Чтение онлайн

— Послушай себя, — взмолилась девушка. — Выгод, перспектив, союза — ни одно из этих слов не является даже близко синонимом слову счастье!

— Влада, довольно. Ты дала обещание, ты его сдержишь. В субботу на твоем дне рождения я объявлю, что ты и Антон Железнов решили пожениться. Прения сторон завершены, — властным ледяным тоном обрезал Полянский, а когда дочь собиралась снова что-то возразить, он повторил опять: — Завершены. Я вернусь через полчаса, а ты, как взрослая самодостаточная женщина, перестанешь убегать от обязательств, которые сама на себя взвалила, и дождешься меня здесь. Не усугубляй свое положение.

— Да, ваша честь, — фыркнула Влада и уселась на крыло автомобиля.

Когда отец скрылся в дверях лифта, она принялась за обратный отсчет получасового перерыва в их бескомпромиссной дуэли жизненных убеждений и видов на будущее. Отец никогда не опаздывал, он всегда сверхпунктуален. Вчерашняя попойка еще кружилась вертолетным шоу в голове. Перспективу сидеть в душной машине Влада отмела сразу, поэтому принялась просто бесцельно слоняться вокруг, в попытках унять головную боль.

В этот момент Максим незаметно покинул свое убежище и медленным шагом направился к машине. Проходя мимо Влады, он усмехнулся и произнес:

— А ты оторва.

— А ты придурок, но я же не напрягаю тебя своими наблюдениями, — одарив молодого человека уничтожающим взглядом, бросила Влада.

Максим, конечно, слышал об этой колючке из рассказов их общих знакомых. Многие ее поступки он заочно уважал за смелость и независимость, но никогда не понимал женщин, тратящих свою молодость на безбашенные действия. Он вообще считал, что женщина призвана в этот мир радовать глаз мужчин, ну, и еще для парочки вещей, но это уже вытекающее из первого непреложного правила. К самому большому разочарованию в жизни Максим относил тот факт, что не все девочки вырастали сексапильными блондинками с ногами от бровей. Однако на его долю вполне хватало красоток в этом городе.

Он оглядел Владу с головы до ног и затем в обратном направлении, но снова не нашел в ее облике ничего того, что так пленяет его в женщинах. Она действительно была довольно худая, пусть и не лишенная очарования девушка. Ее волосы пребывали в растрепанном состоянии, как следствие бурной ночи в полицейском участке, и спадали бесформенной грудой по спине и плечам. Брюнетки в глазах Максима изначально и с большим отрывом проигрывали блондинкам, поэтому тут тоже промах. Ну а о поведении и манере вести себя вообще говорить не приходилось — даже если и была внутри этой девушки грациозная обольстительница, ее надежно скрывала броня бунтарки или чего похлеще — вождя революции. Единственным лучиком в этом темном царстве были ее большие голубые глаза. Вот только, по мнению Максима, эта капля в море нисколько не компенсировала все прочие недочеты.

— А что, сейчас за девственность в тюрьму сажают? Вот времена, вот нравы… — издевательски цокал Макс.

— Уж лучше два пожизненных за девственность отсидеть, чем связаться с таким, как ты, — с пренебрежением ответила она.

— Вот мне интересно, ты лесбиянка, что ли, или просто мужененавистница?

Максим в этот момент сам себе удивлялся. Как это он, всегда галантный дамский угодник, бросает в представительницу прекрасного пола такие колкие фразы? Он чувствовал с большого расстояния непрошибаемость оппонента, поэтому не переживал, что нанесет смертельную обиду. Если бы все было иначе, и Влада пустила горькую слезу, он бы на месте сделал себе харакири, сгорая от стыда. Но, похоже, девушке привычно такое отношение, поскольку она сама его в людях и вызывает.

— Для тебя и то, и другое.

— Можешь так интенсивно не огрызаться, ты все равно не в моем вкусе, — решил сменить тактику, чувствуя, что несмотря на всю свою грубость, он всегда на шаг позади.

— И как это связано? — искренне удивилась девушка. — Настоящей мужской логикой, вероятно?

— Очевидно же, что ты таким нестандартным поведением пытаешься привлечь мое внимание…

— Очевидно другое, — этот снисходительный взгляд унизил его даже больше, чем тысяча едких слов.

— И что же?

— Что ты неизлечимый кретин, — будто в мире нет ничего логичнее и проще, произнесла Влада.

— Сочту за комплимент, — у молодого человека не осталось контраргументов. — И ярко выраженное согласие с моими выводами.

— Каким образом я вдруг согласилась с этими бестолковыми выводами? — со скучающим видом Влада уставилась в свой мобильник, пассивно листая страницы интернета.

— Да ладно, расслабься. Как я уже сказал, ты все равно не в моем вкусе.

— Какая досада. А я-то уже платье свадебное заказала и детям имена дала, — Влада состроила несчастную гримасу.

Максим на мгновение задумался. Точнее было бы сказать, что его прям-таки насильно осенило. На лице молодого человека временно застыло отсутствующее выражение, чем и воспользовалась Влада, чтобы лишний раз уколоть оппонента:

— Смелый лев превратился в трусливого котенка при одном только намеке на брак! Видел бы ты себя со стороны. Жаль не сфотографировала на память.

На удивление Влады, Максим больше не стал конкурировать с ней в желчности фраз, а просто терпеливо ждал, когда и ей наскучит эта тема. Он перестал нападать, тогда надобность обороняться отпала, и Влада тупо уставилась на молодого человека.

— Что? — спросила она, не понимая его мысли в этот момент, когда он просто молча смотрит на нее.

— Слушай, я тут краем уха слышал, что у тебя свадьба скоро.

— Ты случайно не киллер?

— Нет.

— Тогда иди к черту со своими вопросами.

— А если бы был киллером? — не улавливал хода мыслей он.

— А если бы ты был киллером, то я бы тебе рассказала даже то, в каких трусах Железнов ходит по средам. А потом дала бы кучу денег, чтобы только глаза мои его больше не видели.

— Ты реально знаешь, в каких трусах Железнов ходит по средам? Я вряд ли промахнусь, если предположу, что он любитель хлопковых брифов с резинкой до пупка притом не только по средам — каждый день. Насколько практично, настолько же и асексуально.

— Сам Макс Фридман сплетничает о нижнем белье бизнес-конкурента своего отца.

— Ого, а ты в теме. Чего тогда прикидывалась дурочкой?

— Старалась быть на одном уровне с собеседником, чтобы не унижать разницей в умственных способностях.

— Ах-ах. Смешно, — беззлобно посмеялся Макс, отбросив всю враждебность ради достижения цели.

— Может, на этой чудной ноте и завершим наш крайне содержательный диалог? — ехидно предложила девушка.

— Сколько ж в тебе яда? Не злись, я не в обиду, — лучезарная улыбка Максима Фридмана озарила три квартала.

— Если ты сейчас тактично свалишь с поля зрения, то так и быть, не буду злиться.

— Выслушай спокойно, и свалю. Окей?

— Думаю, у меня нет выбора? — приняв неизбежное, глубоко вздохнула Влада.