастерство где-то в другом месте.

— Мыш, верни немедленно! — искренне возмутилась я.

Мальчуган еще хотел защищаться, но я смерила его самым страшным из своих взглядов.

— Ладно, берите, — воришка протянул мне рубиновый браслет, я же его передала Дане.

— Это, между прочим, очень дорогая вещь. Работа ювелира Аврама Сорентского. Мне отец из-за океана привез, — просветила нас девушка, с гордостью одевая украшение.

Я же имя ювелира слышала впервые, к украшениям слабости не питала, да и лорд Бальтазар меня интересовал мало. На счастье, от необходимости отвечать меня спас небольшой бордовый конвертик, что завис прямо передо мной. Точно такой же возник и перед Ребеккой. Спешно открыв вестник, я прочла, что лорд Бахтиеор приглашал нас на ужин.

— Мыш, еще поговорим, ни на что не соглашайся! — бросила я напутственно и поспешила за Ребеккой. Подруга была настолько взволнованной приглашением, что задержись я в лечебнице немного дольше, она меня на руках бы вынесла.

Дом Бахтиеора, как и Арденса, был окружен горами. И допускаю, одна из скал вполне могла оказаться его родовым артефактом…

В гостиной же кроме Баха не было никого. Я была рада видеть хозяина дома, но почувствовала разочарование: все же гораздо больше я жаждала встретить другого мужчину. И маруанской сливе понятно, что Бах меня пригласил для благовидности, и ему не терпелось остаться наедине с Ребеккой. Поэтому я быстренько расправилась со своим чаем и поспешила в спальню Луизы.

Остановившись перед комнатой, я нерешительно провела по двери рукой. Было боязно и тяжело входить, ведь острота потери все еще не притупилась. Но все оказалось еще тяжелее: комнату окутывало заклятье стазиса, поэтому она хранила воспоминания о все еще живой Луизе. Вот ее блокнот, полный чертежей и рисунков плетений, — лежит открытый, словно его хозяйка лишь вышла подышать воздухом. Яблоко на столе выглядело сочным и свежим, а на стакане воды застыли капли конденсата. Даже вмятина на постели была все еще теплой.

Я присела за стол и листала записи моей подруги, не всматриваясь в рисунки — урхова артефакторика точно не моя стезя — витая мыслями далеко в прошлом… И даже не заметила, как надкусила попавшейся под руку пряник… Ох, надеюсь Бах не разозлится, он ведь говорил, что после моего посещения и так планировал снять стазис…

А пряник был удивительно вкусным. Сладким и немножечко горьким, самую малость… Словно с нотками миндаля и ванили, с примесями золотого корня и корицы…

Стоп! Золотой корень? Это растение, что часто использовалось в кулинарии как приправа, является кладезем бесценных витаминов… Но вот беременным его можно употреблять в минимальных количествах. А в сочетании с некоторыми другими веществами, корень золотарника мог даже спровоцировать кровотечение, выкидыш или преждевременные роды.

Я окаменела. Даже перестала жевать. Прошлые тревоги и опасения накатили новой волной. Кит говорил, что Луиза хотела меня видеть незадолго до смерти… Вероятно, она заподозрила неладное и опасалась за свое здоровье. Возможно, она пожаловалась врачу… Но если ее обследовал тот целитель, что сейчас так успешно лечит императора, гибель подруги была неизбежной. Он же мог и заключение о причине смерти выдать традиционное — роженица скончалась от чрезмерной силы плода. Проклятый Урх, как же горько!